In the Deep
Шрифт:
Кацураги двинула рукой и сделала ход в совсем другой плоскости, словно издеваясь над хитрым маневром соперника. Думайте, Кадзи-сан, думайте!
— Своими решениями я без потерь уничтожила огромные силы у «Фойершельда», а уж Бездну Гадеса, извини, требовалось защищать куда лучше, чем столицу.
— Хорошо-хорошо, — сказал Редзи, наблюдая за короткой прогулкой своего ферзя. — Но у меня рост преступности и инсургентских настроений, а людей и кораблей — мало. Мы с тобой герои, но это факт.
Кацураги
— Герои, — подтвердила наконец Мисато-сан и щелкнула туру, сбивая вражескую пешку. Фигура пшикнула и растворилась.
— Ты мне хоть людьми отдай, — сказал Кадзи, изучая меркнущую в сиянии куба серую кляксу. — Когда вернешь Сорью?
Кацураги неопределенно пожала плечами:
— Когда она закончит свою гонку за канцлеренышем.
— А он хорош, правда? — без перехода заметил Кадзи и забросил всадника прямиком в расположение врага. Белым фигурам войд-адмирала резко сделалось неуютно, но это, конечно, на мой взгляд дилетанта.
— Еще как. Но Сорью я тебе не отдам. По крайней мере, пока не получу назад Икари.
Игра замерла. Или я совсем ничего не смыслю в гипер-шахматах, или в партии наметился перелом. Так приятно, что он сопровождается упоминанием моего имени, хоть я и очень-очень далеко.
— А если ты не получишь никого?
Мисато-сан оторвала взгляд от куба:
— Нет, Кадзи. Аска Сорью уже немного не та, которой ты подстроил бегство.
Кадзи-сан улыбнулся:
— Я что-то подстраивал?
— Вообще-то да, — упрямо сказала Кацураги, тяня руку к строю пешек. — Но, как говорят у вас, «нет фактов, нет дела».
— У нас не так говорят, Мисато.
Кадзи поймал в кубе руку войд-адмирала и пожал:
— Спасибо за партию, моя адмиралтесса. Вызывают, так что продолжим в следующий раз.
— Сбегаешь? — прищурилась Кацураги.
— Увы, — развел руками Кадзи. — Работа нервная.
У дверей, уже натягивая поверх игровой перчатки форменную, он обернулся:
— Кстати, что за слухи о закладке нового корабля сверхтяжелого класса? А говорят: нет денег, нет денег…
Кацураги развернулась на каблуках — до сих пор поражаюсь, как ей это удается и чего стоит.
— Империя должна отбрасывать тень, Редзи.
— Да? — удивился инквизитор. — Я думал, ты сама убедилась, что сингл-класс — это самое эффективное, что может быть.
— Убедилась, — сказала женщина, осторожно переступив с ноги на ногу. — Но червоточины закрываются по всему миру потому, что некий представитель мульти-класса уже четыре месяца хорошенько раздает Предвестиям на их поле.
Кадзи улыбнулся снова, поклонился и вышел. Мой милый адмирал всегда был выше мелочных
Адмирал Кадзи прекрасно знал, что Мисато-сан сама додумает его слова и к продолжению партии родит остроумный ответ.
Эпилог
Клуб баронианской бронепехоты — это не то место, где жалуют людей, но я знала баронии-страу, знала нужных, хм, людей — и вот я сидела здесь, отчаянно надеясь, что все поняла верно.
«Давай, рыжий засранец, ты же где-то здесь и знаешь, что я здесь. Появись уже».
— П-простите, можно?
Я подняла глаза, чувствуя вакуумный взрыв в груди.
Обормот не изменился — то есть, не изменился вообще. Тройка с плюсом за лицо, какая-то неопрятная дрянь вместо одежды — видимо, компромисс с местными вкусами. Не зря же он последний год кружил по баронианской окраине.
— Да садись, какие проблемы, — махнула я рукой.
Восемь лет, думала я, наблюдая, как он садится напротив. Mein Gott, восемь лет.
— Г-глупо, наверное, спрашивать, как ты, — сказал обормот со слабой улыбкой.
— Ну, почему глупо? Я бы сказала, по-ублюдски.
Мы помолчали. Я искала слова, и все они были донельзя обидными, и все надо было заканчивать «сдохни-сдохни-сдохни!» и выстрелом в лобешник. Но я все равно настырно пыталась что-то там такое отыскать.
В конце концов, доставать оружие среди кошачьих ветеранов — это не самая удачная мысль. Готова спорить на что угодно: говнюк подстроил встречу именно здесь. Я могу его убить — если, конечно, захочу записаться в суицидники. Могу попытаться вызвать по космопорту Картрамирраса планетарный удар.
А вот арестовать его и вывезти в кандалах, отколотить и выбить извинения — нет, не могу.
— Знаешь, сволочь, когда «Сегоки» взорвали два года назад в Пятом наркоконфликте, я очень волновалась.
Синдзи как-то расслабился. Он не ожидал ничего такого, да и я от себя, признаться, подобного не ожидала. Встреча старых ветеранов, да и только.
— П-понятно. Я тоже за тебя боялся. Что ты делала в закрытом к-космосе?
О, даже так? Сейчас растаю.
— Ходили слухи, что ты возил туда оружие.
— М-можешь пристрелить своего информатора.
Я пожала плечами:
— Спасибо за совет. Я, собственно, уже.
Обормот помолчал. То ли прикидывал, не пошутила ли я, то ли соображал, чего я такого насмотрелась в системах, пораженных ноосферным вирусом.
— Это все, конечно, просто восторг, — сказала я, прерывая его размышления, — но давай ближе к делу. Вся прямо горю от желания узнать, почему спустя восемь лет ты позволил себя догнать.
— Вообще-то, т-ты меня догоняла уже дважды.