ИЧЖ— 9
Шрифт:
Я сидел на кресле в своих покоях в Чертогах, удобно поджав под себя ноги, раскачиваясь в легком трансе и все глубже погружаясь в трехмерный образ Древа. Короткая, но истовая молитва Творцу. Активация специального раздела интерфейса, скрытая до этого рядом специальных условий. И моя кровь, напитавшая руны на черном лезвии Жнеца Миров.
Зависшая перед глазами зеленая почка Друмира на глазах окутывалась многочисленными пиктограммами режима редактирования. Админский функционал бога-творца. Самое то для цифрового бога. Там, где обычный высший творит
Изменить можно практически все. От шанса рождения непорочного дитя, любовно поцелованного Светом, до процента кислорода в атмосфере. Хотя на мой баланс особо не разгуляешься. Активация каждой руны, изменение любой константы стоят немыслимых затрат веры. Порядок цифр — от шести нулей и выше.
Отстукивая монотонный ритм Жнецом, я затянул божественную колыбельную, убаюкивая мир, погружая его в некое подобие наркоза. Вяжущие разум слова нашептал мне во сне клинок, в обмен на нерушимую клятву и первую порцию моей крови.
Нельзя резать по живому. Эманации боли Друмира сведут разумных с ума, принося микровселенную в дар доменам Боли, Тьмы или Инферно — и не важно, кто уж там подсуетится быстрее — судьба наделенных душой будет ужасна. Ну а меня… меня размажет кармическим откатом в Пустоте, в назидание романтикам и прочим наивным любителям халявы.
На сделанном мной вчера надрезе набухло несколько сверкающих силой капель сока Древа, что неизбежно привлекло внимание Высших Стражей. Судьба одинокого Листа им безразлична, а уж тем более — жизнь крохотной почки виртуального мира. Но вот за целостность Ветви эмблемы Творца отвечают крыльями.
Разглядев на мне благословение Его и считав чистоту помыслов, прибывший Страж немного успокоился. Лишь ярко мигнул силой, обозначая свое присутствие и напоминая о цене за любое неосторожное действие. Я скрипнул зубами и напрягся, пытаясь удержать нити энергетического каркаса крохотной вселенной, заплясавшие на волнах щедрого импульса. Единственная планета Друмира запетляла на орбите, оставляя за собой тонкий шлейф потерянной атмосферы. С поверхности Солнца потянулся сорванный протуберанец коронарной массы.
Ну не мудак ли этот четырехкрылый Престол? Лопни хоть одна нить — и я сам полыхну сверхновой! А может так и задумывалось? И это последний экзамен на право работы с запредельными энергиями?
Вызванная Стражем рябь постепенно успокоилась. Мои руки покрылись ожогами, ныли перегруженные энергоканалы, но в целом — обошлись малой кровью. Планета потеряла немного атмосферы, полыхнула парой новых вулканов, омыла берега волнами цунами и подняла из океана длинную цепь островов. Давно барахлящий генератор локаций привычно сбойнул, поместив посреди столицы западноевропейского кластера открытый данжеон с умертвиями трехсотого уровня. Событие, для практически лишенного магии Друмира — знаковое, но обратить на него внимание пока что некому. Убаюканный колыбельной мир погрузился в стазис…
Дождавшись когда исчезнет давление взгляда Престола, я торопливо
Одна из капель сразу же идет в дело. Достаю из инвентаря Кристал Истинной Веры — подарок от моей Первожрицы. Вминаю камень в густой сок, кристаллизую его своим дыханием. Творец милостив и не требует крови. Считываю параметры получившейся подвески и восхищенно выдыхаю: предмет достойный адамантовой цепочки!
Кулон Истинной Веры. Рукотворное, божественное, прекрасное, единственное на Древе.
Накопитель Очей Веры. Наполненность: 1.000.000 из 100.000.000 ОВ.
Эффект: Помещенная в накопитель энергия очищается силой ЕГО до следующего уровня чистоты. Время трансформации: 1000 ОВ в минуту. Текущий окрас веры: эталонный, сверкающе белый, «слеза ребенка». Окрас после очистки: уникальный, сиреневый, «сверкание души ЕГО».
На аромат сока Древа из Пустоты потянулись голодные тени. Начертанный мной рунный круг сиял предупреждающим неоном и сдерживал осторожных тварей. Еще больше их пугал след Небесного Зверя, прошедшего мимо ветви всего несколько столетий назад.
Жестом пианиста встряхиваю руки и оглядываю предстоящее операционное поле. На Древе, как и на любом растении, хватает живущих в симбиозе сущностей. Одна из них мне нужна…
Привлеченная потоками энергии, исходящей из сделанных на метрике мира надрезов, копошится в пентаграмме сладкой кормушки огромная личинка Пустотного Мотылька. Планетарных размеров тварь, с удовольствием питающаяся фоновым излучением сотворенных миров. Впрочем, если лист надолго окажется без божественной защиты — сожрет и его.
Творец щедро награждает за убийство этих паразитов, но для меня эта задача пока что не по плечу. Да и посмертное проклятье мотылька до того неприятно, что убивают его скорее от безысходности. Учитывая, что твари объединены общей памятью, и через миллионы лет любая особь узнает обидчика их вида — то становится понятно, почему с ними предпочитают не связываться.
Пока личинка питается, я аккуратно сматываю с её кокона несколько парсек пустотной нити. Лучшего средства для сращивания прорех миров пока что не придумали. Одна беда — хранится недолго. Вне ауры твари намертво застывает за считанные минуты. Тот, кто научится ее заготавливать впрок — будет кушать адамантовой вилкой с мифрилового блюда.
Пентаграмма кормушки плавно меняет одну из пространственных координат, уводя Мотылька подальше от Листа. К границам Хаоса его не увести, но мне главное убрать ползуна из рабочего пространства. Не приведи Творец — задену заклинанием или волевым усилием. Сагрится на меня тварь размером с Марс — где я ее хоронить-то буду? А ведь у этого ползуна еще и мамка есть. Причем не обделенная материнским инстинктом. Эволюция выживания воспитала Мотыльков под достойным уважения девизом: «Один за всех, и все за одного».