Имеющие Право
Шрифт:
— Я стоял рядом, — он не открыл глаза, но на секунду отвел рукой волосы со лба. И Эстер с ужасом увидела умело скрытую, но теперь отчетливо заметную седую прядь в темных волосах.
— Вэл… — пробормотала она, — я не знаю, что со мной происходит последнее время… и самое страшное, что я втягиваю в это тебя… но я чувствую, понимаешь, что нас всех действительно ждет что-то жуткое, если мы не изменимся. Ты отказался от Бессмертия, значит, ты не боишься смерти? Так, как все остальные, которые готовы каждое утро лизать сапоги Бессмертным, лишь бы получить
— Мне просто интересно, — на секунду его лицо стало почти прежним, потому что в углах глаз возникла улыбка, — что же там будет дальше.
— А если ничего не будет? Если вдруг исчезнет вообще все, навсегда? Потому что мы нарушили все возможные законы существования, и не будет больше ни того мира, ни этого? Связь порвется, и все схлопнется, останется только остывающая черная дыра в пространстве? Это ведь и есть самое страшное, а не три сэкономленных каждый месяц кредита для домохозяек в твоем драгоценном Амстердаме!
— Стелла, ты же вроде уже взрослая, — Вэл обреченно дернул углом рта, — а до сих пор погружена в какие-то свои легенды.
— Легенды?!
Какое-то время она еще хватала себя за шею, пытаясь замолчать. Но потом поняла, что если не заговорит, то взорвется на месте не хуже той бомбы, которая мирно отсчитывала положенное время рядом с ними, если доверять словам Харри.
— Вы упрекаете меня в недостаточной заботе о нуждах простых людей, господин Гарайский? Что же, вы ведь сами приложили руку к тому, чтобы отделить меня от толпы. Поэтому не удивляйтесь, что интересы смертных для меня — ничто.
— А в чем заключаются твои интересы?
Он вновь плотно закрыл глаза.
— А вы еще не поняли? — Эстер подбоченилась. — Конечно, исключительно в том, чтобы развалить Энергетическую коалицию, оторвать вас от нее, сплести сложнейшую интригу, поссорить со всеми и привязать к себе хотя бы на несколько месяцев! Видите, насколько я талантлива? Гэлларде такое и не снилось!
— Стелла, в этом доме, наверно, очень много комнат. Ты не могла бы… пойти куда-то еще?
— Опять боитесь не сдержаться?
— Да, я боюсь… что начну относиться к тебе совсем по-другому.
— Плевала я на это!
— Зачем же ты тогда хотела привязать меня на несколько месяцев?
— Из прихоти! — закричала Эстер, тщетно пытаясь справиться с глазами, из которых вдруг что-то потекло. — Понятно? Я вас бы бросила, не дождавшись даже конца этого срока! А для чего еще нужны смертные — минутное удовольствие, не больше!
Она бросилась к двери, не оглядываясь, потому что ей было страшно посмотреть, какое у него сейчас выражение лица. Впрочем, дверь услужливо распахнулась — на пороге стоял Лафти, глядя на нее с обычной ухмылкой. Казалось, все происходящее его искренне забавляет.
— Не хочу прерывать ваш в высшей степени увлекательный диалог, киска, но с тобой очень хочет поговорить некий субъект. И если я правильно понимаю его намерения, тебе лучше к нему выйти.
Харри спокойно сидел на краю бассейна, свесив
— Госпожа Ливингстон, — произнес он, адресуясь к тени Эстер, упавшей на воду бассейна, — я предупреждал, что у меня несколько другой счет времени. Я не могу тянуть бесконечно, как ваши друзья Бессмертные. Что вам удалось узнать?
— Ничего, — Эстер сглотнула и сделала шаг назад, настолько ей захотелось столкнуть его в воду. — А даже если бы и узнала — вам бы ничего не передала.
— Глупо, — Харри пожал плечами. — Вместо того чтобы принести своему любовнику бессмертие, вы его убиваете. Или он вам надоел?
— Да он плевать хотел на ваше бессмертие! — Эстер сорвалась на крик, не выдержав. — Он и так будет бессмертным, но по-другому! Когда вы все научитесь понимать элементарные вещи?
— Я прекрасно понимаю главное, — Харри наконец обернулся и внимательно посмотрел на нее. Глаза у него были совсем воспаленные, наполовину скрытые за припухшими веками. — Сейчас в "Платинум Бич" между свитой Перейры и Нежданова идет война. Потому что Ярослав Нежданов, не смирившись с ролью самого последнего и младшего, добыл себе копию матрицы Права Бессмертия. Я все правильно изложил?
Эстер лишь махнула рукой. "Кого не послушаешь, везде только Право. Право, Право, одно Право. Все вертится вокруг него. А я даже не сразу почувствовала, когда оно перешло ко мне. Разве что стала еще немного более несчастной, чем до него. Тоже мне, нашли сокровище!".
— Так вот, я переоценил ваши умственные способности, госпожа Ливингстон, но в любом случае вы еще может быть полезной. Сейчас вы пойдете к Нежданову и передадите ему, что до полуночи матрица Права должна быть у меня. Иначе… ну вы найдете, что ему сказать.
— Послушайте, Харри, — сказала она, из последних сил постаравшись, чтобы ее голос звучал убедительно. Она же не дипломат, в конце концов, скорее наоборот. Но она искренне старалась. — Матрицы Права нет ни у кого… ни у кого из них. Я вам ручаюсь в этом. Вы ее не достанете. Зачем она вам? С приходом в мир Бессмертия все стало намного хуже, разве вы не согласны со мной?
— Потому что оно в руках у подлых и беспощадных людей, думающих только о власти над другими.
— Харри, ну ведь люди все такие, просто одни стараются исправиться, а другие даже не дают себе такого труда. Пока они сознают, что жизнь конечна, что надо что-то оставить после себя, пока они понимают, что кроме пребывания в этом мире есть что-то другое, с чем они неразрывно связаны — они будут что-то делать, пусть не все, но некоторые из них. А если сделать безнаказанными и вечными пусть даже самых лучших людей… Харри, это еще хуже, чем наделить бессмертием всех негодяев на земле! Вы можете меня понять?