Игра сердец
Шрифт:
Джонни и Ангус, обменявшись встревоженными взглядами, тут же кинулись к ней.
— Тебе плохо? — Ангус положил руки ей на плечи.
— Побудь здесь еще немного, — едва слышным шепотом попросила она, — пожалуйста! — Потом обернулась к Джонни и неестественно веселым тоном добавила:
— А ну-ка бегом наверх! Я скоро приду — только уберу с пола весь этот мусор!
За все это время Люк не проронил ни слова; его глаза превратились в две узкие щелки, ноздри раздувались, маленькие руки сжались в кулаки.
— Ты тоже иди в постель. Люк, —
Без единого слова мальчик повернулся и, взбежав по лестнице, с грохотом захлопнул за собой дверь.
Ангус недовольно поморщился.
— Может, помочь тебе убрать весь этот кавардак? — словно нехотя спросил он.
Сюзанна проглотила слезы.
— Мне ничего не нужно от тебя! Ничего, понимаешь?
Пройдя через комнату, Ангус наклонился к ней, взял за плечи и заставил подняться. Глаза их встретились.
— Сюзанна…
— Не надо! — Она, кусая губы, едва удерживалась от рыданий. — Неужели ты настолько слеп и не замечаешь, как много значишь для него?! Или у тебя совсем нет сердца? Ты просто не заслуживаешь таких сыновей!
— Между прочим, такой жены, как ты, я тоже не заслуживаю…
— Уходи, Ангус! Отправляйся спать, лови своих проклятых мустангов, делай что хочешь. Только держись от меня подальше. Надеюсь, тебе все ясно?
— Более чем. А ты постарайся не плакать нынче ночью — честное слово, я того не стою!
— Ты тут вообще ни при чем. Я плачу из-за них, не из-за тебя.
— Из-за всех нас, — поправил Ангус и, наклонившись, осторожно поцеловал ее в губы. — Хотя я действительно жалею о том, что привез тебя сюда, но ты нужна им, Сьюзи, очень нужна. Ты оказалась права…
— Умоляю тебя, не надо! Не надо меня целовать, особенно сейчас.
Хмуро улыбнувшись, он все-таки поцеловал ее в лоб.
— Знаешь, до сих пор я ни разу не видел их такими счастливыми! С того самого дня, как забрал с фермы Алекса и привез сюда, на ранчо. Так что тебе вряд ли стоит так уж сильно расстраиваться, а плакать тем более!
Сюзанне захотелось кинуться к нему в объятия, чтобы он приласкал и утешил ее, утер ей слезы, сказал, что все будет хорошо. Как глупо: Ангус при его самонадеянности вполне может вбить себе в голову, что она просто истосковалась по нему.
Решительно высвободившись из его рук, Сюзанна вытерла глаза и отвернулась.
— Иди в свою конюшню, Ангус, доброй тебе ночи! А о мальчиках я позабочусь.
Ангус действительно уехал из дома еще до рассвета; он так торопился, что даже не сварил себе кофе, и Сюзанна невольно засомневалась, заходил ли он вообще в дом после вчерашнего или так и не решился? Меньше всего ей хотелось, чтобы из-за нее трещина между Ангусом и его сыновьями стала еще шире, но она была бессильна что-либо изменить, по крайней мере сейчас.
За завтраком Люк, скользнув холодным взглядом по ее опухшему лицу, коротко кивнул.
— Ну что, разве я тебя не предупреждал? Он очень жестокий человек.
— Папа тебя побил, Сюзанна? — удивленно протянул Джонни. — Так
— Нет, милый, что ты! Ваш папа не делал ничего такого, наоборот, прошлым вечером он был очень добр ко мне.
— Он? — Люк недоверчиво фыркнул.
— Ты не поднялась к нам и не рассказала нам «пододеяльную» историю. — Джонни испытующе посмотрел на нее. — Это все из-за папы, да? Или из-за того, что ты грохнула столько тарелок?
Сюзанна смущенно пожала плечами. В глубине души она была благодарна маленькому Джонни за его невольную подсказку.
— Слушайте, может, забудем о том, что случилось вчера, и вместе подумаем о сегодняшних делах. Что, если мы устроим небольшой пикник? Заодно вы могли бы показать мне ваш новый плот…
Люк вскинул голову: похоже, идея ему понравилась.
— Точно! Прихватим с собой побольше еды, сядем на плот и спустимся вниз по реке аж до самого Сакраменто!
Когда у нас кончатся припасы, будем ловить рыбу — ее в реке пропасть.
— До Сакраменто? — Сюзанна улыбнулась. — Но ведь это может занять несколько дней.
— Папа запретил нам спускаться на плоту по реке, — вмешался Джонни. — Можно только возле самого берега.
— Подумаешь! — Люк презрительно скривился. — Кому какое дело, что он запретил?! Сколько можно болтаться возле берега, все равно когда-нибудь придется спуститься по реке, иначе мы так и останемся здесь на веки вечные.
— Господи, что ты говоришь!
— В Сакраменто кто угодно отыщет себе работу. Я сильный, Сюзанна, и смогу заработать достаточно денег, чтобы прокормить нас всех! Мы не хотим ждать еще целый год! — умоляюще проговорил он. — Ты же сама видела: на него никакой надежды и он никогда не изменится, никогда! Старина Ангус, — с жесткой усмешкой протянул Люк. — Мы просто выдумали, что он добрый и любит нас, — хотели, чтобы так было на самом деле, но это невозможно.
Сюзанна и сама уже думала об этом, но слышать такие слова из уст семилетнего ребенка, да еще сказанные столь хладнокровно и даже безжалостно, было невыносимо.
— Не правда! Я знаю, что прежний Ангус все еще жив, и могу это доказать! — Заметив издевательскую ухмылку на лице Люка, Сюзанна торопливо продолжила:
— Конечно, вряд ли через год он снова станет таким, как прежде, на это потребуется гораздо больше времени, но,.. Люк, ты куда?
Обернувшись, мальчик через плечо смерил ее холодным взглядом.
— Ты в точности как мама: ничего не хочешь видеть, будто ослепла! А все из-за этих дурацких поцелуев — тебе они тоже нравятся чересчур сильно…
— Люк Йейтс!
— Извини, у меня еще полно дел. — Дверь с грохотом захлопнулась.
Из груди Сюзанны вырвался тяжелый вздох. Нахмурившись, она обернулась к Джонни.
— Похоже, твой брат сегодня не в настроении.
Малыш уныло кивнул.
— Он и на маму тоже часто кричал…
Сюзанна на мгновение задумалась.
— Твоя мама многое прощала отцу, потому что ей нравилось его целовать, я правильно поняла Джонни?