Игрушка для психопата
Шрифт:
Госпожа? Интересно, это он о Ядвиге?
Мы молча поднялись на четвёртый этаж в маленьком лифте и вошли в светлую студию. Два букета цветов в белоснежных вазонах, бархатный диванчик, столик с зеркалом, на котором стояли образцы духов в стройных флаконах – один чёрно-белый, второй золотистый с блёстками. Широкое окно было закрыто полупрозрачным тюлем и бежевыми шторами.
– Не тормози, – мой спутник открыл дверь за лампами и внушительной камерой на штативе.
Последовав за ним, я попал в маленькую серую комнатку, где у журнального столика на пыльном диване сидела Ядвига в компании
Заметив меня, шатенка вскочила и подбежала ко мне. Она оказалась выше меня: макушкой я едва доставал до её костлявых плеч.
– Яга, да он и впрямь красавец! – она схватила меня за подбородок и стала вертеть лицо. – Привет, Тимур. Меня зовут Софья.
Ядвига благосклонно улыбнулась и махнула рукой. Бритоголовый кивнул и вышел.
– Рада, что ты согласился. Садись, Соня уложит тебе волосы.
Её бархатный голос меня успокоил.
Софья положила руки на мои плечи и, наклонившись ко мне, взглянула отражению в глаза:
– Что-то виски у тебя лохматые. Позволишь подбрить?
Я смутился.
– Надеюсь, это не дорого.
Она тихо засмеялась, прикрыв рот:
– Не волнуйся, денег не возьму.
Я кивнул. Кто же откажется от бесплатной стрижки?
Мужчина вышел настраивать свет и камеру.
Не прекращая переговариваться с Ядвигой, Соня извлекла из недр столика триммер и принялась за дело. Она работала легко, отточенными движениями снимая лишнее. Затем стильно уложила волосы и очистила лицо смоченным ватным диском.
– Ты как относишься к косметике?
– Никогда не пробовал.
Мне было известно, что для качественных фотосъёмок необходим грим, и потому, когда Софья шлёпнула мне на лицо крем телесного цвета, не удивился. Она скрыла синяки под глазами, выделила скулы и подбородок, припудрила шею.
– Вот и всё!
Я всматривался и не узнавал себя. Всё-таки косметика великая вещь – жаль, такая тяжёлая.
Ядвига встала с диванчика, медленно подошла и наклонилась ко мне через правое плечо. Её рука скользнула от ключицы до плеча.
– Горяч, – шёпот обдал ухо жаром.
Я напрягся. Мне казалось, она проводит вечера, кидая дротики в моё фото.
Соня вытащила из шкафа фрачный костюм с белоснежной рубашкой в викторианском стиле.
– Переодевайся, и про ботинки не забудь, – скомандовала она, бросив его мне. – Ядвига, садись, я займусь твоим личиком.
Я стянул с себя одежду и кожей прочувствовал заинтересованный взгляд. Краем глаза уловил, что обе следят за мной в зеркало.
Как ни странно, брюки и фрак хорошо на меня сели. Рубашка была чуть великовата, но под костюмом в глаза не бросалось. Лакированные ботинки оказались чуть больше, чем нужно, но не критично.
– Красавчик! – не отвлекаясь от работы, подмигнула стилистка. Она рисовала Ядвиге губы тонкой кисточкой.
Я вышел в студию. Фотограф возился
– Долго они? – раздражённо спросил он.
Меня посетило лёгкое волнение, и я лишь пожал плечами. Тот махнул рукой и снова вернулся к камере.
Вскоре он подозвал меня:
– Иди сюда, сделаю пару пробных снимков.
Я вышел на место съёмки и попытался красиво встать. Пара щелчков, вспышки.
– Сядь на диван, – скомандовал фотограф. Я послушался. – Больше власти. Ты – король мира.
Через пять минут щелчков и команд из комнатки вышла Ядвига в поблёскивающем золотистом платье, облегающем стройную фигуру. Пышные светлые волосы струились по плечам. У меня перехватило дыхание от её великолепия. Она подошла ко мне.
– Отлично, – сказал фотограф. – А теперь встаньте ближе друг к другу…
Мы брызгали друг друга из рекламных флаконов, становились у столика. Ради удачных кадров я вставал перед ней на одно колено, целовал запястье, изящную шею, зарывался лицом в волосы и млел.
Она прекрасна, чёрт возьми. Лучшая женщина, которую я встречал.
Когда фотограф нащёлкал достаточно снимков и удалился в соседнюю комнатку, я в невероятной усталости опустился на диванчик.
– Как ты? – Ядвига села рядом и внимательно посмотрела мне в глаза.
– Нормально.
Она улыбнулась и погладила моё плечо:
– Это хорошо. Фотосессия вышла весьма эмоциональной. Ты отлично справляешься.
– Спасибо.
На меня хлёсткой волной накатило возбуждение.
Я позволил себе наглость притянуть Ядвигу к себе за талию и принялся целовать, размазывая помаду. Она отвечала, поглаживая мой торс. Страсть овладела мной настолько, что я забыл о людях в соседней комнате, оставляя поцелуй за поцелуем на изящной шее и ключицах. Мне хотелось только одного: сорвать с неё всю одежду и упиваться нежным телом. Её красота захватывала меня, поглощала.
Словно читая мысли, она расстегнула пуговицы на моем фраке. Я стремительно скинул его и принялся за рубашку.
В её руке сверкнула блестящая квадратная упаковка. Она готовилась.
С Ядвиги соскользнуло платье, и она осталась в кружевном белье. Нечто такое я и ожидал.
Она легла передо мной, с готовностью раскинув ноги, и ждала. Немного борьбы с одеждой, и я, порывисто целуя, медленно и нежно вколачивал её тело в кожаную обивку. Она выгибала шею и глубоко дышала, сдерживая стоны. Глаза будто застелило пеленой, и я не мог думать ни о чём, кроме неё.
Ядвига вонзала мне в спину ногти и быстро шептала что-то неразборчивое.
Я прижал её к себе и ускорился. Какое прекрасное чувство!
Перед глазами заплясали искорки. Я целовал её и не мог остановиться. Она дрожала. Я чувствовал её сердцебиение.
Не сдержав стона, я кончил и, чмокнув её румяную щёку, довольно растянулся на диване.
Одеваясь, я заметил мусорное ведёрко. Тут настал мой черёд краснеть. Это значило лишь одно: кто-то принёс его сюда. Что ж, об этом лучше не думать.