И стал свет...
Шрифт:
– Моё настоящее имя Шайтак, – представился он. – Не ожидал встретить здесь коллегу.
– А я, напротив, догадывался что вы придете, – серьезно ответил единорог. – Здесь уже были агенты. Их, как и вас, интересовала история этой игрушки, – Хегг кивнул на модель дракона.
Шайтак помолчал.
– Быть может, найдем более удобное место и побеседуем?
– Нет проблем, – Хегг улыбнулся. – Мне предстоит пробежка по манежу, лишний балласт пойдет только на пользу. Садитесь! – он развернулся к сыщику боком.
Шайтак заколебался.
– Вы
– Конечно, уверен, – ободрил его Хегг. – И не верьте суевериям словно оседлать единорога может лишь девственник. Разве только девственного единорога? – он весело заржал. Шайтаку ничего не оставалось как последовать приглашению.
Хегг грациозной иноходью выбежал на манеж и принялся неторопливо накручивать круги. Коротышка-смотритель уселся в центре на песок.
– Итак, вы хотите знать, откуда у погибшего ученого оказалась моя модель, – заметил единорог. – Или?..
– Или, – твердо ответил Шайтак. – Как эта модель попала к Делвину я могу спросить и Фатара. Меня интересует, знали ли вы Делвина лично?
– Знал, – Хегг равномерно бежал по арене, ступая так плавно, что всадник почти не ощущал движения.
– Что за человек он был?
Единорог покосился на седока блестящим глазом.
– Официально?
– Напротив. Мне важно ваше мнение.
Хегг шумно перевел дыхание.
– Делвин был одержим, – сказал он коротко.
Шайтак не удивился; он предполагал нечто подобное.
– Одержим идеей?
– Да, – единорог говорил размеренно и жестко. – Делвин мечтал найти драконов. Всю жизнь на это положил. Мы и встретились из-за драконов, он просил меня разработать модель скелета.
Хегг мотнул головой в сторону трибун.
– Вы ведь знаете, что когда Стража принялась эвакуировать вымирающих жителей Земли, драконов так и не нашли. Мы, звездные кони, пришли в мир задолго до человека, еще в меловом периоде, но даже на нашей памяти драконов никогда не существовало. И все же... – единорог покосился на Шайтака – ...у нас, как и у всех народов Земли, о драконах слагались легенды.
Хегг не спеша скакал по арене.
– Делвин вбил себе в голову, что драконы обманули весь мир. Что они превратились в кого-то иного и расстворились среди юных народов. Он был уверен, что уже в триасовом периоде, до появления динозавров, на Земле существовал разум, и именно драконы поставили тот пресловутый барьер, который сводит с ума даже Вечных...
Шайтак невольно вздрогнул. Он знал, о чем говорит Хегг: далеко в прошлом, примерно в самом конце юры, находилось НЕЧТО непреодолимое для машин времени. За всю историю Стражи никто не сумел проникнуть в прошлое дальше, чем на 140 миллионов лет. Даже сами создатели Стражи, Вечные, которые жили в будущем за точно таким барьером, не знали, кто или что препятствует Стражникам погружаться в глубины времени. Там, в эпохе динозавров, раскинулся большой научно-иследовательский институт, изучавший неведомый барьер.
– Вижу, вас проняло, – усмехнулся единорог. – Меня
Он мотнул гривой.
– Модель, что вы держите в руках – финальная версия нашего дракона. Были и другие, менее совершенные. Мне было жаль их выбрасывать, вот я и решил устроить цирковой номер с «дрессированными драконами»...
Шайтак погладил Хегга по холке.
– Что было дальше?
– Ничего, – коротко ответил единорог. – Поблагодарив меня за помощь, Делвин забрал чертежи и исчез. С тех пор прошло четыре биогода, и лишь пару дней назад от людей Фатара я узнал, что моего старого знакомца сбил скутер.
Следователь замер.
– Вам сказали, что он был сбит скутером? – тихо спросил Шайтак.
Единорог остановился.
– Что вы имеете в виду? – он обернул голову. – Агенты показали запись. Беднягу размазало по взлетной полосе, сохранилась одна голова. Не знаю, кто это сделал, но...
Шайтака внезапно словно ударило лбом о стену. Чувство опасности взорвалось в разуме шаром из раскаленных игл, мир поплыл перед глазами. Прежде, чем он понял, что делает, сыщик спрыгнул со спины единорога и вложил все свои нечеловеческие силы в единый рывок.
Могучее тело оборотня взвилось над манежем. Коридор стремительно приближался, Шайтак уже влетел в дверной проем, когда позади раздался мощный взрыв и тошнотворные чавкающие звуки. Взрывной волной следователя потащило по коридору, словно поршень в цилиндре.
«Плохо...» – родилась мысль. – «Теперь мишенью стал я...»
Опомнившись, Шайтак поднялся на ноги и, слегка шатаясь, побежал к выходу. Возвращаться назад не было смысла; он слишком хорошо знал, что там увидит.
У бортика залитого кровью манежа беспомощной кучей осколков валялась модель стеклянного дракона.
6
Шайтак нервно озирался по сторонам. В Англии солнце уже садилось, скоро оборотню следовало запереться в глухой комнате без окон, как делали все варги на Земле и Марсе.
От электроники пришлось избавиться еще в цирке. Шайтак оставил при себе только хроноскоп, надеясь, что враги не успели записать его личный код и затруднятся выделить Шайтака среди сотен агентов Стражи. Он не был уверен даже, кто его враг. Хотя догадывался.
Убийство Хегга породило сотни вопросов, но и ответило на несколько важных. Теперь Шайтак не сомневался, что Делвин был убит, не сомневался и в том, что неизвестные действовали на уровне, более высоком нежели отдел безопасности Фатара. Откровенно говоря, единственными, кто был способен на такое, оставались Вечные, но Шайтак запрещал себе развивать эту гипотезу. Если за обоими убийствами стояли Вечные, то он неизбежно станет трупом в ближайщее время. А вместе с ним вообще все, кто имел отношение к этому делу.