IN VINO VERITAS

Никулин Андрей Георгиевич

Прикинув, что моя зарплата и все побочные доходы уходят мимо семейной кассы, и служат лишь для удовлетворения моих личных потребностей, моя жена решила покончить с моим пристрастием к спиртному. Наивная, но и я то – хорош! Дело в том, что супруга предложила мне «закодироваться», и я – кретин – согласился. Тут ещё свою роль сыграло то, что помимо спиртного я ещё стал «погуливать». Так по – моему называется у обывателей желание мужчины трахаться не только с женой, вполне нормальное желание, вы не находите? Мне то казалось, что всё нормально. Ну, сами посудите, кроме шефа, его водителя и меня все остальные работники нашей фирмы были женского пола. А так как за подбор кадров отвечал ваш покорный слуга, то естественно я подбирал девушек на свой вкус. Как– то непроизвольно это получалось, поверти. Ну а дальше… Парень я симпатичный, да к тому же начальник непосредственный, не жадный, покрывал все их шалости в торговле, в отличие от Алика я понимал, что зарплата очень маленькая. Так что «служебное положение в корыстных целях» использовать даже и не было необходимости – отбоя не было, честно. А я особо и не сопротивлялся. Вот этого – то

моя супруга выдержать уже не могла. А тут ещё босс «любимый» залупаться начал: «Хватит пить! Штрафовать буду!». Это он мне скотина, когда сам неделями непросыхал. Но «что положено Юпитеру – не положено быку». И я сдался. Фамилию врача, проводящего сеансы, я называть не буду, он и сейчас успешно практикует в городе. Ну да бог с ним – пусть живет. Метода этого врача проста: «пошаманит» у тебя над головой, потом нажмет на лоб, так что «искры из глаз». А дальше говорит: «выпьешь – умрёшь, а если повезет, станешь импотентом, что для мужчины всё равно, что смерть». А предвосхищает все эти действа трёхчасовой монолог этого врача о всевозможных последствиях несоблюдения правил «кодирования». И всё же я пошёл на это и целый год не пил. Экспериментировать, типа «а что будет, если выпью», я не собирался. Хотя знал некоторых, которые в этот же день, прямо после сеанса, выпивали – и ничего! Но я не стал, даже интересно было – смогу или нет, знал бы, чем это «лечение» закончится! Клянусь, херово было первые три месяца. Ну, во – первых многие «бараны» ни как не могли вдолбить себе в голову, что мне просто «нельзя»! Я своего «эксперимента над собой» не скрывал с самого начала, как девочки то меня жалели! Ну и во – вторых – тянуло, конечно. А потом – ничего, припекать перестало, да и самые тупые поняли, что со мной «алкогольной каши не сваришь». Так шуточки, подколки не злобливые и всё. Я даже запросто сиживал неоднократно на всяческих увеселительных мероприятиях, и мне так же было весело, как и всем. Я ни сколько не притворялся и не кривил душой. Но знал бы я, что меня ждёт после окончания «кода»! Знал бы, какие «процессы» протекают у меня в мозгу, и во что всё это выльется.

Мужики будьте бдительны! Сразу оговорюсь, что высказываю свою личную точку зрения. Кодирование – это вред! Давайте разберём почему.

На чём основано кодирование? «Выпьешь – умрёшь!» Вы, уважаемые жены и родственники, находились под таким прессом? Тем более в нашей, везде, всегда и по любому поводу пьющей стране? Хотите что бы ваши мужья, сыновья, братья были постоянно злыми, орали бы на вас по любому поводу, чураясь своих друзей и знакомых из–за страха сорваться – идите к врачам.

Но самое страшное будет потом. После окончания срока «кодирования» (хоть год, хоть десять) человек начинает пить ещё больше, запои становятся ещё длиннее, а похмелье тяжелее. Поверьте на слово – всё проверено на себе. Вы этого хотите, уважаемые дамы? Год передышки, а потом вы своего мужика и не узнаете. Это будет в десять раз худший алкоголик.

И, наконец, вмешательство в мозговую деятельность человека – это святотатство. Сходите в церковь, вам любой батюшка скажет, что это грех вселенский. Господь Бог не прощает вмешательства в свои творения, коим является человек.

