Игры Смерти
Шрифт:
Дементора волновало иное. Противостоять этой массе мелочи должны были только две тысячи с лишним геймеров-«воплощённых». И это было проблемой. Дема не решался оценить противостоящую им орду точно, но даже навскидку, в рядах противника угадывалось свыше десятка тысяч уродливых существ!
Но убояться — значит, забыть о вере, разве не так?
— Эльфийка, нас, кажется, на слабо берут, не находишь? — обронил Дементор задумчиво. — Типа проверяют на твердость веры. Всякие мысли из ниоткуда приходят. Ты как?
Эльфийка не отвечала. Дема повел плечами и удобнее перехватил огромный меч
Казалась, от хмурого железа в его руки перетек еле видный, сияющий разряд. Пальцы наполнились пульсацией, необычной, но очень приятной. Будоражащей, как глоток энергетика.
Дем понял. Это божественная сила текла в него из меча!
«Я оружие ЕГО»! — запульсировало в голове. — Я умру за НЕГО!
Дем хмыкнул. Что бы не понималось под «божественной силой» на данном конкретном уровне, все предыдущие ощущения Игр Смерти выглядели до нельзя натуральными. Почему бы тогда и пресловутой «пране», которую использовали в прочих Играх, не быть здесь работающей, то есть «настоящей»?!
«Ну что же, еще один поклон разработчикам, чтоб они сдохли. Умельцы блин златорукие».
— Мне кажется ты прав, — неожиданно сказала Эльфийка. — Похоже? Нас правда проверяют на твердость веры. Голоса все в башке уже замучили. Но кстати, с чего это ты сам заговорил про веру? Я тебя не узнаю, Дема, ты же атеист до мозга костей! Помню, любил придираться к каждой мелочи, выискивать несоответствия в текстах писаний. Чтобы понимать, что — правда, а что нет. Ты ведь даже в аномальные явления никогда толком не верил. И тут — твердость веры? С чего?
— Знаешь, — пояснил Дементий, — учитывая все, что происходит с нами в Игре, я намерен изменить свое мнение об аномальных явлениях в пределах данной конкретной локации. Понятно объясняю? Если Игра требует, чтобы мы верили в сверхестественную силу, мы будем в нее верить. В данном случае — в силу Бога. Объяснять долго, ты… просто поверь и всё.
— Ого, а вот это выверт! — Эльфийка едва не присвистнула. — Ты меня реально пугаешь. Подыши спокойно, ладно? Прочисти мозг.
На всякий случай она даже на шажок отступила. Но в это мгновение Дема почувствовал нечто совершенно неописуемое. Если бы он был наркоманом, то, возможно, нужные ассоциации пришли, но так — он просто не находил слов. Возможно, на языке священнослужителей это звалось благодатью, нисхождением Силы, прикосновением Господа. Но Дементор, скорее, сравнил бы происходящее обрушением ледника. На него словно вылили океан ледяной воды, настолько холодной, что продрало до костей. Одновременно его морозило и обжигало. Впрочем, даже такое сравнение не могло объяснить всей гаммы фантастических ощущений. Дементора охватила настоящая эйфория. Покорность, смирение, но, в то же время, незримая МОЩЬ заполонила его до краёв!
— Биться до последнего … — зашептал он, — сражение на смерть, пока последняя капля бесовской или человеческой крови не прикоснется к земле… За имя ЕГО… За веру ЕГО… Смерть проклятым! Сме-е-ерть!!!
Эльфийка округлила глаза, шагнула ближе и резко толкнула его
— Свихнулся? — проговорила она. — Очнись! Ты не средневековый фанатик и тем более не монах-инквизитор. Кстати, какие из инквизиторов бойцы, да еще с такими нелепыми мечами? Мы сейчас вообще непонятного за кого сражаемся! Это мы, помнишь, Дема? Мы, ты и я! Не сходи с ума. Мы школьники, это всего лишь Игра!
— Безумная, все битвы во имя ЕГО! — неожиданно заорал Дементор, брызгая слюной. Его разум вполне оставался с ним, но тело начало вытворять черт те что. — Мы жаждем крови и отделения душ невинных от грешных! Лишь преданные ЕМУ войдут во врата рая и воссядут подле!
— Эк тебя повернуло, — Эльфийка с ужасом смотрела на приятеля и качала головой, — Ты спятил. Неужели не понимаешь, что так действует на тебя Игра. Кстати, почему я ничего не ощущаю?
Но Игра поглотила уже не только Дементора.
Несколько человек из рядов «воплощенных» выскочили вперед, и принялись бегать вдоль рядов Игроков, размахивая мечами, словно крестами, то есть в перевернутом виде — руками за более длинную часть, за лезвие клинка. Кричали все разное, но общий смысл Эльфийка без труда уловила.
— Братья и сёстры! — орали наперебой. — Постоим за Веру нашу и за Отца нашего Небесного! Проклятые создания не сломят праведной воли! Для павших сестер и братьев найдётся место у ног Вседержителя!
«Перехлёст, — подумала Эльфийка, — либо глюк Игры, либо новая программа. С эмоциями, со страхом и болью мы уже сталкивались на прошлых уровнях. Но что ЭТО? Внешний контроль над мускулами и голосовым аппаратом Игрока или… действительно священная вера?»
Если бы Эля спросила об этом Дементора, тот бы не ответил.
Он на самом деле испытывал те чувства, о которых кричали окружающие его свихнувшиеся геймеры. Программа Игры превратила их в послушных марионеток. Нашла в них червоточину, слабое место.
Странно, но Эля и многие другие «воплощенные» держались. Возможно, силы, которые излучали мечи или все игровое поле уровня воздействовали на разных людей неравномерно. Возможно, кто-то из Игроков мог лучше противостоять этой силе, кто-то хуже.
Но Игра, безусловно ЛОМАЛА психику людей. С каждым шагом своим и криком Дементор понимал, что становиться не просто марионеткой внутри дареного Игрой тела. Но начинает ВЕРИТЬ. Его просто захлестывал экстаз! Разум еще держался за рациональные соображения, но нечто более сильное, чем логика, погружало его сознание в темную глубину.
Убить!!!
Забыв о неудобном эфесе, Дема и ему подобные, составившие как это ни странно, первую линию человеческого отряда, врассыпную, перегоняя друг друга, бросились на врага!
Армия тьмы, между тем, не обращая внимания на происходящие «внутрисистемные» изменения в рядах противника, спокойно выстроилась, не спеша развернулась в широкое каре и побрела навстречу неистовым послушникам я рясах. Чёрные и красные, маленькие и большие, проклятые и преисполненные гневом, ухмыляющиеся, рыдающие и ржущие, многообразные создания преисподней потащились, поползли, запрыгали по земле в направлении серых ряс.
На бегу, обгоняя других фанатиков, Дементор указал мечом на наступающих бестий.