Иней

Кроуфорд К. Н.

— Я вижу, ты не привыкла к магии. Прекрасно. Мы приветствуем здесь всех желающих. Даже простолюдинов фейри, — её голос сочился презрением.

Почему всякий раз, когда они говорили о гостеприимстве, это звучало как нечто обратное?

Мадам Сиоба проигнорировала меня, бормоча что-то себе под нос и роясь в большой корзине, полной лоскутов атласа.

— Просто невероятно. Я специально сказала Торину, что они должны прибыть сюда по крайней мере за день до начала. А эти двое одеты как обычные шлюхи.

Мы с Шалини обменялись взглядами.

—

Вы понимаете, что мы вас слышим? — спросила я.

Мадам Сиоба либо не заметила, либо ей было всё равно.

— Каждый раз, — она качала головой, бросая куски ткани на пол, — Торин думает, что я решу его проблемы за него. Как будто у меня нет никакой собственной жизни, — она повернулась к нам, держа в руках блестящий кусок атласа старинного кремового цвета. — Что ты об этом думаешь?

Мой взгляд снова метнулся к булочкам.

— Прекрасно. Извините, кто-нибудь собирается их есть?

— Идеально, — добавила Шалини.

Взгляд мадам Сиобы переместился на Шалини, и её правая бровь приподнялась.

— Кто, собственно, ты такая?

— Я Шалини, официальный советник Авы. Полагаю, мне тоже полагается платье, — она с надеждой улыбнулась и протянула мне одну из булочек.

Никто ничего не говорил о платье для неё, но она не могла продолжать бегать в пижаме.

Мадам Сиоба пренебрежительно хмыкнула и сдёрнула со стола кусок изумрудной тафты. Затем её взгляд вернулся ко мне, и она поморщилась, явно раздражённая.

— Почему ты не на моей оттоманке? Для примерки мне нужно как следует тебя разглядеть.

Я запрыгнула на бархатную поверхность, и мадам Сиоба свирепо посмотрела на меня. С босыми ногами, в нейлоновых шортах для бега и тонкой майке я чувствовала себя странно голой.

Она ходила вокруг, бормоча что-то себе под нос, снимая с меня мерки.

— Красивые бёдра. Это хорошо. Торину нравятся небольшие изгибы. Не то чтобы у тебя действительно был шанс, — её взгляд скользнул к моему лицу, и я почувствовала, что краснею. — Хорошая структура костей, симпатичное личико. Полагаю, именно поэтому ты здесь. Кожа сгодится, если не считать мешков под глазами. А ещё эти налитые кровью глаза, и волосы просто ужасающие…

Учитывая, что она указывала на всё мои недостатки, я больше не заботилась о вежливости и откусила кусочек булочки. Она была маслянистой и вкусной, но я откусила всего два кусочка, прежде чем она выхватила её у меня и бросила на пол.

Позади нас Аэрон пробормотал:

— Ради богов, Сиоба.

Я почти забыла, что он здесь.

— Мадам Сиоба? — позвала Шалини. — Король Торин сказал, что банкет начнётся всего через двадцать минут…

— Ты хочешь, чтобы мисс Джонс выглядела как неряшливая шлюха? — выпалила в ответ Сиоба. — Вот чего ты хочешь? Моя работа требует времени. Проектирование, подгонка, подшивание, — она пожала плечами с преувеличенным вздохом. — То, что я делаю — это искусство, и с этим нельзя торопиться. Особенно в таких трагических случаях, как этот.

Шалини поджала губы и взглянула на лакея.

Мадам Сиоба

несколько раз обошла вокруг, затем отступила назад, и ещё раз оценила меня.

— Аэрон, — рявкнула она, — тебе нужно сейчас же покинуть комнату.

Аэрон одарил меня дьявольской улыбкой, как будто собирался сказать что-то кокетливое. Но улыбка исчезла так же быстро, как и появилась — вероятно, когда он понял, что я могу стать его следующей королевой, и ему лучше держать рот на замке в моём присутствии. Пожав плечами, он вышел, закрыв за собой дверь. Мы с Шалини остались наедине с портнихой.

Склонив голову набок, мадам Сиоба снова взмахнула запястьем. Вспышка пламени и жара охватили меня. Я ахнула, чуть не упав с оттоманки.

— Перестань метаться, — проворковала мадам Сиоба. — С тобой всё в порядке.

— Ух ты, — сказала Шалини. — Это настоящий трюк для вечеринки.

Я посмотрела вниз и обнаружила, что моя кожа не тронута огнём. Это была хорошая новость. Плохая новость заключалась в том, что я оказалась полностью обнажена.

— Что случилось с моим мобильным телефоном? — спросила я.

— Ты стоишь здесь, голая, как в день своего рождения, — сказала Сиоба, — и вот что тебя беспокоит? Эти хитроумные приспособления — мерзкие штуковины. Мы никогда не должны были допускать их сюда.

Я подумала, что это к лучшему, ведь я больше не смогу пялиться на телефон, надеясь, что Эндрю напишет.

Белые пушистые губки прошлись по моей коже, образуя пену.

Мне вполне комфортно было находиться обнажённой рядом с другими женщинами, но я только что познакомилась с Сиобой, и мы точно не сблизились. Я прикрылась руками. Тёплая вода лилась на меня, стекала по волосам и капала на пол. Сиоба создала душ для меня прямо здесь, в своей мастерской.

Тёплая вода прекратилась, и я почувствовала, как горячий воздух обдал меня, высушивая воду с кожи и волос. Когда я снова открыла глаза, кожа была сухой — и оттоманка тоже. Мои волосы ниспадали блестящими волнами, и когда я протянула руку, то почувствовала на своей голове венок из цветов.

Теперь я чувствовала вкус помады на губах, хотя всё ещё была неловко обнажена. Я смущённо прикрыла свои груди.

— Стой спокойно, — прошипела мадам Сиоба.

Она что-то пробормотала себе под нос на непонятном мне языке, и кремовое кружево поплыло по воздуху, словно подхваченное невидимым ветром.

Мадам Сиоба обернула шёлк вокруг меня, и он скользнул по моей груди, бёдрам и заднице. Это ощущалось… странно.

Когда я посмотрела вниз, то поняла, что она только что использовала магию, чтобы создать для меня пикантное прозрачное нижнее бельё. Оно было на удивление комфортным.

Но в этот момент дверь мадам Сиобы приоткрылась, и они с Шалини повернулись лицом к незваному гостю.

— Эй! — воскликнула Шалини. — Мы здесь ещё не закончили!

Я ожидала увидеть Аэрона, заглянувшего в комнату. Вместо этого я обнаружила, что смотрю в ледяные голубые глаза короля Торина. Он уставился прямо на меня.