Играть... в тебя
Шрифт:
Словно в самом деле съесть хочет. Проглотить…
Я только раскрываю рот, позволяя ему это сделать.
Принимая свое поражение.
Я, наверно, не готова… Наверно, так нельзя, да? Я его совсем не знаю… Но… Я его уже люблю.
И очень-очень хочу, чтоб он со мной это сделал.
Сделай со мной это, Сава…
— Хочу тебя, пиздец, как, Птичка… — шепчет Сава, отрываясь от моих губ. Его взгляд плывет, там вообще нет ни отблеска разума. Только огонь. — Так давно хочу…
Давно? Как давно? Мы же совсем недавно…
Мои
Ничего не отвечаю, только смотрю на него. Насмотреться не могу.
— У тебя такие глаза… — говорит Сава, — в них — весь мир… Хочу…
И я, не отдавая себе отчета, повторяю за ним:
— Хочу…
Несмотря на то, что говорю я очень-очень тихо, Сава слышит. И глаза его загораются яростно и довольно.
А затем мир переворачивается, и я оказываюсь на животе!
А он — сверху.
Ошеломленно смотрю перед собой, на свои судорожно сжатые на покрывале пальцы. И шепот Савы у моего уха, словно демон искуситель сидит на левом плече…
— Летим, Птичка…
Ох… Нет… Не летим… Падаем…
15. Сава. Падаем…
Я не хотел вот так сразу.
Хотя, нет. Чего врать, хотел.
Конечно, хотел!
Все утро, пока приходил в себя после охеренного подарочка от братишки, от которого жопа до сих пор квадратная была, пока выяснял подробности эпичной битвы за власть и любовь, в которой Симоновы, само собой, победили, нет-нет, да и лез в телефон, чтоб хоть что-то написать моей Птичке.
Гоша проводил ее до дома, отследил, чтоб нормально зашла в подъезд, и просигнализировал, что все окей.
Можно было выдохнуть, заняться своими делами, наконец…
Но не занималось!
Даже досада, что меня, как щенка малолетнего, откинули куда-то на задний план от дел семьи, не особо яркой была!
Так…
Переживал, бесился, но…
Но если б не эта поездочка в поезде, не видать бы мне Птички. Нам бы с ней тупо негде даже пересечься было!
Так что все, что ни делается, явно к лучшему.
Девчонка Сандра выглядела утомленной и напуганной. Брат, со свойственной ему толстокожестью, этот момент проебал и плотно занялся дотаптыванием поляны, потому как девчонка Лика оказалась не бедной замарашкой, а очень даже богатой невестой, с очень даже жестким папашей. Я про Сурена слышал пару раз от отца и помнил, что там вообще мужик — не сахарочек.
Лика у него была единственной дочуркой, и то, что ее прибрал к рукам Сандр, Сурену, само собой, вообще не понравилось.
И все утро в доме шли высокие переговоры за тяжелыми дверями… Делили власть, бизнес и Лику.
Про то, что сама Лика в этот момент переживает и сидит на измене, боясь, что ее никто не любит, никому из высоких договаривающихся сторон
Смешно, блядь.
Короче, я развлек будущую родню, потому что, если я хоть что-то понимал в этой жизни, Сандр свою добычу нихуя не отпустит теперь, и плевать ему на сурового папашу, его армию, его бабки и весь белый свет.
Брата я знал лучше всех, как и он меня, впрочем, серьезное и деловое выражение смурной физиономии оценил, потому шансы прикидывал верно.
И хоть хотелось мне на все плюнуть и сорваться к моей Птичке, чтоб доделать, наконец, все то, о чем больше суток подряд нон-стопом думалось и представлялось, но…
Но я иногда думаю не только членом.
Потому — утешил Лику, показал, что все в порядке с ней и Сандром, и что он ее в любом варианте заберет себе, никакой папаша не утащит… А то братишка, при всех его достоинствах, вообще с девчонками не умеет. Не понимает, что они иногда слов хотят. А если с ними не говорить, они начинают много думать. И обычно не в ту сторону, в какую нормальные люди. И потом тебе хоба — и сюрприз-сюрприз, мать его! И стоишь ты, такой, в сюрпризе весь… Обтекаешь…
Короче, по общению с девчонками я могу братишке уроки давать.
И вообще… Я хорошее дело сделал! Его девочку утешил! И развлек, пока он там дела мирового господства решал! Он мне за это должен, пиздец, как!
Из дома вырываюсь ближе обеду. Запрягаю семейный "Рэндж", с Гошей за рулем, потому что мне пока что не разрешено одному передвигаться, типа, не все враги еще придавлены! У-у-у! Стр-р-рашна!
Учитывая, что я распаленный уже до предела нереальной строгостью и скромностью моей Птички, явно охреневшей от того, что я ей присылал, то не скандалю и свою тачку из плена вырвать не пытаюсь.
Мысли не там потому что.
Блин, надо же, как торкает реальная, а не напускная невинность!
Я ей, по сути, ничего такого и не отправил, чего нет в моих соцсетях! Даже член не прислал ни разу!
А ее смущение, транслируемое через экран, можно было ножом резать! И на хлеб намазывать! Вкусно!
По пути заскакиваю в хорошую пекарню, набираю всего, на что глаз падает. Потом — в цветочный. Выбираю самый красивый и нежный букет.
Но все это, к херам, забывается, когда открывается дверь, и я вижу ее.
Мою Птичку.
Маленькую, взъерошенную, испуганную. С огромными растерянными глазками. Она стоит передо мной, неловко сцепив пальчики перед грудью, и выглядит настолько соблазнительно беспомощной, в этих домашних шортах, босая, взволнованная…
Что я мгновенно забываю все слова.
И что хотел сначала поговорить. Как-то настроить… Что нельзя вот так… Напугаю… Она — не дешевая девка, она — моя маленькая Птичка…
Но все эти мысли — со свистом из головы выносит.
Шагаю вперед, не видя перед собой ничего. Только цель.