И придет волчица
Шрифт:
А после море, теплое и ласковое. Рокот волн и шелест песка…
И имя, прозвучавшее будто бы издалека…
Чужое, незнакомое имя. Но отчего-то он, проснувшись, повторял это имя и думал о море…
Глава 7
Разговор этот начала Галла. Даже не начала, а так — обронила вскользь за завтраком, что, может быть, стоит уехать куда-нибудь подальше от Марони. Откуда такие мысли, Лайс у нее не спрашивал, но догадывался: за него волнуется, переживает, как он теперь станет встречаться
— А Школа как же? Тебе ведь совсем немного осталось. Вот выучишься…
Она взглянула как-то странно, но лишь кивнула в ответ.
А потом поехала в эту самую Школу. В выходной. Но он тоже промолчал — пусть уж лучше загружает себя учебой, чем ненужными мыслями.
Маризе же отвлечься было не на что, а потому, видимо, ненужные мысли посещали ее регулярно.
— Значит, уедешь завтра? — спросила она, оставшись с ним в гостиной наедине.
— Да, — кивнул Эн-Ферро. — Но вечером уже буду дома. А что?
Карди пожала плечами.
— Я тут подумала… Подумала, что теперь у тебя не будет времени для занятий с Ласси. А мы ведь отчасти ради этого здесь…
— Я же сказал, что буду приезжать вечерами. И обучение Ласси — не единственная причина.
— Да, об этом я тоже хотела поговорить, — женщина опустила глаза. — Мне кажется, моя помощь Галле не понадобится. С ней все в порядке, никаких отклонений. И не думаю, что что-то изменится. Она ведь дракон, по крайней мере, наполовину. А драконы не подвержены… В общем, я считаю, что ее кровь — лучшая гарантия нормального протекания беременности и успешных родов. Когда придет время, ей нужен будет акушер, и только. В моем присутствии необходимости нет.
Она вздохнула, почти всхлипнула, и он, взглянув на нее в этот момент, вдруг вспомнил маленькую девочку, которой привозил когда-то игрушки и сладости из разных уголков Сопределья. Нет, она не была единственной маленькой девочкой, получавшей подобные подарки, — у многих его знакомых были дети, и каждому он нес что-нибудь, когда навещал их родителей. Но только она вот так же опускала глаза и вздыхала так жалобно, если он вдруг приходил с пустыми руками. И тогда он шарил по карманам в поисках любой хоть какой-нибудь безделушки: зажигалки, отмычки, коробочки мятных леденцов — хоть чего-нибудь, что можно было бы дать ей, лишь бы только она не расплакалась.
Но девочка выросла. Конфета ее вряд ли порадует. Но и плакать, хвала небу, она не собирается.
— Я тут никому не нужна, — сказала тихо.
— Не правда, — мягко возразил мужчина. — Ты всем нужна. В первую очередь Ласси.
— Да, но…
— Галле. Может, не как медик, но как подруга. Мне кажется, вы неплохо ладите, а у девочки сейчас сложный период и любая поддержка важна.
Карди рассеяно кивнула, и Эн-Ферро понял свою промашку: в последние дни Галла снова стала для нее чужой, вернувшись к насыщенной школьной жизни и прежним друзьям.
— Мне, — решился он на последний аргумент.
Мариза взглянула
— Понимаешь, я… Я не привык к такой жизни. К семейной, домашней. Привык заботиться только о себе… В основном. А еще я совершенно не умею обращаться с детьми. Да, совершенно. Я их не понимаю. Я пробовал, но… У меня было двое, я думал, что все о них знаю, делаю для них все, что могу. А вышло… Ну, ты сама знаешь, что из этого вышло. Так что не говори, что ты здесь не нужна. Нужна, очень. Ты умная, внимательная, ты всегда знаешь, что сделать и что сказать…
А вот он говорить подобные вещи был не мастак, но его сбивчивая речь прозвучала искренне и трогательно.
Однако на такой эффект Лайс никак не рассчитывал: даже не дождавшись, пока он закончит Мариза бросилась к нему и заключила в объятья. Нет, «в объятья» — это еще слабо сказано: просто обхватила руками за шею и буквально повисла на нем. Но вместо ответных теплых слов кард услышал только протяжное, но, к счастью, не громкое «и-и-и-и».
Кажется, что-то подобное уже было.
Придерживая женщину и стараясь не упасть самому он развернулся шаря глазами по полу, и точно — прямо посреди комнаты как ни в чем не бывало сидел маленький серый мышонок.
— Мари, я…
— И-и-и-и-и!
— Ну это же просто мышь.
— Мы-ы-ышь, — проскулила она, для верности обхватывая его еще и ногами.
— Если ты меня не отпустишь, я не смогу ее прогнать.
В ответ на такое предложение карди отчаянно затрясла головой и вцепилась в него еще крепче. И… он не сказал бы, что ему это было неприятно. Да и она совсем не тяжелая.
— Мари, Галла в Школе, в этот раз на выручку она не придет. Давай, я аккуратно поставлю тебя на диван? Или на стол? Мыши не прыгают так высоко… Насколько я знаю, они вообще не прыгают.
Она снова замотала головой и, прижавшись сильнее, как огромную тайну прошептала в самое ухо:
— У папы в лаборатории были мыши, да. Они прыгали.
— Тогда я позову Ласси, хорошо?
Долго звать не пришлось, сын как будто только и ждал, когда его кликнут.
— Ой, мышка! — просиял он, глядя при этом на родителей. — Я поймаю, сейчас.
Еще минуту он совершал какие-то странные пассы, по-видимому, пытаясь повторить трюк Галлы, а после просто набросил на мышонка, который, как и тот, первый, даже не пытался бежать, сдернутую с кресла накидку.
— Я его во дворе выпущу, да?
— Только подальше, сыночек, — с молящими нотками в голосе попросила Мариза.
— Хорошо.
Убедившись, что свирепый зверь пойман и обезврежен, женщина нерешительно спустилась на пол.
— Извини, — пробормотала она растеряно. — Я их… не люблю.
— Я заметил, — улыбнулся Эн-Ферро. — Но мы, кажется, о чем-то говорили? Вроде бы о том, что все мы здесь нужны друг другу.
— Да? — удивилась она.
— Да. Ты же не станешь отрицать, что и я тебе жизненно необходим? На кого еще ты влезешь, если мышь вернется снова?