Илония

Ильинская Яна Игоревна

– Извините меня, принц, - раздался внезапно голос Багиса.

Корн удивленно обернулся. За все время их путешествия он отдавал Багису только обычные повседневные приказы, и только один раз лично поздравил его в Тоготе. Багис также не произнес ни одного лишнего слова вне исполнения своих обязанностей. И между тем именно он продолжил:

– Мне кажется, что со стороны короля Оскорта было бы логично подслушивать нас и после ваших слов он постарается разделить нас. Так что вам придется рассчитывать только на себя.

Корн согласно кивнул.

– Да,

возможно так оно и есть. Что ж, удесятерю свою осторожность, и буду говорить только после того, как сосчитаю до трех.

Салан покачал головой:

– До пяти минимум, принц, а еще лучше переводите сразу разговор на другую тему.

Все рассмеялись, но не расслабились.

До вечера им предложили походить по городу. Сопровождали их все те же стражники, уже более учтивые, чем раньше. Город размерами ничем не отличался от родного города Корна, только вот стражников было намного больше. Город буквально кишел ими. Они были и в трактирах, куда путешественники зашли подкрепиться, и в лавках торговцев. Они охраняли эти самые лавки и сопровождали для охраны всех богатых горожан. Видимо, не безопасно было бродить по этому городу тем, кому было что защищать.

Вечером был устроен пир в честь принца Корна. Король посадил Корна справа от себя, Салана и Воргота же отвели на дальний конец стола. "Вот оно, обещанное разделение", - с некоторым беспокойством подумал Корн.

Король Оскорт же был сама любезность. Поднимая кубок с вином за здоровье гостя, он говорил красивые слова и весело рассказывал Корну смешные случаи из жизни своих подданных. Но Корн был начеку, и вино пил умеренно, не давая себя опоить и расслабить. Может, ему и показалось, но в глазах Оскорта по-прежнему была, теперь уже скрытая, усмешка. Так продолжалось довольно долго, когда Оскорт внезапно рассмеялся:

– Право, принц, давайте все-таки поговорим, я не обижусь, если вы переведете вдруг разговор на другую тему, но мне хотелось бы услышать и ваши рассказы.

Как не готов был Корн, он все-таки вздрогнул. А так как он в это время подносил к губам кубок, вино плеснулось ему на рубашку. Принц не сомневался, что Оскорт специально произнес свою фразу именно в этот момент.

– Вы так неловки, принц, надеюсь, во время нашего поединка вы будете более хладнокровным.

– О каком поединке вы говорите, ваше величество, - Корн нашел в себе силы проговорить это с легкой непринужденной улыбкой.

– Браво, вы растете прямо на глазах, - Оскорт даже хлопнул в ладоши, - я не заметил, чтобы вы сосчитали даже до трех, не говоря уж о пяти.

Но на Корна это внезапно произвело обратное впечатление. Он не вспыхнул, а, наоборот, успокоился. Он принял игру Оскорта, и ему стало легче.

– И, тем не менее, прошу меня простить, я все же не понимаю, какой поединок вы имеете в виду.

– Ну уж, конечно, не словесный, мой дорогой. В этом поединке, я уже, видимо, проиграл. Вы учитесь на ходу.

– Тогда какой же? Я не помню, чтобы вызывал вас не только наедине в своей комнате, но и в своих мыслях.

А уж ваш вызов я точно не пропустил бы мимо ушей.

– Ну, о каком вызове вы говорите, это не вызов, это приглашение, честь, которую вы окажете мне и, возможно, которую я окажу вам.

– Я должен просить простить меня, ваше величество, я не имею права драться с королем, тем более, с таким гостеприимным хозяином.

– Ах, к чему такие условности, мы отлично проведем время. Тем более, принц, - король сделал паузу, - Вы не можете отказаться, у вас нет выбора.

– От чего же? Я не прослыву трусом, отказавшись драться с королем.

– Вы прослывете покойником, мой друг, если откажетесь. Дело в том, что платок, который я вам дал сегодня утром приложить к ране, пропитан ядом. В вашем теле сейчас гуляет яд, принц Корн.

– Я не верю вам, - он действительно не поверил, но между тем непроизвольно вздрогнул, - как вы объясните тогда мою смерть? Для вашей страны это будет обозначать войну.

– Ну, так уж и войну, - Оскорт похлопал Корна по плечу, - во-первых, никто не догадается, что вы умрете от яда. Так, царапина, заражение крови. Во-вторых, - Оскорт наклонился к юноше и тихим жестким голосом произнес, - я хочу этой войны и это будет прекрасный повод.

– Для чего тогда устраивать этот спектакль? Не проще ли просто убить меня, тогда война вам обеспечена. А то ведь мой отец и впрямь подумает, что я умер от царапины.

– Вы правы, принц Корн, вы правы, - Оскорт откинулся на спинку стула, - хотя вы не учитываете один факт - мне нравится ходить по лезвию ножа. А вдруг все-таки ваш отец подумает по-другому.

– И все же я вам не верю. И я покидаю ваш стол не зависимо от того, шутка это или нет. В любом случае, я достаточно терпел ваши оскорбления и унижения и не считаю возможном терпеть их дальше. Если вам больше нечего сказать… - Корн встал, но Оскорт удержал его.

– Противоядие после поединка, - сказал король, усмехаясь.
– Это все, что я хочу добавить. И учтите, действие яда начнется утром. И чем скорее вы придете к решению, тем скорее вы получите противоядие.

– Что вы хотите от этого поединка, король?
– Корн сел на стул.

– А где же "ваше величество"? Вы стали опасно грубым, принц.
– Король осуждающе покачал головой.
– А что я хочу от поединка? А ничего, посмотреть, чему учит своих детей король Эмдар. Говорят, его сыновья прошли хорошую школу, хочу сравнить со своей.

– В таком случае, вам было бы лучше померяться силами с моими братьями, они превосходят меня в умении владеть оружием.

– Ну не прибедняйтесь, принц, не прибедняйтесь. Тем более что у меня в гостях вы, а не ваши братья.

– Какие еще сюрпризы вы приготовили для меня? Что-нибудь типа: поединок до победного конца, до смерти одного из нас, или проигравшего в подземелье, а?

– О, больше никаких, можете уехать сразу, как только поединок кончится.

– Не уверен, что верю вам, но выбирать мне не приходится, не так ли?