И придет волчица
Шрифт:
Заскрипел, открываясь, засов.
— Тэсс Галла, — возник в проеме давешний маг, — прибыл капитан Ласто.
Я нехотя поднялась и отряхнула с одежды сено.
— Скажите, тэр… — сделала паузу с намеком, но он покачал головой в знак того, что не скажет мне своего имени. Ну и не нужно. — Скажите, тэр магистр, вы никогда не слышали легенду о девушке, которая ждала с войны возлюбленного, а дождалась известия о его смерти? Тогда она пошла в храм Омсты и молила Милосердную забрать и ее, чтобы в другом мире встретиться со своим любимым. И богиня услышала…
Гелана просто сняла свой оберег и
— К чему вы это спросили? — озадаченно нахмурился пришедший за мной человек.
— Да так, вспомнила. Это маронская легенда, совсем новая. Она родилась в эту войну. Так вы не слышали?
— Нет. Я слышал только одну маронскую легенду. О белой волчице. Идемте, тэсс, не стоит заставлять коменданта ждать.
Меня вновь повели через двор, на котором прибавилось народу. Возвратившиеся из патруля бойцы поили керов и лошадей, чистили оружие. В мою сторону бросали колючие взгляды и тихие нелестные словечки. Если бы им позволили, я не сделала бы и десятка шагов, и в самом лучшем случае присоединилась бы к прежнему коменданту на виселице. А в худшем? Даже думать не хочу.
Стараясь не смотреть на людей, я то пялилась в спину идущего впереди мага, то поглядывала по сторонам из-под упавшей на глаза челки, разглядывая Тарли изнутри. Небольшой замок, каких хватает и в приграничье, и по всему Кармолу. Классический квадрат стены с круглыми башнями по углам и маленькими смотровыми башенками над воротами. Помимо центрального строения есть керсо, несколько сараев вроде того, в котором запирали меня, а где-то, в невидимой отсюда части двора — кузня, если судить по характерному стуку молота и специфическому запаху, хорошо различимому даже в наполненном сотней других ароматов воздухе. Да, букет из запахов был еще тот: от сена до трупного смрада. Но я чувствовала их все. Значит, кое-какие мои способности не связаны с магическим даром и не блокируются слезами демонов. Мои драконьи способности, например. Догадка оказалась верной — в следующую секунду язык уже нащупал удлинившиеся клыки. Жаль, что трансформация мне удается лишь частичная: клыки и выбить можно.
Остановившись у крыльца донжона, я избавилась от бесполезной зубастости, дождалась тычка в спину и поднялась по ступенькам к распахнутой настежь двери. Подтолкнувший меня человек, пожилой, вооруженный арбалетом солдат, после первого раз понял, что, лишенная доступа к силе, я ничем не смогу ответить на грубость, и не отказал себе в удовольствии ткнуть меня еще несколько раз, пока мы шли по коридору, а затем поднимались по узкой каменной лестнице. Последний удар, которым человек втолкнул меня в маленькую комнату с зарешеченным окном, был достаточно болезненным, и я непроизвольно и как-то по-детски ойкнула. Вышагивавший впереди маг обернулся, неодобрительно взглянул на арбалетчика, но промолчал.
— Это… она? — с брезгливым недоверием спросили из темного угла.
— Да, тэр
Не знаю, кого ожидал увидеть капитан на месте невысокой растрепанной девчонки, но сам он внешне вполне соответствовал тому представлению, которое сложилось у меня по рассказам. Когда мужчина вышел на свет удалось разглядеть его во всей красе: сорок-сорок пять лет, высокий, худой, в темном ежике неровно остриженных волос уже заметна седина, тонкий нос с хищной горбинкой, воинственно топорщащиеся усы и узкий рот, искривленный в злобной гадливости — с таким выражением лица давят вошь. Довершали картину прищуренные голубые глаза, холодные и слегка безумные, как у многих, упившихся кровью на этой войне.
— Она? — переспросил комендант, как сплюнул.
— Да. Она полукровка, все они выглядят несколько э… юно.
— Сколько ей на самом деле?
Он смотрел на меня в упор, но говорил так, как будто меня здесь не было. Или же я была вещью. Или — уже мертва.
— По нашим данным — двадцать один… с небольшим. Но, возможно, здесь какая-то ошибка.
— Это ошибка? — пальцы капитана вцепились в мои волосы на затылке, заставляя поднять вверх голову.
— Нет.
В апреле мне исполнилось тридцать.
Человек с силой толкнул меня на стену, оставив у себя в кулаке клок волос.
— Выйдите.
Во взгляде мага промелькнуло сочувствие. Захлопнулась дверь.
— Вот уж не думал, что ты… такая. Столько разговоров, а глянуть не на что.
— Снимите наручники — полюбуетесь.
Сильный удар под дых лишил возможности не только дерзить, но и дышать.
Пока я, чудом удержавшись на ногах, глотала ртом воздух, Ласто отошел к столу и швырнул на него поднятый со стула сверток. Сквозь набежавшие на глаза слезы я рассмотрела чехол наподобие тех, что носят с собой полевые лекари. Да и инструменты — когда капитан развязал тесемки — смутно напоминали медицинские: какие-то щипцы, пилочки, иглы… Дыхание снова перехватило.
— Есть приказ доставить тебя в Каэр, — комендант занес над столом руку, выбирая, с чего бы начать. — Живой. Но ни слова о том, что невредимой. Пока наши маги наладят связь, ты успеешь мне многое рассказать.
Голые стены, каменный пол, простой деревянный стол, два стула, дверь, за которой солдаты и маг, и окно с толстой решеткой. Ни сбежать, ни спрятаться. Но когда он шагнул ко мне, я все же попыталась — отскочила в угол. Мужчина жестко усмехнулся:
— Хочешь поиграть?
Он взвесил в руке медную грушу, используемую как пресс-папье, и замахнулся. Я замерла, но капитана это не остановило. Увернуться не получилось, лишь закрыть руками голову… Но он метил ниже.
— Мне нравятся немного другие игры, — за соединяющую браслеты цепь он поднял меня с пола. Всего одной рукой. Второй — сдавил горло. — Помнишь Райе? У меня были друзья под Райе.
— У меня были друзья в Энтау и под Гаасом, — прохрипела я.
Вмурованный в стену крюк был рассчитан на кого-то повыше ростом, и я повисла на нем, не касаясь ногами каменных плит.
— У тебя много друзей, — прошипел Ласто. — Меня интересуют те, что еще живы. Где они? Сколько их? Что замышляют?
Комендант вернулся к столу и вновь сосредоточился на выборе. Боги пресветлые, почему же так долго?