И придет ночь
Шрифт:
– Что?! – Тинкер весь обратился в слух.
– Да со мной ничего страшного. Просто голова разболелась. – Силвер поморщилась, когда Люк осторожно провел рукой по ее ребрам. – Да еще синяк на боку, куда меня этот змий ударил палкой.
– Палкой! – одновременно воскликнули Люк и Тинкер.
– Я же говорил, – подтвердил Брэм. Он сидел на пустом ящике и наслаждался этой сценой.
– Давайте-ка ее сюда, – потребовал Тинкер.
– Черта с два. – Люк упрямо поджал губы. Брэм решил, что
– Да перестаньте вы оба. Положите ее на кушетку, и ей станет лучше. А то, пока вы здесь препираетесь, эти мерзавцы очухаются.
Люк неохотно положил Силвер на полинялую кушетку, обтянутую ситцем. Его плечо случайно прикоснулось к ее пальцам. Силвер, нахмурившись, уставилась на капельки крови у нее на руке.
– Вы и вправду ранены! Тинкер, быстро сбегай за розмариновой настойкой. А ты принеси лавандовое масло и чистый бинт, Брэм.
Но Люк уже занимался тем, что связывал злодея, все еще не пришедшего в себя, крепкой веревкой.
– Настойка и бинты подождут. Сначала нужно запереть этих тварей в надежном месте. – Руки его двигались легко и непринужденно, словно ему было не впервой заниматься подобным делом. – Но сначала я хочу задать им несколько вопросов, – мрачно закончил он.
– Задавать им вопросы будете? Какое вам до них дело? – поинтересовался подозрительный Тинкер.
Люк взглянул на полосу от удара на лбу у Силвер.
– Так как они посмели поднять на нее руку, мне до них есть дело.
Некоторое время Тинкер молчал, затем кивнул:
– Я пойду с вами. У меня тоже к ним вопросы накопились.
Мужчины обменялись многозначительными взглядами.
– Может, это будет не слишком приятное занятие. – Люк смотрел на Тинкера оценивающим взглядом.
– Бояться неприятностей не в моих правилах.
– И не в моих, – поспешил заверить их Брэм, тут же вскочивший на ноги. – Ну, пошли?
– Вы останетесь здесь, молодой человек. – Заметив по лицу мальчика, что он готов взбунтоваться, Люк смягчил отказ. – Ты здесь нужнее. Ты останешься, чтобы в случае чего защитить сестру.
Брэм долго смотрел в янтарные глаза Люка, затем, поняв, что тот не изменит своего решения, потупился.
– Большим всегда достается все самое интересное!
Силвер присела на кушетке. Она была бледна, но во взгляде ее горела решимость.
– Нет, Тинкер. Никуда он не пойдет, слышишь меня? Он ранен. Кроме того, он-то тут при чем?
– Но что же я поделаю, если он решил, что при чем? – На губах Тинкера появилась слабая улыбка. – Пусть поступает как знает. – Он потащил все еще бесчувственного злодея к выходу.
– Я позабочусь об остальных двух, – решительно заявил Люк.
– Нет! Балбес, ты же ранен! И я совсем не просила вас о помощи! Впрочем, да ну вас,
Люк наградил Силвер типичным мужским взглядом, который сулил ей наслаждение, и исчез в ночи, волоча за собой на веревке пленника.
– Вот уж посмотрел, как рублем одарил, – задумчиво произнес Брэм.
– Что ты хочешь этим сказать?!
– Да так, ничего. Я ведь всего-навсего мальчик. Что я во всем этом понимаю?
Силвер вглядывалась в темноту, где скрылись разбойник вместе с Тинкером.
– Ох уж эти мужчины! – воскликнула она. – Только пять минут поговорили, и уже друзья – водой не разольешь.
Рядом сидел Кромвель и энергично стучал хвостом по полу. Тоже существо мужского пола.
– И ты, Брут? – пробормотала Силвер. Брэм с трудом сдержал улыбку.
– Не смей его защищать, слышишь?
Мальчик положил руки на колени и широко улыбнулся:
– Даже и не подумаю, Сил.
– А теперь мне хотелось бы узнать ваши намерения.
Люк и Тинкер поднимались на холм, волоча за собой захваченных ими пленников. Ряды лавандовых кустиков блестели в сумерках, как иней. Люк, протащив свою ношу, так и не пришедшую в сознание, через два кустика и сквозь заросли роз, остановился, чтобы перевести дыхание.
– Знаете, для человека столь преклонных лет вы неплохо со всем этим справились.
– Мне еще далеко до преклонных лет. Не записывай меня в старики раньше времени, головорез. – Но в глазах Тинкера тем не менее сверкнули смешинки. – И не пытайся увильнуть от разговора.
Люк осторожно потянулся.
Его плечо и грудь пронзила острая боль. Господи, как же больно! Но ничего серьезного. Уж он-то знал, когда рана опасная, а когда нет. Нахмурившись, он разглядывал аккуратно высаженные ряды лаванды, жимолости и белых роз.
– Милая ферма. Но почему кто-то хочет вас отсюда прогнать?
– Думаю, для этого наберется достаточно причин. Во-первых, наши семена. Они стоят бешеные деньги. Отборные, не подверженные гниению и быстро прорастающие. Брэм давно уже проводит над ними опыты, а по части растений этот мальчик просто гений. – Тинкер взглянул на разбойника. – Но вы все еще не ответили на мой вопрос.
– Разве? – Люк улыбнулся. – Ну а другие причины?
– Может, это из-за рецепта.
– Из-за рецепта?
– Из-за рецепта духов, которые когда-то изготовил Уильям Сен-Клер. Он вроде бы смешал тысячу цветочных ароматов, чтобы получился этот букет. Это были очень оригинальные духи, но Сен-Клер никому не открыл секрет их приготовления. И неудивительно: ведь узнать его мечтали многие. После изобретения этих духов он разбогател. Ими пользовалась половина дам в Лондоне. Сама королева не желала душиться никакими другими духами.