Художник
Шрифт:
Персонал отеля с началом теплого сезона вынес сюда стулья и надувные диванчики с креслами. Иржи подвел даму к одному из них и аккуратно сгрузил на сидение разбалансированное тело, стараясь, чтобы никакая его часть не упала на пол.
– Иржи! Я хочу еще выпить!
– Да что ж с тобой случилось, депрессивная ты моя?
– Он меня назвал старой шлюхой!
– Перестань!
– Иржи укоризненно покачал головой.
– Кто так мог сказать о самой прекрасной модели на свете?
– Я приехала заключить с ним контракт, а он сказал, что я слишком стара! У него девушек старше восемнадцати
– И Юдифь разревелась.
– Ничего не понимаю. Кто тебе так сказал?
– Ларош Шико! Сейчас коллекции его Дома - икона стиля для каждой уважающей себя женщины Старого света!
– И когда он тебе это успел сказать?
– Месяц назад!
– Ну, это пора давно забыть, как страшный сон, и снова вперед, на покорение других домов!
– Иржи подал ей носовой платок. Та вытерла лицо и нос.
– Мне сегодня пришел еще один отказ.
– Сказала она совершенно спокойным голосом.
– И что? У тебя нет денег? Не верю.
– Видимо, придется браться за что-то новое, опять выгрызать зубами кусок чьего-то пространства...
– Разве впервой? Ты, дорогая, столько всего перегрызла... Должно быть, у тебя зубы, как у бобра - растут постоянно и тебе их необходимо стачивать хоть о кого-нибудь!
Юдифь тихонько засмеялась.
– Но это так трудно! В начале пути, когда у тебя за спиной нет ничего, и пока не представляешь, насколько сложный путь придется пройти, ты смеешься и смотришь только вперед, не обращая никакого внимания на проклятия аутсайдеров. Но сейчас, когда эйфория молодости прошла, а в памяти лишь каждодневный труд на износ... Не уверена, что смогу еще раз пройти этой дорогой.
– Дорогая, посмотри на меня! Помнишь, как мы с тобой жили в маленькой холодной мансарде? Одна на двоих булочка за целый день и полстакана молока. Но у нас была цель, мы шли к ней и были этим счастливы. Ты не торопись, подумай, что тебя влечет, чем бы ты хотела заниматься? Причем, до зуда в пальцах и огня в глазах. Наверняка, есть задумки... А, Юдифь?
– Есть.
– Она вытянула ноги и привалилась к его плечу.
– Я хочу выйти замуж и родить дочку. Сделать на телевидении свой канал, куда бы стала приглашать обычных мам с детьми. Мы бы готовили, обсуждали психологию воспитания ребятишек, выстраивание правильных отношений с мужем...
– Так это здорово! Ты действительно этого хочешь?
– Да, мой хороший!
– Тогда не плачь и ищи стоящего человека, с которым можно прожить всю жизнь, завести здорового ребенка, а лучше - двух. Короче, за дело, подруга!
– Спасибо, Иржи, ты - настоящий друг.
– Детка, объясни мне, кто тебя, такую целеустремленную и пробивную, сейчас постоянно сбивает с толка и вкладывает в голову тоскливые мысли? Этот твой новый кавалер? Он требует у тебя денег?
– Нет.
– Удивилась Юдифь.
– Я даже об этом не думала... А ведь знаешь, это... Эва Балог.
– Да ты что? Расскажи, а как вы познакомились?
– Понравилась?
– Нет, дорогая, она не в моем вкусе. Причем, очень-очень. Рассказывай.
– Впервые я ее увидела в кабинете господина Шико, когда пришла подтверждать заключение контракта. Иржи, он сам прислал мне предложение! Вот я и приехала к нему из страны яркого солнца,
– Юдифь покрутила пальцем.
– Можно взглянуть?
Она сняла перстень и положила на ладонь Иржи. Внутренний огонь, до этого мирно дремавший в солнечном сплетении, тут же выплеснулся в руку и невидимкой загудел вокруг чернеющего кольца.
– Смотри, Юдифь, какую дрянь ты носила на пальце!
На абсолютно чистой и гладкой ладони кольцо корчилось, темнело и скрючивалось, покрываясь маленькими дырками. А скоро от него остался лишь тонкий пепельный ободок, который Иржи сдул на пол.
– И что это было?
– Тупо спросила до конца не протрезвевшая модель.
– Что ты с ним сделал?
– Ничего, солнышко. Оно тебе ни к чему. Пожалуйста, больше ничего не бери у этой женщины.
Он погладил ее короткие волосы.
– Ну а дальше?
– Потом господин Шико прислал отказ. Я поделилась этим со своей новой подругой. Она была очень внимательна, переживала вместе со мной. А потом сказала, что ее пригласили куратором выставки в нашу страну. И предложила ехать вместе. Говорила, что ты, возможно, обрадуешься. Мы же с тобой не виделись...?
– Несколько лет, дорогая! Ты ей рассказывала, куда посылала запросы о работе?
– Да, милый. Она так интересовалась моей жизнью, как никто до нее не интересовался. Радовалась и надеялась вместе со мной.
– Сейчас напоила тоже она?
– Ну, мы выпили совсем немного!
– Ты ей рассказывала, что мы провели ночь вместе?
– Да, дорогой, что тут такого?
– И когда же ты научишься держать свой розовый язычок за зубками? Детка, тот, кто тобой так сильно интересуется, обязательно от тебя что-то хочет. И может статься, что цена твоей откровенности будет слишком велика...
– Мой красивенький мальчик! Ты о чем? А давай, ты на мне женишься?! Помнишь, ты предлагал!
– Нет, милая, телевидение в мои планы не входит так же, как раньше не входили вечные показы и банкеты с "папиками" после них. Бедная ты моя дурочка. Хочешь дружеский совет?
– Ну?
– Не общайся, слышишь, совсем не общайся с Эвой. Это может быть смертельно опасным.
– Дурачок! Красивые девушки умеют красиво любить, убивают только маньяки и вояки!
– Пойдем, солнышко, я провожу тебя в номер.