И черт с нами

Калугин Алексей Александрович

– Аавал, – обратился я к ангелу, с огромным интересом слушавшему все то, что рассказывал ти-кодер, – могу я попросить вас сварить свежий кофе?

– Конечно. – Ангел улыбнулся, взял кофейник и вышел за дверь.

– И что же получилось?

Это был вопрос вопросов. Вопрос, ответ на который мог пролить свет на все темные пятна, делавшие это странное дело похожим на шкуру леопарда.

– Получилась прога. – Ти-кодер недовольно наморщил нос. – Корявая немного. Не знаю, с чего вдруг, но вместо нормальной рабочей проги у нас шаровара вышла. С ограничением по времени пользования. Ну, Читер поковырялся немного и сделал к

проге новый лоадер, который переводит время системы назад. То есть при каждом запуске счетчик шаровары обнуляется. Ничего хитрого в этом нет – обычная процедура. С новым лоадером прога работала отменно. Мы даже Зифулу ничего об этом говорить не стали. Ну, сами понимаете, марку нужно держать. А клиенту совсем не обязательно знать, что да как мы там устроили.

– Но, увидев программу, Зифул пришел в восторг, – напомнил я Шульгину его же собственные слова.

– Ага, – кивнул тот. – Как будто дом в лотерею выиграл. Да вы сами, говорит, не понимаете, что сделали! Это же… – Шульгин запнулся. – Прорыв – так, кажется, демон сказал. Или что-то вроде того. В общем по смыслу одно и то же.

– Что за прорыв? – спросил Гамигин.

– Куда? – уточнил я вопрос демона.

– А черт его знает! – развел руками Шульгин.

– Слушай, если ты пытаешься дурачком прикинуться… – начал было я, но тут в кабинет вошел Аавал с кофейником свежесваренного кофе.

Этот восхитительный напиток был мне сейчас крайне необходим, поэтому я прервал обращенную к ти-кодеру тираду и протянул ангелу пустую чашку, которую Аавал тотчас же наполнил обжигающе горячим и дурманяще ароматным кофе. Конечно, если по уму, то такой кофе следует пить чашечками размером с наперсток. Но я уже был на пределе. Для того чтобы взбодриться, мне требовалось ведро крепчайшего кофе, поэтому я не деликатничал. Да и другие, глядя на меня, тоже.

– Ты понял, что я имел в виду? – спросил я у Флопаря, сделав два крошечных глоточка.

– Я-то понял, – кивнул Шульгин. – А вот вы, похоже, не понимаете, что имеете дело не с живым человеком, а с программой, имитирующей человеческое поведение. – Он сделал паузу, чтобы щелкнуть пальцами. – Ага! Я знаю только то, что Флопарь счел нужным в меня заложить. И не более того. Как бы я ни напрягал память, я не смогу вспомнить того, чему Флопарь был свидетелем, но что по какой-то ему одному ведомой причине решил не вносить в пси-модуль. Я, например, ничего не знаю о детстве Анатолия Шульгина. Даже как родителей зовут, не знаю. – Ти-кодер развел руками. – Ага… Тут уж ничего не попишешь.

Я сделал глоток побольше и поставил чашку на стол:

– Допустим, это так…

– Не допустим, а точно, так оно и есть! – перебил меня Шульгин.

– В принципе он прав, – негромко заметил Степан.

– Вот! – указал на официанта пальцем ти-кодер.

– Хорошо! – Прогоняя сонливость, я хлопнул в ладоши. – Значит, тебе не известно, чем так поразила Зифула ваша с Читером программа?

– Понятия не имею, – ехидно, как мне показалось, улыбнулся Шульгин.

– А где сейчас находится оригинал программы? – Я поднял руку с открытой ладонью, предупреждая легко угадываемую реплику ти-кодера. – Имей в виду, я не поверю в то, что этого ты тоже не знаешь. Какой смысл было Шульгину записывать и прятать пси-модуль, если он не содержит никакой информации?

– У меня куча информации! – с вызовом вскинул голову ти-кодер.

– Пока мы не услышали ничего,

что было бы нам не известно.

Тут я, конечно, самую малость слукавил, но зато заставил Шульгина призадуматься.

– А что, программу еще никто не нашел? – спросил он.

– Нет. Но из-за нее уже погибли несколько человек. В том числе и ты со своим приятелем Читером.

Шульгин низко опустил голову и задумчиво протянул:

– Да-а-а…

– А совсем недавно святоши пытались похитить Аавала, – добавил я для пущей убедительности.

– Аавала? – Шульгин удивленно посмотрел на повара. – Он-то здесь при чем?

– Я тоже хотел бы это знать. – Я допил кофе и отодвинул пустую чашку в сторону: – Ну, так что? Мы услышим еще что-нибудь дельное? Или тебя уже можно отключать?

– Постойте, постойте, – заерзал в кресле Флопарь. – Тут нужно подумать…

– О чем тут думать, дорогой? – очень к месту вставил Гамигин. – С нами еще можно договориться. А вот если программа попадет в чужие руки, тогда ты точно будешь никому не нужен.

– Ага, это я понимаю, – торопливо кивнул Шульгин. – Но я действительно не знаю, где спрятан оригинал.

– Так программа все же где-то спрятана?

– Ну, ясное дело. – Ти-кодер глянул на меня так, будто я задал настолько глупый вопрос, что и отвечать-то на него не стоило. – Мы с Читером были не такие кретины, чтобы отдать кому-то оригинал программы, которая, как выясняется, стоит намного больше, чем нам за нее заплатили. Должен быть какой-то ключ, что-то, что подскажет, где ее искать. – Шульгин старательно поскреб затылок. – Что-то есть в этом пси-модуле… Что-то есть непременно. Нужно только догадаться, с какой стороны подступиться.

– Имей в виду, у нас мало времени, – сказал Гамигин.

– Ага, – кивнул Шульгин.

– С чего ты взял, что программа дорого стоит? – спросил я.

– Шмидт сказал, – ответил Флопарь. – На следующий день после того, как Зифул посмотрел демо-версию, Шмидт пришел пораньше, пока демона не было, и говорит нам с Читером, черт, мол, уверен, что святоши за эту программу кучу нимов отвалить могут. Мы с Читером поначалу замялись – все же Зифул программу заказал, да и аванс уже заплатил. Но Шмидт уже все продумал. Для чего, говорит, программа была заказана – для демонстрации всем желающим. Ну и продемонстрируем, черт с ней, но только урезанный вариант. А полный имеем право святошам продать, поскольку это наша интеллектуальная собственность. В конце концов получим со святош деньги, так и задаток Зифулу вернем. Мы и согласились.

– Переговоры со святошами взялся вести Шмидт?

– Да. Он сказал, что у него есть выходы на того, с кем можно поговорить на эту тему. Но спустя пару дней Шмидт вдруг заявил, что нашел более выгодных покупателей.

Гамигин показал мне два пальца.

Я едва заметно наклонил голову. Теперь, по крайней мере, понятно, с чего вдруг «назары» прилетели в Московию.

– Дальше, – потребовал я.

– Еще через два дня Шмидт исчез. Зифул занервничал. Стал расспрашивать, кому Шмидт собирался толкнуть программу. Требовал, чтобы прогу ему отдали. Мы с Читером прикинулись, что знать ничего не знаем. А программу вроде как Шмидт забрал, для тестирования своего фантастического аппарата. Ну, а потом… – Флопарь посмотрел на дно кружки, залитое кофейной гущей. – Видно, я… Ну, Шульгин то есть, решил, что нужно подстраховаться. И сделал пси-модуль.