И аз воздам
Шрифт:
— Доброго утра желать не стану, — произнес Курт ровно и, помедлив, присел напротив связанного, упершись в пол коленом. — Стращать не буду тоже, ты про меня и сам все знаешь; стало быть, перейдем сразу к делу и ответам на вопросы. Договорились?
Глава 28
— Как-то невежливо, — с трудом выговаривая слова, хрипло заметил Ульмер, попытавшись усесться поудобней. — С места в бой, без предварительных увещеваний… Без предъявления обвинений, без рассказа о том, что я сделал не так и когда был раскрыт?
— Эту информацию я изложу тем, кому она действительно
— Стена, — улыбнулся Ульмер. — Холодная и неудобная.
— Я оценил, — сухо отметил Курт. — И все еще жду ответа.
— Как же с тобой все-таки скучно и предсказуемо, — показательно тяжело вздохнул тот. — Я бы мог писать за тебя речи на допросах, угадывая все, вплоть до тона и чередования задушевности с угрозами… Ну, положим, за мной Мельхиор, легче тебе стало от этого?
— Значительно, — кивнул Курт, с неприятным чувством отметив, что не испытал ни доли удивления, будто заранее знал ответ; размышления над тем, почему и откуда пришла эта уверенность, он решил отложить на потом — Ульмеру сейчас была сказана чистая правда: усталость после бессонной ночи действительно начинала сказываться все больше, и последние ресурсы здравого смысла стоило потратить на то, чтобы получить от задержанного как можно больше полезной информации здесь и сейчас. — Каспар снова решился поработать с ним в паре? Ульмской неудачи ему было мало?
Бывший собрат по служению не ответил; Ульмер сидел неподвижно, с застывшей на лице нарочитой полуулыбкой, и смотрел мимо допросчика, будто противоположная стена была испещрена таинственными надписями, которые ему надо прочесть непременно, и как можно скорее…
— Даже не думай, — чуть повысил голос Курт, резко подавшись вперед, несильно, но вполне ощутимо наподдал ему кулаком под ребра.
— Эй! — напряженно осадил Райзе, и он, не оборачиваясь, пояснил, глядя на то, как связанный инквизитор восстанавливает дыхание, почти согнувшись пополам и зажмурившись:
— Спокойно, Густав. Я не намереваюсь делать из него отбивную прежде времени, попросту не позволяю ему сосредоточиться. Ведь для небольших, не слишком сильных воздействий тебе не нужны те кости, так, Петер?
— Subitum est [104] , — с натугой улыбнулся тот, распрямившись и снова привалясь к стене спиной. — А ты и впрямь догадливый. Бестолковый, но догадливый; занятное сочетание.
— А знаешь, — хмуро проговорил Райзе, — сдается мне, что «сделать отбивную» — не такая уж плохая идея.
104
Сюрприз (лат.).
— Многоуважаемые коллеги, — торжественно оборвал его Ульмер, согнав улыбку с лица и, наконец, усевшись поудобнее, — позвольте теперь мне напомнить вам кое-что. Перед вами не какой-то там мелкий малефик, который об инквизиторах слышал лишь
105
В частности (лат.).
Ульмер поперхнулся последним словом и едва не опрокинулся набок, когда кулак в кожаной перчатке врезался в челюсть, ощутительно приложив его затылком о стену.
— Ты меня неплохо изучил, — одобрил Курт, разминая пальцы, — однако это было до того, как ты убил мою женщину. Вы задумали это сделать, чтобы вывести меня из равновесия? Ну так вы этого добились.
— Ерунда, — сплюнув на пол розовую от крови слюну, пожал плечами Ульмер. — Пару тычков я, разумеется, ожидал; и я их, разумеется, еще не раз получу. Но подумайте вот над чем, коллеги: в чем между нами разница сейчас? А разница в том, что мне нечего терять, и мое будущее мне известно. Расписано по дням и минутам. Ваше — неопределенно и невразумительно, а главное — вам не просто есть что терять, у вас на кону стоит всё, от вашей репутации до жизни пары-тройки тысяч жителей этого города… а может, и больше; по сути — каждый день вы играете на судьбу всего тварного мира. Как вам ответственность, господа следователи? Не сильно давит?
— Каспар, — не дав никому из сослуживцев ответить, отозвался Курт. — Где он и каким образом связался с тобой, когда отдал приказ убить Адельхайду?
— Между прочим, ты загубил отличную речь, — покривился Ульмер. — Я только разошелся, и тут ты со своими вопросами… Да никак не связывался. Убийство госпожи шпионки оставлялось целиком и полностью на мое усмотрение — я сам должен был решить, когда наступит подходящий момент. Мне показался подходящим именно тот; и я явно не ошибся, ведь неожиданно же вышло, правда?
— Да, несколько невовремя, — согласился Курт ровно. — Где он?
— Без понятия, — передернул плечами Ульмер. — Не видел его года два. За день до твоего приезда явился гонец от него — какой-то мутный тип, который передал просьбу отправить твою даму сердца на встречу с ее почившим супругом, и больше я о нем даже не слышал. Точней, слышал только от тебя.
— И тот тип ни словом не обмолвился о том, где сейчас Каспар? И ты не спросил?
— Мне на это наплевать — в отличие от тебя, — с нажимом произнес Ульмер. — Но я могу пойти тебе навстречу и пофантазировать на эту тему; вдруг мои предположения оправдаются.
— С чего бы вдруг такая готовность к сотрудничеству?
— А может, мне интересно посмотреть, кто из вас победит, — снова улыбнулся тот. — Жить мне осталось не так уж долго, но до вынесения мне приговора я успею узнать, чем дело кончилось. А там — как знать, быть может, и вам недолго останется, а умирать, осознавая этот факт, будет пусть и не менее тяжко, но куда более приятно. У Каспара, знаешь ли, серьезная теория на этот счет, и мне до крайности любопытно, оправдается ли она хотя бы в части ваших с ним прений.