И телом, и душой
Шрифт:
Пользуешься ее беззащитностью и искренностью! Какой же ты подонок!
Макс в бессилии сделал несколько шагов вперед, тяжело дыша, резко остановился. Наткнулся взглядом на зеркало, висевшее на стене… Застыл, как вкопанный.
Кто ты, незнакомец?! Кто?! Какое право ты имеешь обижать женщину, которая так любит тебя?!
Кто ты?… Есть ли у тебя право?…
Макс отвернулся от зеркала и стремительно двинулся к двери.
Он всегда знал, что не достоин ее любви. Никогда не был достоин. Но и всегда признавался в этом. Ей, себе признавался… Он же ничего
Но сейчас все обвинения смотрела ему в лицо его же глазами. И его губы настойчиво шептали, а потом кричали ему о том, что он виноват во всем. В боли любимой женщины, в каждой ее слезинке, пролитой из-за него, в каждой морщинке, залегшей в уголках губ, когда она заставляла себя улыбаться, в каждом ее вздохе, когда она словно бы заставляла себя дышать…
Беспринципный, бессердечный ублюдок, не имевший права называть Лену своей женщиной.
Игрок с судьбой, который все же проиграл…
Макс сделал несколько шагов вперед, направляясь в спальню, и внезапно застыл у самой двери, немного приоткрыв ее.
Что-то изменилось. Что-то непоправимо изменилось… Он не знал, что именно, но чувствовал, ощущал это каждой клеточкой тела. Это словно впилось в него миллионами иголочек и настойчиво кололо кожу. Прерывало даже биение его зачерствевшего сердца, но учащало бешено несущийся вперед пульс…
Что-то было не так.
Так же скрипнула дверь… Так же звякнули ключи… Так же стучали часы в гостиной… Все те же слова были сказаны при встрече… Те же легкие, едва слышимые шаги… Но…
Когда Лена пришла… Ее взгляд, наклон головы, морщинка между бровей, слегка приоткрытые губы с вырывающимся сквозь них прерывистыми вздохами, движения рук… Вопросы и ответы… Вроде бы так же, как и всегда, но все было не тем… Сегодня…
Потому что сегодня… Лена солгала ему.
Макс потрясенно выдохнул.
Вот что изменилось.
Нет, это невозможно… Она не могла солгать. Да и в чем?!
Макс покачал головой.
Нет, нет, это просто безумие, бред сумасшедшего! Его бред! Этого не может быть. Не может быть…
Она была в парке, кормила голубей. Как всегда. Как всегда! Она постоянно туда ходит, пусть ему это и не нравится. И этот чертов парк, и эти чертовы птицы… Почему именно туда она приходит, чтобы успокоиться?! Разве ЭТО место может ее успокоить?!
Сегодня все было, как всегда, никакого подвоха… Она говорила правду. Правду!
Макс замотал головой в разные стороны, словно отгоняя наваждение.
Но этот взгляд, едва заметное дрожание губ, нервный вздох…
Она закрыла глаза, словно бы скрываясь от него. И прижала к себе плащ, вешая его на место… Мелочь, но… Не то, совсем не то…
Он просто сходит с ума. Сходит с ума, вот в чем дело.
Макс тяжело выдохнул и…
Тихие шаги, почти невесомые, легкие, как полет бабочки. Лена.
Несколько секунд… Макс почти не дышит… Боится даже шевельнуться…
— Привет… Это я.
Позвонила кому-то.
Макс замер и прислушался. Сердце мгновенно забилось
Макс сглотнул. Послышался Ленин голос.
— Я дома, да… Только что пришла из парка. Все хорошо, честно, — уверяет кого-то. — Я знаю, что он не хочет этого, — сожаление?! — Он запретил, да… Но я все равно… — обида, может быть?! Не разобрать. — Ты всегда так говоришь… Послушай, кое-что… случилось, — так, так… а это что такое?! — Нет, не по телефону… Давай встретимся? Когда тебе удобно?… Завтра? Хорошо. Давай в три. На нашем месте, да?… Хорошо, не буду. И я тебя люблю. До встречи.
Макс ощутил, как затрепетали его вены, нервно вбиваясь пульсом в его запястья глухими биениями. Дрожь прошлась по телу, обдавая ледяным холодом каждую клеточку тела. Что-то болезненно сжалось в груди, стискивая сердце невидимыми путами.
Он сделал нетвердый шаг назад, затем еще один. Тяжело вздохнул и облокотился спиной о стену, сжимая руки в кулаки. Закрыл глаза и до боли сжал зубы.
Он думал, что сошел с ума, несколько минут назад, но горько заблуждался.
Кажется, все его сумасшествие еще впереди.
С кем Лена разговаривала?! Где завтра с этим кем-то встречается?! И о чем хочет ему рассказать, черт побери?!
7 глава
Иди, иди за мной — покорной
И верною моей рабой.
Они встретились в стареньком кафе на окраине города.
Маленькое, уютное и недорогое, таких кафе по городу было немного, все стремились к роскоши и дороговизне, всеми способами желая указать на свое материальное состояние. Своей исключительностью и неповторимостью оно словно выделялось среди других. Здесь можно было заказать чашку чая с лимоном или крепкий черный кофе и, присев за небольшой столик в конце зала, беседовать о своих проблемах, обсуждать последние новости или просто делиться сплетнями, как в гостях у приятелей или друзей. Домашняя обстановка уюта и тепла способствовала тому, чтобы «раскрыть душу». Успокаивала и словно бы благословляла на откровение.
Может быть, поэтому для двух закадычных подруг это и было идеальным местом для частых встреч?
Может быть, поэтому вместо лавочки в парке, где они часто гуляли вместе, иногда молча, просто наслаждаясь свежестью и легкостью воздуха, Лена и выбрала именно это кафе?
Потому что нужно было поговорить. Не пытаться спрятаться от проблем, которых в ее жизни, казалось, все прибавлялось, не молчать, вдыхая ароматы листвы и цветов, хотя молчание иногда спасало от слез, рвущихся из-под опущенных ресниц даже помимо воли, и не стараться бесплотно уверять подругу вновь и вновь в том, что у нее все хорошо. Потому что на самом деле ничего хорошего не было. И хотя Аня ей никогда не верила, притворяться и лгать, Лена не желала.