Игра ангела
Шрифт:
— Прошу прощения за грубый прием, — пробормотал он.
Я прошел вслед за ним до кухни и остановился на пороге. Сальвадор положил револьвер на мойку и поджег одну из горелок на плите бумагой и картоном. Достав банку кофе, он вопросительно посмотрел на меня.
— Нет, благодарю.
— Это единственная приличная вещь у меня в доме, предупреждаю, — сказал он.
— Тогда я составлю вам компанию.
Сальвадор насыпал две полные ложки молотого кофе в кофейник, наполнил его водой из кувшина
— Кто вам рассказал обо мне?
— Несколько дней назад я посетил сеньору Марласку, вдову. Она и обмолвилась о вас. По ее словам, вы — единственный человек, пытавшийся выяснить правду, и это стоило вам службы.
— Можно и так выразиться, наверное, — сказал он.
Я заметил, что при упоминании вдовы в его глазах промелькнуло волнение, и мне стало любопытно, что же на самом деле произошло между ними в те печальные дни.
— Как она? — спросил Сальвадор. — Сеньора Марласка.
— Полагаю, что скучает по вашему обществу, — осмелел я.
Сальвадор кивнул. Его злость полностью улетучилась.
— Я давно уже не бывал у нее.
— Она убеждена, что вы вините ее в случившемся. Думаю, ей было бы приятно снова встретиться с вами, хотя прошло уже столько времени.
— Пожалуй, вы правы. Мне действительно следовало бы навестить ее…
— Вы можете мне объяснить, что тогда произошло?
Выражение лица Сальвадора вновь сделалось суровым. Он наклонил голову.
— Что вы хотите узнать?
— Вдова Марласки сказала, что вы никогда не признавали версию, согласно которой ее муж наложил на себя руки, и вы находили обстоятельства его смерти подозрительными.
— Более чем. Вам уже сообщили, как умер Марласка?
— Я знаю только, что, по слухам, произошел несчастный случай.
— Марласка утонул. По крайней мере так было написано в заключительном рапорте полиции.
— Как он утонул?
— Существует только один способ утонуть, но об этом позже. Самое любопытное — где.
— В море?
Сальвадор улыбнулся. Улыбка его была мрачной и горькой, как кофе, начинавший подниматься в кофейнике. Сальвадор вдохнул исходивший от напитка аромат.
— Вы уверены, что хотите услышать историю до конца?
— В жизни ни в чем не был уверен больше.
Протянув мне полную чашку, он оглядел меня с ног до головы, словно оценивая.
— Догадываюсь, что вы уже побывали у этого сукина сына, Валеры?
— Если вы имеете в виду компаньона Марласки, то старик умер. Я беседовал с его сыном.
— Тоже сукин сын, только характер не тот. Не знаю, что он вам порассказал, но ручаюсь, он не признался, что это они тайком устроили так, что меня выкинули из корпуса, и я превратился в парию, кому даже милостыню никто не подаст.
— Боюсь, он упустил этот момент в своем изложении событий, — согласился
— Я не удивлен.
— Вы собирались рассказать, как утонул Марласка.
— А вот тут начинается самое интересное, — сказал Сальвадор. — Вам известно, что сеньор Марласка, помимо того, что он был адвокатом, ученым и писателем, дважды побеждал в рождественских заплывах в порту, организованных Клубом пловцов Барселоны?
— Как может утонуть чемпион по плаванию? — удивился я.
— Вопрос — где. Тело сеньора Марласки нашли в резервуаре на асотее водосборника в парке Сьюдадела. Знаете это место?
Я проглотил слюну и кивнул. Там я впервые встретился с Корелли.
— Если вы его видели, то представляете, что, когда резервуар полон, его глубина не превышает метра, по сути, это пруд. В тот день, когда адвоката нашли мертвым, резервуар был полупустым, то есть уровень воды не достигал и шестидесяти сантиметров.
— Чемпионы по плаванию не тонут на глубине шестидесяти сантиметров просто так, — заметил я.
— О чем и речь.
— Были другие версии?
Сальвадор горько усмехнулся:
— Для начала сомнительно, что он утонул. Судебный врач, производивший вскрытие, нашел немного воды в легких, но в заключении он указал, что смерть была вызвана остановкой сердца.
— Не понимаю.
— Когда Марласка упал в резервуар, или когда его кто-то туда толкнул, он был охвачен пламенем. На трупе имелись ожоги третьей степени — на торсе, руках и лице. По мнению судебного врача, тело горело около минуты, прежде чем попало в воду. Следы, обнаруженные на одежде адвоката, указывали на присутствие какого-то растворителя в волокнах ткани. Марласку сожгли заживо.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы переварить информацию.
— Зачем кому-то понадобилось это делать?
— Сведение счетов? Обычная жестокость? На ваш выбор. На мой взгляд, кто-то пытался затруднить опознание тела Марласки, чтобы выиграть время и сбить с толку полицию.
— Кто?
— Хако Корбера.
— Агент Ирене Сабино.
— Который исчез в день смерти Марласки с большой суммой денег, снятой с личного счета адвоката в Испано-колониальном банке, о котором его жена не подозревала.
— Сто тысяч французских франков, — промолвил я.
Сальвадор покосился на меня с любопытством.
— Как вы узнали?
— Не важно. Но что делал Марласка на асотее водосборника? Случайно там оказаться невозможно.
— Это второй неясный момент. В кабинете Марласки мы нашли ежедневник, где он сделал пометку о предстоящем свидании в том месте в пять часов дня. По крайней мере впечатление складывалось именно такое. В ежедневнике были записаны только час, место и инициал. Буква «К». Возможно, Корбера.