О, предвижу ваши злые глаза, прелестные дамы, какие громы и молнии они посылают. А уж, что извергают ваши уста, так об этом лучше помолчать. Но я утверждаю, и буду утверждать, что все эти методы Довженко и еже с ним вредны для здоровья. Человек или бросит, пить сам, или не бросит ни когда. А велик, будет тот, кто научится пить. Пить надо уметь, не умеешь – не пей! Хотя некоторые говорят, что это не умение, а свойство физического тела контролировать химические процессы. И всё же не смотря ни на что пить надо уметь, не умеешь – не пей! И не какие маги, экстрасенсы и врачи с научными степенями не помогут. Аминь!

Я пить не научился. Но, в – первых это дано далеко не каждому, а во – вторых у меня были, как мне кажется (конечно же, я слышу шёпот со всех сторон – алкаш всегда найдёт оправдание!) очень веские причины. Если бы я не пил – я бы просто не выжил, или свихнулся.

А пил я, надо признаться, не всегда водку. Часто еле наскребал на «фанфурик». Кто пьёт, тот поймет, о чём я. Обратите внимание, что стоит под рукой у продавщиц в «Аптеках» – правильно – стройные ряды «боярышника», или чего – то похожего. Сколько же раз я глотал этот обжигающий горло напиток, второпях забежав за угол и свернув крышечку с пузырька. Спасибо, господин Брынцалов! Сейчас, правда, говорят, что очень хорош «перчик» – ничего не могу сказать. Не пробовал. За то одно время увлекался так называемым «средством для наружного использования» в целлофановых пакетиках, даже уже и не вспомню от каких – таких хворей было рекомендовано его принимать – прыщи смазывать что ли, да надо признаться не очень то и вникал. Помню только маслянистый привкус и сравнительную дешевизну. Что и прельщало. Да ещё и название у этого продукта было романтическое, что-то типа «Осенний поцелуй». Ну и конечно, кто же не пил спирт «Троя»! Одно время на рынках нашего города в некоторых ларьках продавался только этот напиток и больше ничего, зато в бутылочках разных объёмов.

Ну, до всей этой «аптечной парфюмерии» я дошёл не от хорошей жизни, надо полагать. Когда в карманах пустота, а организм требует – тут уж «не до жиру, быть бы живу». В оправдание могу только сказать, что «докатился я до такой жизни», далеко не по своей воле.

Голос за кадром: Но и не по воле окружающих людей и обстоятельств. Всё же это не порок, а болезнь. Существует техника безопасности. Если у человека одна нога, он не будет пробовать танцевать. У потенциальных алкашей тоже нет инструмента для безопасной переработки алкоголя, но это для них не так явно, как отсутствие ноги. Хотя предупредительные выстрелы природа делает, но человек думает,

что она просто промахнулась, а не предупредила. И продолжает нарушать эту технику безопасности. Тем более что это бывает приятно. Что ж читайте дальше и решайте сами…

А ТАК ВСЁ БЫЛО ХОРОШО

июль 1994г.

Был июль 1994 года. Я шёл по залитой солнцем центральной улице нашего города, шел на встречу с другом, а как оказалось на встречу с огромными неприятностями, круто изменившими мою жизнь. Ещё один День, ну, тот самый – понимаете, да. Впрочем, неприятности у меня уже начались, и как истинно русский человек я их заливал спиртным в больших количествах. Я, кстати, только что выписался из больницы, куда попал с диагнозом «разрыв стенок желудка», как результат чрезмерных возлияний. Из больницы я сразу же направился в пивной ресторан, проверить, как меня вылечили, оказалось, что вполне. Поэтому запой продолжился с новой силой, ибо проблем пока я валялся на больничной койке, не убавилось.

Как уж Серега меня нашел я не помню, дело в том, что я практически не ночевал дома. Но о встрече мы договорились и вот я, в белом, летнем костюме, приняв на грудь, грамм двести, спешу на рандеву. И тему, и исход предстоящей беседы я себе ясно представлял, таких разговоров за последние восемь месяцев было предостаточно. Но, всё равно я шёл, помнется, с желанием. Знал бы я тогда, что приготовил мне мой сокурсник, собутыльник, мой товарищ, наконец.

