Имеющие Право
Шрифт:
Эстер невольно дернулась, но это было последним проявлением слабости. "Послушай, ты же этого сама хотела. Еще лет через пять ты сама бы стала метаться по миру и соваться в самые безнадежные места, откуда точно не выйти живой. Все в порядке. Интересно, громко ли я буду кричать, когда в меня попадут? Терпения и героизма во мне ведь совсем немного…"
Но пока что ее продолжали тянуть за собой по мелкому песку дорожек. "Платинум Бич" разделился на два лагеря, мгновенно возведшие какие-то подобия укреплений, подогнавшие бронированные машины и создавшие заслон
Они удачно преодолели первый рубеж, где множество людей, пригнувшихся возле машин и кустов, держали противников на прицеле, протащили ее через ворота внутрь отдельно разбитого парка, где почти ничего не напоминало о желании двух внезапно образовавшихся в роскошном прибрежном отеле армий стереть друг друга с лица земли или, по крайней мере, основательно вывозить лицом по песку. Сообразив, что выстрелы и перспектива скорого перехода в другой мир несколько отдалились, Эстер испытала смутное разочарование и начала лягаться.
— Руку сломаю, — холодно заметил один у нее над ухом.
— Неужели силы хватит? — Эстер фыркнула, но ярко-белые пушистые бутоны на фоне темных глянцевых листьев, мимо которых ее тащили, расплывались перед глазами от выступивших слез. — А с виду такой хлипкий, даже не верится.
— Ярослав сказал, что нельзя… — начал второй, но не завершил фразы. Видимо, какое-то возникшее на пути препятствие им не понравилось, поскольку ее насильственный эскорт остановился как вкопанный.
— Оставьте ее в покое, — сказал в отдалении голос Вэла. Вначале Эстер подумала, что у нее просто помутилось в голове, и она приняла желаемое за действительное. Несколько мгновений она радовалась своей ошибке, но потом с ужасом осознала, что никакой ошибки нет.
Известный дипломат Гарайский стоял в конце аллеи, как всегда, в очередном безупречном темно-синем костюме в мелкую полоску, судя по всему, только что вышедший из — за стола переговоров. Правда, скорее все-таки выбежавший, поскольку дышал он прерывисто, волосы падали на лоб не по задумке стилиста, а от быстрого бега, и галстук сбился в сторону. В руке он держал какой-то предмет, — в нем Эстер, прищурившись, опознала пистолет, который сегодняшней ночью отпихнула ногой под кровать в номере. Ствол слегка качался — видимо, для Вэла это был первый в жизни опыт наведения оружия на живую мишень. Вряд ли он помнил о том, что пистолет полностью разряжен.
Двое, державшие Эстер, настолько поразились увиденным, что немного ослабили свой захват.
— Эй, уйди с дороги! — сказал один из них. — Не понял, кто мы? И радуйся, если мы забудем, что ты поднял на нас оружие.
— Я прекрасно понял, кто вы, — Вэл иногда задерживал дыхание, чтобы говорить более ровно. — Отпустите ее, и я не буду стрелять.
— Ты в кого собираешься стрелять, тронутый? И таким еще позволяют работать в Энергетической коалиции! Ты соображаешь, что говоришь?
— К сожалению, — Вэл слегка покачнулся. Похоже, они постарались надавить на него через хэнди-передатчик — люди вне Круга были полностью открыты для воздействия
Подручные Нежданова переглянулись и дружно захохотали.
— Во дает — такой наглости еще не доводилось встречать!
— Это будет даже весело! Как думаешь — если мы пошлем импульс с двух сторон, он сойдет с ума?
— Да он и так уже свихнулся, раз путается под ногами!
Эстер внезапно поняла, что оцепенела, и не может не то что двинуться, даже закричать, хотя это ей на данный момент хотелось сильнее всего. Она застыла с заломленной рукой, прижатая к боку одного из похитителей, упираясь одним коленом в песок. Она ясно видела, как во взгляде Вэла что-то сдвинулось и поплыло, а зрачки сузились до предела, как бывает от невыносимой боли. Он подошел уже достаточно близко, чтобы она могла это видеть. Но Эстер по-прежнему не кричала, только дернула губами в тщетной попытке их разлепить.
Она заметила еще одну деталь — у происходящего появилось двое свидетелей. Из особенно пышного розового куста посередине аллеи, раздвинув ветки и не думая дальше оглядываться по сторонам, что очень бы не помешало в столь неспокойной обстановке, вышли двое и остановились на дорожке в нескольких шагах. Один, смуглый и горбоносый, хотел сложить руки на груди, глядя на открывшуюся сцену с явным неодобрением, но только качнул пустым рукавом рубашки и обхватил себя за плечо одной рукой. Другой засунул руки в карманы и со скучающим видом стал разглядывать поочередно то небо, то песок аллеи. Эстер могла бы поручиться, что он насвистывает себе под нос, хотя сейчас ей казалось, что все звуки вокруг умерли, так сильно сдавило голову.
Излишне говорить, что второй свидетель был примечателен высоким морщинистым лбом с характерными залысинами, носил ярко-малиновую рубашку и шорты, немного неприлично смотрящиеся на фигуре с кривоватыми ногами, но, похоже, был абсолютно в себе уверен, поскольку с его губ не сходила несколько глумливая усмешка.
Но остальные участники сцены не обратили на них внимания, поскольку были слишком заняты выяснением отношений. Взгляд Вэла внезапно прояснился, он бросился вперед и, схватив одного из Бессмертных за плечо, оторвал его от Эстер и толкнул в сторону. Второму он совершенно банально и без всякого почтения шарахнул тяжелым пистолетом по лбу.
Бессмертные особой физической силой не отличались, поскольку развивать им ее в общем-то было ни к чему, в их распоряжении было множество других видов оружия и способов воздействия. И, сделавшись Бессмертными, неуязвимыми они не становились, поэтому противник Вэла закатил глаза и начал падать. Со вторым даже не пришлось разбираться — он перевернулся на бок, резко вскочил, но бросился отнюдь не в атаку на ничтожного смертного, а бегом по аллее, в ужасе оглядываясь через плечо. Заметив, что Вэл поднимает руку с пистолетом, беглец с треском обрушился в кусты.