И Будда – не беда!
Шрифт:
Несколько минут эльф мялся и ломался, словно одноразовая тарелка, а затем-таки рассказал, за что впал в немилость. Оказалось, начальство дало Лориэлю довольно простое задание. В одной из параллельных вселенных китайский ученый, фамилию которого я прослушал, никак не мог изобрести порох. То есть не просто не мог, а даже не пытался. Он, видите ли, на старости лет влюбился в дочку императора и вместо того, чтобы изобретать полезные вещи, взялся за выпуск механических соловьев, самодвижущихся мартышек и прочих прелестей, способных покорить девичье сердце.
Вся мировая цивилизация
Я, конечно, не ученый и в тонкости наук никогда не погружался, но что-то сильно сомневаюсь, что кто-либо способен сделать открытие, лишь рассматривая таблицу Менделеева. По крайней мере, если бы мне сунули ее под нос, не объяснив предварительно, что это такое, я бы даже палку-копалку с помощью этой таблицы не изобрел. Лориэль тоже так думал. Однако он ошибался!
Когда эльф вернулся в Китай, ожидая увидеть, что ученый либо выбросил книгу, либо целый год ломает над ней голову, забыв про все на свете, его ждал настоящий шок. Старичок преспокойно сидел за письменным столом и разрисовывал листки бумаги всевозможными формулами. А в его лаборатории подопечные испытывали на пленных иприт, взрывали гранитные глыбы динамитом и строили бамбуковую «катюшу». Сам же ученый вплотную подходил к изобретению атомной бомбы.
Лориэль, ясное дело, ошалел и попытался устранить последствия своей шутки. Оказалось, что сделать это не так-то просто. Сколько ни старался маленький шутник, в одиночку справиться с этой задачей он не мог. Пришлось Лориэлю доложить по инстанциям и вызывать группу поддержки. К счастью, ученый не спешил публиковать все свои открытия, и с последствиями эльфийской шуточки справиться удалось. Правда, не до конца. Они все-таки дали о себе знать в разных мирах. У нас, например, развлечение Лориэля привело к тому, что началась самая длительная война между Китаем и Японией. Ну и еще кое-что. Всего я не запомнил. В общем, маленький юморист, что называется, попал!
– Вот меня и отстранили от исполнения обязанностей вплоть до того момента, пока эксперты не вынесут окончательную оценку по этому делу, – закончил свой рассказ эльф. – Только не виноват я, и все тут! Не мог этот ученый что-либо понять из вашего учебника. Ему точно помогли. И я даже догадываюсь, кто именно. Вот, собирался с вами отдохнуть, бедами своими поделиться, а затем начать самостоятельное следствие по этому делу. И на тебе! Завис в этом измерении.
– Короче, влип. И мы вместе с тобой, – фыркнул Рабинович. – По-моему, вполне достаточное доказательство твоей безалаберности.
– Хотелось бы верить,
– Нет уж, пусть лучше Рабинович ошибается, – торопливо заявил Попов. – Я сто лет не могу тут ждать. У меня скоро барбусы нереститься будут. Самочку отсаживать надо, – и осекся. – Сто лет?! Да столько не живут!!!
– Смотря кто, – с ехидной улыбкой констатировал эльф. – Мне, например, четыреста. И это еще даже не средний возраст.
– А у меня маме шестьсот, и все говорят, что она очень молодо выглядит, – дополнил Ахтармерз.
– Так, ну вы, может быть, сто лет и подождете. А вот нас такие сроки абсолютно не устраивают, – встрял в разговор мой хозяин. – Давайте лучше решим, что делать будем и как отсюда выбираться.
– Никак! – отрезал Лориэль. – По крайней мере, мне способ неизвестен.
Обычно после таких фраз всякие писатели говорят, что в комнате повисла гнетущая тишина. У нас ничего не висело! Во-первых, полуразрушенный зал комнатой нельзя было назвать. А во-вторых, после случая в Мезоамерике тишина в тех помещениях, где находились мы, висеть категорически отказывалась. Вместо нее в зал приперся аборигенский оркестр и принялся играть «Прощание славянки». Песня оказалась настолько в тему, что Жомов пинками выгнал музыкантов из зала, а вместе с ними и тех танцовщиц, что попытались под звуки российского марша танцевать па-де-де на мраморных обломках.
– Лориэль, а не ты ли говорил, что в каждой вселенной есть постоянные врата МП-переходов, которыми знающий человек легко может воспользоваться? – встрепенувшись после «Прощания славянки», проговорил Рабинович. – Ты же сможешь использовать эти врата, чтобы отправить всех по своим мирам?
– Смочь-то я смогу. Вопрос в другом: где эти врата найти? – Эльф тоже встрепенулся, почувствовав надежду. – Не потеряй я своих способностей, мог бы легко обнаружить примерное местоположение МП-перехода. А сейчас даже не знаю, в каком из миров этой самодостаточной системы нужно эти врата искать.
– А может быть, кто-то из местных богов сможет нам помочь? – предположил Ахтармерз.
– Может быть, кто-то и сможет, – задумчиво протянул Лориэль.
– Я тебе сейчас помогу! – неожиданно раздался голос из пролома в стене, раньше именуемого дверью.
На нас этот голос произвел эффект разорвавшейся бомбы. И не потому, что был неприятным. Напротив, он был весьма музыкальным, даже несмотря на грозные нотки, и явно принадлежал женщине. Причем, скорее всего, красивой. По человечьим меркам, разумеется!..
Впрочем, с утверждением о красоте обладательницы голоса я явно поторопился. Хотя, если кому-то нравятся шестирукие полные волоокие индианки, то вошедшая была именно в их вкусе.
– Кали? – оторопел Лориэль.
Честное слово, первый раз я увидел его таким удивленным и растерянным. Что, впрочем, вполне понятно. Не так-то приятно предстать перед грозной богиней, не имея возможности вовремя смыться в другое измерение.
– Конечно. А кто же еще? – проворковала она. Правда, в голосе богини нежность совсем не ощущалась.