Теперь я думаю надо пояснить о каких проблемах, связывающих нас с моим приятелем Серегой, идет речь. Проблемы денег, а вернее общих долгов. То есть проблемы самые обычные, для тех, кто в начале 90-ых ринулся в бизнес, в котором большинство из нас было, как говорится – « ни уха, ни рыла». От Алика я ушёл, решив открыть собственное дело. Мудак! Было у нас с С. (я теперь буду его так именовать, потому что, откровенно говоря, не хочу даже употреблять его имя), небольшое общее дельце, заметьте даже не дело. Два сраненьких киоска, в которых мы пытались торговать всем подряд. Дела пошли хреново, бизнесменами мы оказались ни какими и как результат-крах всего предприятия. Положа руку на сердце надо сказать, что повинны в таком финале были и другие люди, но разговор сейчас не об этом. И всё бы ничего, только вот успели мы наделать долгов. Один хитрожопый друган С. одолжил ему крупную сумму денег для нашего бизнеса, заметьте ему, а не нам, это будет важно потом. Самое интересное, что произошла эта «инвестиция» в самый канун денежной реформы, помните, меняли деньги в 94-ом. А так как мы брали «бабки» для закупки товара, то после того, как было объявлено об обмене, никто не хотел нам ничего продавать. Пришлось покупать всякую херню, да ещё по естественно подскочившей цене. Наверняка этот наш кредитор знал о предстоящей реформе, он имел «каналы» и «выходы», и слил нам старые купюры. Собственно эти слухи о нем (ну, про «ходы» и «каналы») так, и привлекли к нему С. Как мой горе-компаньон завидовал этому деятелю! «Он по рынку с охранником ходит!»– взахлёб рассказывал С. А тот не растерялся, увидав в С. « лоха», впендюрил ему старые деньги за три дня до обмена.

В общем, когда ни каких ларьков у нас не осталось, а остались лишь долги, С. начал меня доставать. Не просто «послать», не воспользоваться услугами нашей «крыши» (а у нас как у путной фирмы была своя « крыша», ибо в эти годы без неё родимой и дворники, наверное, улиц не подметали) он категорически не хотел. Они, с деятелем, постоянно вели переговоры сглазу на глаз, меня С. никогда не приглашал, в результате этих «бесед» наш долг непомерно возрастал из-за накрутки процентов на проценты. Помните такой весёленький русский бизнес? Сколько трупов за этим, у – уу…. После встреч с процентщиком С. бежал на переговоры со мной, а так как я всё больше уходил в глобальный запой, то всегда беседы заканчивались одинаково –пьянкой. Так продолжалось довольно долго, я успел влипнуть ещё и в другое дерьмо, и проблемы с С. отошли на второй план. Летом я загремел в больницу, организм ещё пытался как-то со мной бороться, и тут С. объявился. Опять произошли бурные дебаты – попойки по окончанию, правда, не было.

И вот я здоров, относительно, конечно и спешу на встречу, ничего нового от неё не ожидая. Впрочем, сама встреча ни чем от других и не отличалась, но я предполагаю, да что там, я точно знаю, именно после этого разговора С. принял окончательное решение по нашему «вопросу». И, не смотря ни на что, я всё же думаю, что далось оно ему не легко, и сейчас он бы так не поступил. В итоге меня предали все, сделав «крайним». А С. так тот просто навёл на меня бандитов, якобы с целью вывести меня из запоя. Оригинальный, надо признаться, он избрал метод – вы не находите? Меня похитили и стали возить по городам с целью «поставить на лыжи». Кто занимался бизнесом в начале 90-ых, тот меня поймёт. Надо сказать ничего из этого у «братков» не получилось. Можно было бы и подробнее рассказать о моих мытарствах, да что-то не очень хочется. Скажу одно: меня предали все – кроме алкоголя. Лишь спиртное оставляло меня на плаву. Пьяному не так страшно. Это знают те, кто был на войне, а я и был на самой настоящей войне. И ставкой была моя жизнь.

В конце концов «браткам» это дело надоело. Грохнуть меня резона им никакого не было (хотя в 90-ые это было, как два пальца обоссать), я ведь не им был должен. А батрачить на С. за копейки они посчитали делом бесперспективным, были, наверное, более интересные бандитские дела. Слупив с меня «отступные» деньги бандиты сдулись в свой родной город. Вот тут надо сказать слова благодарности в адрес моей жены. Именно она сумела найти требуемую сумму, а деньги были немалые, сама влезла в долги, это про них то и написала в своём резюме к папиной писанине моя не погодам развитая дочь. Ну, а С. теперь мой кровный враг «номер один». Будет подыхать, переступлю и пойду дальше.