In the Deep
Шрифт:
Я тебе не доктор Майя, обормот.
— Что скажешь? — спросила я, усаживаясь рядом. Скульптурная композиция «Синдзи и девушки», масштаб один к одному.
— Я… З-зачем ты меня накачала?
Хм. Он еще «плывет», да вдобавок и не помнит, выходит, ни черта? А если вот так?
— Синдзи, ATF — это «поле продвинутой тактики», — сказала я, оттесняя Майю и склоняясь к его лицу. — Тебе это о чем-то говорит?
Он помотал головой.
— А почему твой ВИ упрашивает хозяина разблокировать его?
Синдзи вздрогнул, но это снова был всего-навсего Синдзи, напуганный
Дебильное уравнение, что и говорить.
И чистые логи, потому что поганая «Сегоки» наверняка молчала с пользой дела.
В груди царапалась обида: это что, меня просто так вывернуло наизнанку? Просто так поделило на ноль? Просто так проволокло по боевому режиму, которого, scheisse, не должно существовать в природе?!
— Слушай сюда, мямля, — сказала я, хватая его за лямки майки. Ибуки протестующе пискнула, но это уже было по барабану.
— Слушай сюда! Твой корабль выворачивает тебе мозги, он прячет твою память себе в банку! Ты, мать твою, просто деталька в этом распрекрасном корабле, но благодаря тебе он способен на невозможное! Оказаться в сотне точек сразу? Да раз плюнуть! Трахнуть врага так, как он никогда бы не подумал? Не вопрос! Может, соберешь свои сопли и скажешь мне, что ты такое?!
Его голова трепыхалась из стороны в сторону в такт рывкам, а совершенно ошалевшие глаза просто выскакивали из орбит. Черт его знает, чего я хотела: вернуть ему память, дать ему по морде, получить по морде сама — но лишь бы он перестал быть такой невозможно — нереально — тупо противоречивой тряпкой.
— Чего ты с таким отношением вообще хочешь от этой жизни, сволочь?!
Синдзи вдруг обмяк и устало сказал куда-то в пространство:
— Я не знаю, Мисато-сан.
«Мисато-сан». Хоть что-то новое, ага. Я отстранилась от обормота и только сейчас почувствовала на руке хватку Ибуки, которая, похоже, пыталась меня оттащить. Повернув голову, я уже подготовила взгляд через плечо в духе «зашибу стерву», но наткнулась на совершенно ошарашенные глаза докторши. Она открывала и закрывала рот, прям как волосатик, которого не купали три дня.
— Это, Майя… Ты меня отпустишь?
Взгляд Ибуки сделался осмысленным.
— А? Д-да.
Да, заикание — это заразно. Но это подождет, как подождет все остальное: и обсуждение боя, и возможные последствия контакта с порчей зазеркалья.
— Синдзи, кто такая Мисато-сан?
Обормот открыл глаза и слегка пожал плечами. Зато ответила Ибуки.
— Мисато-сан… Так подчиненные называют войд-коммандера Кацураги Мисато. «Карманного стратега» Его Тени.
Глава 10
В рубке фрегата, оказывается, ужасно тесно — по крайней мере, шагать из угла в угол оказалось занятием бессмысленным. Вопросов на
«Карманный стратег», значит? Как же, слыхали: умная и жестокая женщина, полководец из прошлых эпох. Кажется, она знает поименно всех в штабе, тусуется со своими помощниками, чем нагло игнорирует все негласные кастовые предписания. Сколько в слухах правды — большой, конечно, вопрос, но одно можно сказать точно: Кацураги Мисато — один из немногих живых экземпляров в ближайшем окружении канцлера.
И все это, черт возьми, хорошо, но между войд-коммандером и беспамятным обормотом не удавалось провести даже хиленькой пунктирной линии. Так, домыслы. Например, он был ее оперативником, его приговорили к стиранию памяти каким-то извращенным образом, но он в последний момент сбежал. Знаю: звучит ахово, знаю: дыра на дыре в этой версии, но за неимением лучшей…
— П-послушай, Аска, — начал было Синдзи у меня за спиной. — З-за всей этой кашей я не сказал…
«О, нет!»
— Ты что-то еще забыл? Надеюсь, не очередные пять лет?
— Аска, — укоризненно буркнула Майя.
— А? Что? Откуда голос-то?
Я развернулась и почти уткнулась носом в ухо Синдзи. Хм, я, оказывается, так близко села…
— Чего тебе?
— К-когда все закончилось, я об-бнаружил, что луч-захват втянул в шлюз т-три скафандра.
Почему я не удивлена? А теперь так: почему я напугана? Синдзи косился на меня с расстояния фола, я пыталась переварить комок дикого ужаса в животе, а где-то на периферии поля зрения бодро хлопала ресницами икающая Майя. «Хорошие у тебя ресницы, док. Пушистые».
— И кого ты нам еще притащил?
— Я н-не знаю.
— И ты молчал?!
— Да, а что, время б-было?
Вот надавать бы тебе по шее, засранец. На все у тебя ответ готов, и кругом ты прав, одна я все ошибаться не устаю. Ага, конечно.
— Так. Где это… Тело?
Синдзи встал и поправил майку.
— Оставил в г-грузовом трюме.
— Ээ… Ик! А почему там?
Майя тоже встала, подобравшись. Вся ее хищная медицинская натура буквально звенела в предвкушении жертвы. Но это мы еще посмотрим.
— П-потому что там его стережет Аянами.
О, да Синдзи никак проникся тактическим гением?
Я прищурилась:
— Объект в сознании?
— Сейчас н-не знаю. Рей сказала, что нет, какая-то разновидность к-комы.
— Погоди-ка, Синдзи, — снова влезла Майя. — Это сколько уже Рей вне криокамеры?
— П-почти сутки.
Вот это новости. Причем, видимо, и для Майи, потому что докторша без лишних разговоров рванула прочь из рубки. Уже на бегу я спросила Синдзи:
— И в чем секрет?