И Будда – не беда!

Лютый Алексей

Кали подбежала к собравшимся и посмотрела на них с таким вызовом, словно собиралась устроить бои без правил и выбирала себе соперника. Драться с ней почему-то никто не согласился. Путешественники полезли на Дакшу, Брахма зачем-то прошелся вдоль строя стражников, а Вирупакша сделал вид, что крайне заинтересовался положением звезд. А едва менты заняли свои места, как этот бог мгновенно прыгнул с ними в мир, где правил Ганеша, а следом за ним отправились и остальные.

То, что зрение вернулось к ним, доблестные российские милиционеры поняли лишь тогда, когда у них перед глазами перестали прыгать разноцветные шарики. Было

темно так, что темнее не могло показаться даже человеку с завязанными глазами или совсем без таковых. Дакша было двинулся вперед, но кто-то на него заорал, и слон остановился, меланхолично ощупывая хоботом почву перед собой в поисках трупов, которых рядом не оказалось. Зато были живые, и им не понравилось, когда Дакша пошлепал их по головам. Они снова заорали.

– Свет кто-нибудь включит? – наивно поинтересовался Попов, и над равниной вспыхнули десятки огней.

Рабинович поморщился, глядя на иллюминацию, устроенную богами. Без магии тут, конечно, не обошлось, над головами зажглись разноцветные шары, небольшие фонтанчики бенгальских огней, нимбы и надписи с именами и названиями фирм-спонсоров. В этот раз народу собралось куда больше, чем на вчерашнем собрании, и Рабинович сначала удивился этому факту, но затем рассмотрел знакомые и незнакомые силуэты чудовищ и понял, что каждый из богов тоже, как и Брахма, решил прихватить с собой «пушечного мяса».

– Где дом Ганеши? – поинтересовался кинолог. Ему указали на север, где скопление огоньков на горизонте трудно было отличить от звезд. – Отлично. Теперь потушите огни и оставайтесь на местах. Ко мне пусть подойдут только Брахма, Шива и Вишну. Лориэль, зажги лампадку.

Эльф затеплил над головой Рабиновича небольшой фосфоресцирующий шарик, отчего тот стал похож на шахтера, готовящегося спуститься в забой. Сеня поморщился, но просить Лориэля изменить внешний вид и степень интенсивности освещения не стал. Он слез со слона и подождал, пока рядом из темноты материализовались силуэты вышеназванных богов.

– У кого-нибудь есть план жилья Ганеши? – спросил у них кинолог.

– Какой там план, – презрительно фыркнул Шива. – У этого придурка все без плана. И жилье тоже. Настроил что попало, обнес высоким забором, чтобы ни один раб не сбежал, вот и вся архитектура.

– Ну и хрен с ним, с планом, – буркнул Сеня. – Значит, просто выстроим вдоль забора такую цепь, чтобы и мышь не проскользнула, а затем начнем атаку. Кстати, а вы сможете помешать Ганеше ускользнуть в другой мир?

– Я могу попробовать, – ответил Вишну. – А если и не задержу его, так смогу засечь, куда именно он прыгнул. В общем, его мы не потеряем.

– Вот и хорошо, – кивнул головой Рабинович. – Тогда ты останешься со мной. Остальные пусть разделятся на три части. Брахма с одним отрядом обойдет крепость с тыла, Шива со своими подчиненными займет правый фланг, а на левом… – Сеня растерянно осмотрелся.

– Можно я? Можно я?! – выскочил вперед Вирупакша.

– Можно Машку за ляжку, – буркнул Рабинович и махнул рукой. – Хрен с тобой. Будешь командовать левым флангом.

Член клана Чатурмахараджи едва не сошел с ума от счастья. Сеня отправил командиров отрядов разделять остальных богов на группы, а рядом с ментами остались лишь Вишну, Кали да отряд дэвов, приведенных с собой богом-хранителем. Около получаса над равниной висел несмолкаемый ропот, прерываемый лишь короткими вскриками –

вполне возможно, после зуботычин, – а затем все пришло в движение. А когда занялся рассвет, путешественники смогли увидеть лишь хвосты трех колонн, уходящих в сторону резиденции Ганеши. Дав им немного времени, Сеня приказал тоже выдвигаться вперед.

Утро выдалось туманным, сырым и промозглым. Находиться в мутной пелене было неприятно, но такой рассвет устраивал атакующих куда больше, чем ясное небо, яркое солнышко и свежий ветерок. Впрочем, упомянутые компоненты хорошего дня долго себя ждать не заставили. Налетевший ветер разогнал туман, жаркое индусское солнце мгновенно высушило росу, а голубое небо сверкающим куполом накрыло наступающие армии и осаждаемый ими дворец. Рабинович поморщился, видя, что еще не все отряды вышли на позиции, но в резиденции Ганеши было тихо, и кинолог немного успокоился.

А потом заорали петухи. То есть менты поняли, что это петухи, только потому, что в такую рань больше орать было некому, хотя вопли этих доисторических будильников совсем не походили на привычное российское «ку-ка-ре-ку!». Попов невольно вздрогнул, да и осаждающие замедлили ход. Впрочем, лишь на секунду, чтобы затем и вовсе встать. Да и было с чего. Прямо перед ними возникла армия, состоящая из одних женщин в полупрозрачных одеждах. Даже демоны и те раззявили рты!

Дамское воинство, вооруженное лишь собственной, истинно индусской красотой, оцепило кольцом весь дворец Ганеши, выстроившись в несколько рядов. Несколько долгих секунд две противоборствующие армии молча смотрели друг на друга, а затем над равниной разлилась аборигенская музыка, и женщины стали танцевать.

Сеня просто ошалел. Он, конечно, догадывался, что бог нетрадиционной ориентации может применить и какие-нибудь нестандартные методы ведения войны, но такого не ждал. Выставить против вооруженного до зубов и чрезвычайно злого из-за ранней побудки воинства полуобнаженных танцовщиц мог только сумасшедший. Ведь не рассчитывал же Ганеша, что шедшие на штурм враги зачаруются красотой дам и грацией их движений и позабудут о войне?! Как глупо было надеяться и на то, что танцующие женщины остановят атакующих солдат…

– Или остановят? Хрен ведь этих индусов поймешь, – сам того не заметив, проговорил вслух кинолог.

– И вообще, откуда они взялись? – растерянно спросил Попов.

Этот вопрос остался без ответа. Откуда за стенами появились танцовщицы, понять сейчас было нельзя. Зато становилось ясно, что Ганеша гостей ждал. Видимо, оказался куда умнее, чем о нем думали коллеги по пантеону. Получалось, что этот извращенец предвидел раннюю атаку на свой дом и успел к ней приготовиться. А это означало, что впереди атакующих могут ждать сюрпризы и посерьезнее. Сеня закрутил головой в поисках эльфа.

– Лориэль, предупреди командиров групп, чтобы были осторожнее, – приказал он. Маленький самовлюбленный хам хотел огрызнуться, что не нанимался посыльным и подчиняться каким-то сержантам российской милиции не собирается, но не успел.

– В атаку!!! – раздался истошный крик над равниной, и армия осаждающих в едином порыве рванулась вперед.

– Твою мать! – выругался Рабинович. – Убью того, кто этот приказ отдал.

– Сеня, мне как-то с безоружными девками несподручно драться, – тронув Рабиновича за плечо, растерянно проговорил омоновец. – Что делать-то будем?