Индейская страсть

Бейкер Мэдлин

– Ты о чем? – не понял он.

– Скажи, что любишь меня.

– Келли, я тебя люблю.

– И ты будешь часто это мне повторять?

В уголках губ метиса появилась хитроватая усмешка.

– Хоть каждый день, если тебе не надоест. А сейчас я, пожалуй, пойду.

– Конечно, иди, – согласилась Келли, в глубине души мечтая, однако, чтобы они уже были женаты, чтобы прямо сейчас она могла уложить его рядом с собой и вновь почувствовать сладостное прикосновение его губ.

Калеб тихонько сжал ее руку.

– Спокойной ночи, – сказал он

глухим голосом.

– А ты не хочешь поцеловать меня на прощание?

– Очень хочу, но учти, я не отвечаю за то, что может произойти потом…

Неподдельное желание в подрагивающем голосе Калеба наполнило ее сердце теплом.

– Уже скоро, – произнесла Келли, и в ее голосе прозвучало не менее сильное желание.

– Да, скоро, – согласился Калеб. Он знал, что оставшиеся до свадьбы ночи будут самыми длинными в его жизни.

Келли проснулась с улыбкой на устах, чувствуя, как солнечный свет льется ей прямо в сердце. Калеб любит ее! Любит! Какое счастье! И она его любит, полюбила с самой первой их встречи тем памятным вечером.

Быстро одевшись, она поспешила на кухню готовить завтрак, заранее предвкушая поездку в город, чтобы сделать необходимые покупки. Миссис Страйкер. Сладкозвучным колокольным перезвоном отдавались эти слова в ее мозгу.

Раздался звук его шагов, и по всему ее телу прокатилась волна радостного возбуждения. Оказавшись рядом, он обнял ее за талию и прикоснулся губами к нежной шее.

– Доброе утро, – хрипло проворковал он.

– Доброе утро.

– Встала спозаранку, а?

– Никак не могла заснуть, – призналась Келли.

– Я тоже. – Губы Калеба поднимались вверх по ее шее, лаская чувствительную кожу за маленьким ушком. – Ты такая вкусная, что, кажется, так бы и съел.

– Неужели ты готов променять на меня этот прекрасный завтрак? – весело рассмеялась девушка, поражаясь самой себе. Неужели она способна произнести такое? Но теперь ничто не имеет значения – Калеб любит ее!

Они наскоро позавтракали, и, пока Келли мыла посуду, Калеб впряг лошадь в повозку.

Улыбка Келли сияла ярче солнца, когда она вышла на крыльцо. Едва Калеб взял ее под руку, чтобы помочь сесть в коляску, желание прожгло его с новой силой. Боже праведный, как она хороша! И он… он любит ее!..

С удивительной остротой он понимал, что это – правда, что никуда от этого не деться и что слова, сказанные им накануне, исходили из самых глубин его сердца.

У церкви они остановились и договорились со священником, что свадьба состоится утром в следующую субботу, после чего Калеб отправился подковать лошадь, а Келли пошла к Фанни, чтобы пригласить толстушку на свадьбу.

И вот она сидит за черным столиком. Как же странно оказаться здесь в качестве посетителя… С великим трудом Келли подавила желание вскочить и протереть столики.

Подошла Фанни, и Келли широко ей улыбнулась.

– У нас достаточно времени, крошка, чтобы поговорить, – сказала Фанни, вытирая руки об фартук. – Наплыва посетителей не ожидается до часу. Ну, ягненочек,

расскажи толстой Фанни, как поживаешь.

– Хорошо поживаю, милая Фанни.

– Он хорошо с тобой обращается?

Келли едва заметно покраснела.

– Да.

Фанни удовлетворенно кивнула.

– Калеб хороший человек, я всегда это говорила.

– Он сделал мне предложение.

– В самом деле? – неподдельно обрадовавшись, воскликнула Фанни. – И что же ты ответила, девонька?

– Я приняла его. Мы поженимся в субботу утром, нас обвенчает отец Карделла. Нам обоим хотелось бы тебя видеть на церемонии. Ведь ты придешь, не так ли?

– Ну, конечно, малышка, обязательно приду. Но постой-ка, у тебя ведь совсем нет времени подготовиться к свадьбе. Нужно разослать приглашения, приготовить праздничный стол…

– Мы не хотим устраивать пышных торжеств, – оборвала Келли поток излияний добрейшей Фанни. – В церкви будем лишь мы с Калебом и ты.

Тут Фанни нахмурилась.

– Так, понятно… А ты уверена, что не хочешь шумной свадьбы с подружкой невесты, букетами цветов и тортом в шесть футов высотой? Калеб, во всяком случае, может все это себе позволить, тебе не надо беспокоиться о расходах.

– Знаю, но… – Келли пожала плечами. – Кроме тебя, у меня нет друзей в городе, у Калеба тоже, так что…

– Ну по крайней мере у вас бы мог быть свадебный торт. Я сама его испеку.

– Спасибо, Фанни, ты так добра.

– И еще вам нужно будет что-нибудь перехватить вкусненького после церемонии, – хлопотливо добавила толстушка, – и я об этом позабочусь.

– Это уже лишнее.

– Не возражай, девонька, – остановила ее Фанни, – я была бы счастлива сделать тебе приятное.

– Спасибо, Фанни, ты так добра ко мне. Келли посмотрела на настенные часы.

– Пожалуй, мне пора. Понимаешь, я договорилась встретиться с Калебом у ресторана ровно в четыре.

– Скажи, детка, ты его любишь?

– Да.

– А он тоже любит тебя? Вот так, больше жизни?

– Думаю, да.

– Что ж, рада за вас обоих, ягненочек. – Фанни наклонилась и взяла в пухлую руку ладонь Келли. – Знай, дочка, у него была трудная жизнь. С ним тебе придется не так-то просто.

– Знаю, но…

– Понимаю, он красивее, чем положено быть мужчине, к тому же обаятелен, как сам дьявол.

– Да…

– Желаю тебе огромного счастья, козочка, и я непременно приду в субботу на вашу церемонию.

– Спасибо, милая Фанни. Я не сомневалась, что во всем могу на тебя положиться.

Келли от всей души обняла благодушную толстушку и вышла на улицу.

Проморгавшись от яркого солнца, она стала озираться по сторонам, недоумевая, куда мог подеваться Калеб.

Несколько минут подождала, потом пошла по дощатому настилу вниз и остановилась у витрины обувного магазина Онхауза и Донована. Она залюбовалась парой черных кожаных ботинок с красными шелковыми шнурочками, как вдруг прямо над ней раздался знакомый бархатистый голос, от которого все сжалось у нее внутри.