Имперец. Том 3
Шрифт:
Ты даже не представляешь себе насколько, дружище.
Ты даже себе не представляешь.
Ресторан французской кухни «Людовик», Максим Меншиков
Составлять турнирную таблицу было мучительно, но куда деваться. Меншиков и Ермаков понимали, что некоторым отпрыскам благородных семей лучше друг с другом в замкнутом пространстве не оказываться, иначе дело кончится летальным исходом.
Вот и сегодня Максим полдня пыхтел над таблицей, а затем
Голову требовалось проветрить.
После того, как Максим раскатал Темникова на дуэли, левая партия более-менее собралась обратно, хотя некоторых персонажей Меншиков удалил от себя принудительно. Ближний круг подвергся некоторой ротации, но так было даже интереснее. Максим слушал новых людей, отмечал про себя их сильные и слабые стороны, прикидывал, кто и чем может быть полезен.
Скучные лидерские будни, в общем.
Ребята как раз активно обсуждали предстоящий турнир, и у кого какие шансы в предполагаемых схватках, когда к их столу подошел молодой человек. Примерно ровесник Максима, модно одетый брюнет со взглядом минимум хозяина жизни.
— Сергей Строганов, — представился он без приглашения и, внимательно посмотрев на Меншикова, продолжил: — Думаю, Максим, нам найдется, о чем поговорить.
Глава 22
Москва, центр, Александр Мирный
Из нотариальной конторы мы вышли в полном молчании. Я держал в руках кейс, и его приятная тяжесть как будто делала этот мир реальнее.
Привязывала меня к этой жизни, если можно было бы привязать сильнее.
— Так, ну я не вижу повода не выпить! — нарушил пафосную тишину Иван.
Василиса неуверенно посмотрела на меня, и я обнял девушку за плечи:
— Да, почему бы и нет, — кивнул я своему соседу. — Время обеденное, повод светлый. Ты, Иван, уже, небось, все приличные заведения изучил? Веди куда поближе.
— Ну, не все, но я к этому стремлюсь, — посмеялся парень.
Я закинул кейс в один из дареных автомобилей, и мы двинулись вниз по улице. Начал падать первый снежок, обещая адские пробки к вечеру. Василиса жалась к моему боку, время от времени ловя снежинки ладошкой и радуясь началу зимы, как ребенок.
— Ты точно из Москвы? — с сомнением спросил Иван девушку.
— Конечно, — удивилась Корсакова. — Что за вопросы?
— Ну, нормальные люди в городе зиму не так чтобы любят… — пояснил наследник престола. — Сугробы, заторы, пробки.
Как будто Его Высочество хоть раз в жизни в них стоял.
— Ничего ты не понимаешь, Иван, — вздохнула Василиса. — Зима скрадывает городскую серость, голые ветки и печальный асфальт. И потом, скоро же Новый год! Елка, подарки!
— Семейные обеды… — кисло вторил ей цесаревич.
— Семейные обеды, — печально повторила Василиса. — Я как-то об этом и забыла.
— Цените это время, — покачал я головой. — Совсем скоро его уже не будет.
—
— К счастью, нет, — оскалился я.
Наследник трона зыркнул недовольно, а Василиса вздохнула:
— Говорят, раньше самых лучших и особенно талантливых студентов приглашали в Кремль на малый новогодний бал, который устраивал наследник престола, — произнесла она.
— Да? — совершенно искренне спросил этот самый наследник престола и удивился.
— Да, — кивнула Василиса. — Я читала в одной исторической книге. Но потом была Великая Магическая война, стало не до балов. И после как-то традицию не возобновили.
— Да, лишних денег тогда не было… — пробормотал Иван.
При этом он сделался таким — задумчивым-задумчивым, что я прям живо представил себе Его Высочество спешащим обрадовать царствующего папеньку на тему организации новогоднего мероприятия за месяц до оного.
А главное, вот их ответственные за культмассовые мероприятия обрадуются!
— Иван, а куда мы идем? — спросила Василиса, которую прогулка под присмотром телохранителей и медленно ползущих рядом бронированных машин немного нервировала.
— А? — выпал из задумчивости цесаревич.
Видимо, уже составлял проникновенный монолог для папеньки.
— А! Так почти пришли! — заявил он.
И парень указал на вывеску над дверью следующего дома.
Ресторан «С пылу с жару!» был рад приветствовать своих гостей в нашем лице.
По моим меркам это был гриль-бар, в котором подавали мясо разной степени прожаренности и довольно сносное разнообразие рыб и морских гадов.
Народа внутри оказалось немного, так что группе сопровождения Его Высочества особенно негде было мимикрировать под мебель. В итоге они расселись за два столика: один изображал деловых партнеров на встрече без галстука, другой — встречу друзей. И тех и других выдавал алкоголь, что был заказан, разлит, но не тронут.
Мы же себе в этом удовольствии отказывать не стали. Я с Иваном заказал по хорошему стейку с картофанчиком, Василиса — рыбу с каким-то скучным салатом. Поставленный на стол графин усиленно потел, водка лилась в промороженные стопки тягучей кристально прозрачной жидкостью, точно родниковая вода. Корсакова заказала себе бокал белого вина и смотрела на нас, точнее, на графин, с некоторым ужасом и восхищением.
— Не хочешь присоединиться? — поиграл бровями Иван, кивнув на водку.
— Нет уж, спасибо, — покачала головой Корсакова. — Я боюсь, меня унесет с одной стопки.
— Ну и ничего страшного, — цесаревич, точно змий-искуситель, аккуратно пододвинул к девушке графин. — Алекс — юноша благородный, отконвоирует тебя домой без ущерба для репутации.
— Поверь, ты не хочешь знать, какое чудовище живет в девушке, которая превысила свою дозу алкоголя, — Василиса уверенно и твердо отодвинула предлагаемую тару.