i e10df400535cdc5e

Unknown

рытвинами. Девушка вглядывалась в чужое лицо, с интересом и страхом узнавая в них, знакомые

для себя черты. Великолепная зарисовка казалась мне до боли знакомой, будто я уже видел ее

раньше. Но, с сожалением, я понимал, что не моя рука вырисовывала эти идеальные контуры.

– Это не мой рисунок, - медленно протянул я.

– Я нашел его рядом с тобой, - уточнил Проклятый. – И честно говоря, если этот клочок бумаги

поможет нам пробраться за городские стены, мне все равно

кто накалякал его. Пусть даже это

происки самого Дьявола!

Услышав подобное объяснение, я недовольно поморщился, но ничего не ответил. Перед глазами

застыл образ прекрасной женщины узревшей свою ужасную старость. Мерзкая старуха и молодая

красавица как две стороны одной сущности. А ведь может именно такая судьба и ждала нас

впереди?

***

Первое утро после произнесенной клятвы, и первое - встретившее его холодом и пустотой в

новом мире, наполнило сердце Проклятого болью и страданиями. С сегодняшнего дня он не

принадлежал себе. Теперь его душа и тело предназначались лишь для одной цели – уплата грехов,

и Душеприказчик должен был стать разменной монетой в счет вечного долга тысячи мертвых

соплеменников.

Несколько дней он просидел возле полуразрушенной церквушки и пытался хоть как-то согреться.

Ужасно хотелось есть.

Серое небо еще больше давило на плечи словно было собранно из тысячи острых камней,

которые того и гляди могли обрушиться на голову небесной карой.

Вздрагивая от каждого шороха, Проклятый с ужасом вспоминал горящий как стог сухого сена

город: закрывая уши, он не мог прогнать душераздирающие крики помощи и невыносимый плач

женщин и детей.

На третий день Проклятый уже не реагировал на призрачные тени и стоны, доносящиеся с

огромного кладбища. Охватившее его отчаянье медленно пожирало изнутри. Несколько раз он

пытался покончить с собой, разрывая запястья острой гранью каменной плиты. Но смерть, словно

брезгуя им, давала несчастному еще одну возможность выжить в этом мертвом мире.

Путая день и ночь, Душеприказчика била нервная дрожь. Кутаясь в лохмотья одежды, отрытые

из ближайшей могилы - он все же решился добраться до дальней границы кладбища. Питаясь

корнями и ягодами, которые имели скорее пресный, чем горький привкус, внешне, он уже давно

стал походить на настоящего призрака.

Седьмой, а может быть восьмой день принес ему не только душевное умиротворение, но и более

чем странную встречу. Загадочный шорох заставил Проклятого покрепче обхватить деревянную

палку с длинным гвоздем на конце. И в тот самый миг, когда тишина поглотила тревожное

ощущение,

шорох повторился. Первым кого увидел Проклятый было маленькое мохнатое

существо с большими черными глазами. Следом появился человек.

***

Мы стояли на пригорке и с интересом, и тревогой в сердце разглядывали высокие стены

мертвого города. Каменные глыбы были покрыты серым мхом и между узких бойниц

проглядывали мрачные фигуры стражей с длинными алебардами.

– Мне кажется, они наблюдают за нами, - дрожащим голосом произнес я.

Повинуясь немому приказу хозяина, Ша запрыгнул ему на плечо. Ничего не ответив, Проклятый

стал быстро спускаться вниз.

Мы оказались у самого подножия склона и, пробравшись через буреломы высохшего перелеска,

подошли к глубокому рву. Через устрашающий зев исчезающей под ногами земли, вальяжно

перевалился широкий деревянный мост-ворота.

Первым на почерневшие от времени доски вступил Проклятый. Его словно тянуло внутрь, и он

был не в силах противиться внезапно возникшему желанию. Я посмотрел под ноги, и меня в тот

же мгновение сковала боязнь высоты. Доски оказались истлевшими, будто их долго облизывал

огонь; через пепельно-черные щели виднелось глубокое дно рва. Только сейчас я разглядел

темные кости и черепа, небрежно раскиданные по земле. Перед глазами вихрем пронеслась

кровавая картина, где люди в отчаянье, не в силах выбраться из хваченного пламенем города,

прыгают с высоких стен и беспомощно разбиваются о каменное дно.

Зажмурившись, я прогнал прочь ужасное видение.

Остроконечные стены давили своим величием, а мрачные фигуры стражей заставляли кровь

стыть в жилах. Я с волнением попытался разглядеть одного из зловещих воинов, и в тот же миг,

внезапно налетевший ветерок наполнился звоном металла. Пустые латы с грохотом стали падать в

ров, а прах, оставшийся от стража, накрыл нас мерзкой пеленой.

***

Одинокие узкие улочки, теряясь между невысоких черепичных домов, источали невероятный

холод и одиночество - а над нами непроглядной стеной медленно парил пепел. Было слышно даже

собственное мерное дыхание, и каждое движение эхом разносилось по пустынным кварталам.

Я вступал по черному снегу, и в такт моим шагам раздавался отвратительный хруст. Город был

до краев переполнен запахом гари.

Я посмотрел на Проклятого и заметил в его взгляде боль; он помнил эти улочки совсем другими.

– Город пуст, - остановившись, внезапно произнес Проклятый, внимательно прислушиваясь к