Император
Шрифт:
Амара шла по коридору особняка, ее руки были полны хрустящих, белых, свежевыстиранных и выглаженных простыней, когда она услышала шум. После того, как она в последний раз видела то, чего не должна была видеть, Амара действительно не хотела расследовать. Не было никакого смысла беспокоиться, и особняк был достаточно жутким, как это было, когда он был пуст.
Решив не обращать на это внимания, Амара двинулась вперед, когда снова шум раздался, заставив ее остановиться. Он доносился из-за одной из закрытых дверей. Амара посмотрела
Глубоко вздохнув, она положила одежду на столик у стены, отодвинув хрустальную вазу. Кто, черт возьми, держал хрустальную вазу на третьем этаже в заброшенном коридоре? Сумасшедшие богачи.
Из-за двери послышались приглушенные голоса, и Амара на цыпочках прошла вперед, нагнувшись, чтобы заглянуть в замочную скважину. Мистер Марони, старший Мистер Марони, стоял над мужчиной, приставив пистолет к его виску.
— Ты передашь сообщение своим хозяевам или мне послать кого-нибудь за твоим трупом? — тихо спросил он, когда человек в кресле захныкал.
Это был тот самый шум, который она слышала. Кто-то всхлипывал.
Амара почувствовала, как сердце забилось у нее в горле, когда она снова быстро оглядела коридор, убедившись, что он пуст, прежде чем посмотреть, что происходит внутри. Она видела брата Мистера Марони, или это был кузен? Он стоял в поле зрения, спиной к Амаре.
— Я думаю, мы должны поговорить с ними сами, Лоренцо, — сказал он хриплым голосом, от которого по спине Амары пробежала дрожь. — Синдикату будет все равно, если эта сучка пропадет, даже если они получат свою доставку вовремя.
— Я хочу войти, Лео, — сказал Лоренцо Марони. — Прошли годы с тех пор, как они остановили нас. Икс говорит, что мы можем попробовать еще раз, и я хочу, чтобы это было мощное сообщение. Доставит ли он это послание живым или мертвым?
— Я думаю, тебе следует поговорить с Иксом, — предложил Лео.
Человек в кресле вскрикнул.
— Ты же знаешь, что они так не поступают. После того, что случилось с вашей первой партией, они тебя не пустят. Ты все испортил, и теперь ходят слухи, что твой сын...
— ...Вышел из игры, — решительно заявил Лоренцо Марони. — Данте никогда не узнает об этом.
Не узнает что?
Его кузен снова заговорил:
— Груз отправится через три дня со старого склада, с ним или без него. Нам не нужен этот парень.
В комнате воцарилась тишина. Амара едва осмеливалась дышать, вцепившись руками в дверной косяк, чтобы не потерять равновесие. Она должна уйти. Она действительно должна. Но ее ноги оставались приклеенными к месту, ее единственный глаз смотрел в комнату.
— Давайте отправим его обратно с сообщением, — кивнул Лоренцо Марони, затем внезапно направил пистолет на плечо мужчины и нажал на спусковой крючок.
Громкий
Этажом ниже.
Двумя этажами ниже.
Амара спустилась на первый этаж и побежала на кухню, где суетился персонал, готовя все для вечеринки. Сунув белье в руки одного из удивленных слуг, она побежала по галерее к заднему входу.
Только чтобы врезаться в кирпичную стену.
Дрожа, Амара подняла глаза и увидела, что Данте Марони держит ее за руки, удерживая в вертикальном положении, с выражением беспокойства на лице.
— Эй, эй, ты в порядке?
Амара посмотрела на него широко раскрытыми глазами и кивнула. Мистер Марони сказал, что он не может знать. Она даже не знала, что это, но не могла сказать ему. Какой в этом смысл? То, что она увидела в комнате, не было чем-то новым в этом мире. Она была единственной, кто с трудом справлялся с этим.
— Да, хмм, — она запыхалась, подбирая слова. — По-моему, я оставила дома включенной духовку. Я просто... мне просто нужно проверить, — она начала отстраняться, когда его хватка на ее руках немного усилилась, не настолько, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы удержать ее на месте.
— Посмотри на меня, — сказал он тоном, которого она никогда раньше от него не слышала.
Завладев ее вниманием. Невольно ее взгляд упал на его темно-карие глаза, чтобы увидеть, как они изучают ее.
— Что, черт возьми, с тобой происходит? — требовательно спросил он, не сводя с нее настороженного взгляда.
Амара выпрямилась, понимая, что должна оттолкнуть его. Никто не мог знать, что она что-то видела, ради ее и ее матери безопасности.
— Тебя это не касается. Ты отпустишь мои руки?
Пальцы Данте продолжали сжимать ее, почти полностью охватывая их, его прикосновение обжигало сквозь ткань ее топа. Напряжение, возникшее между ними ранее, снова возникло, когда они смотрели друг на друга сверху вниз, чего не было ни в одном из их предыдущих взаимодействий. Его пальцы согнулись один раз, челюсть заметно сжалась, прежде чем он отпустил ее. Амара сглотнула и быстрым шагом вышла из особняка.
Сердце все еще колотилось, она оглянулась и увидела, что он все еще стоит на том же месте, наблюдая, как она уходит. Она хотела сказать ему, но это ничто по сравнению с тем, что он, вероятно, видел каждый день. И она даже не знала этого человека. Она выросла, влюбившись в него, но не знала, кто он. Для неё будет лучше, если она никогда не скажет никому ничего.