Художник
Шрифт:
Иштван медленно поднял руки со скопившимся в них синим пламенем и, выпуская жалящие языки огня, начал прихватывать ими Иржи.
– Отбивайся!
– сурово прикрикнул мастер.
Иржи погнал собственный оранжевый костер через пальцы, пытаясь удержать мастера на расстоянии. Но синяя яростная стена съедала жалкие язычки, обжигая пальцы художника.
– Плохо!
– покачал мастер головой.
– Смотри! Вдохом ты подпитываешь свой огонь, заставляя его разгораться. Выдохом ты посылаешь его в пальцы как можно шире и дальше, не подпуская
Иржи пробовал снова и снова, пока не свалился на маты в углу зала.
Фаркаш давно остановился и во все глаза смотрел на непонятные движения наставника и господина Измирского.
Мастер Иштван наклонился над лежащим в позе эмбриона бледным Иржи.
– Выпей!
– У наставника в руках откуда-то взялась темная бутыль с жидкостью. И, когда он открутил крышку, в воздух шибанул крепкий запах спиртовой настойки с лимоном и имбирем.
Художник выпил и закашлялся. Слезы брызнули из зажмуренных глаз. Но зато он сам, без посторонней помощи, смог присесть, а потом и встать.
– Продолжим?
– Поинтересовался мастер.
– Секунду!
– Иржи поймал за хвостик обрывок мысли.
– Сейчас!
– Думай. Фаркаш, нападай!
Пока мастер и Йожеф танцевали с клинками, в голове у Иржи созрел план. "А что если мне просто попробовать поставить защиту? Если сил пока мало?" И он начал плести покрывало из огня и воздуха, завязывая узлы и уплотняя плетение. А потом осторожно втянул то, что получилось, через пальцы в руки до локтя.
– Я готов.
– Объявил он.
Мастер встал напротив него, выпустив стену огня. Иржи, замерев, и, слегка растопырив пальцы, ждал, когда пламя мастера подберется ближе. Когда до его ладоней оставалось совсем немного, он, тряхнув кистями рук, выставил свой полог. И, как сила мастера не пыталась пробиться, у нее ничего не получалось.
– Хорошо!
– Теперь Иштван похвалил своего ученика.
– Но это - грубая сила. А если вот так?
Из пальца тренера вылетел длинный огненный хлыст, нашел в защите дыру и чувствительно прижег художнику пятую точку.
– Ай!
– схватился за подпаленные штаны граф.
– Не честно!
– Бой никогда честным не бывает. Есть один победитель, остальные - трупы.
– Спасибо!
– Поклонился Иржи.
– Стой и смотри. Это - способы боя.
Из пальцев учителя вылетали огненные дротики и молнии, вокруг тела Измирского закручивалась огненная спираль, немного сдавившая его в объятиях, но сразу отпустившая. Огонь привел в движение воздух, который упругой волной опрокинул Фаркаша вместе с Иржи к стене, чувствительно припечатав спиной. Как только художник отскочил, призрачные языки заплясали вокруг него, постепенно сжимая кольцо.
– Ты видишь, что я делаю?
– перекричал мастер буйство стихий.
Иржи кивнул головой и выставил ладонь вперед. Яркое пламя широкой струей прошлось по призрачному кругу, стирая его следы с пола.
Иштван улыбнулся.
– Уже лучше. Урок окончен. Сейчас вам необходимо плотно
Ученики дружно поклонились. Йожеф, по традиции, занял душ, а Иржи понес деньги.
Мастер положил мешочек на ладонь, сжал ее и... истаял прямо на глазах открывшего рот художника.
– Зачем сегодня вы так долго размахивали руками?
– поинтересовался Йожеф.
– Мне прописали новую медитацию. Пойдем обедать!
Иржи вместе с Фаркашем и Ковачем дружно сидели на диване, смотрели телевизор и ели виноград. За окном постепенно смеркалось, укрывая туманами и сумеречным пологом озера, дома и рощи. Иржи посмотрел на часы.
– Пойду немного полежу.
– Кивнул он охранникам.
Зайдя в комнату, он повалился на кровать и уставился в потолок. Мысли крутились в голове нескончаемым потоком. "Непонятно, почему эта ведьма так зациклилась на Саминьшах? Почему бы ей не потреблять энергию из других людей? Прицепилась, как клещ к заднице! Если я - потомок Саминьшей и во мне есть стихия огня, значит я... маг? И все Саминьши были магами? Нет, что-то не сходится. Сердец, похищенных ведьмой, было три или два? Я видел два. Одно из них - рубин - принадлежит Карешу. Чье же бьется в черном алмазе? И было ли третье сердце?"
На тумбочке завибрировал коммуникатор. Иржи подхватил его, посмотрел, кто и нажал громкую связь.
– Слушаю тебя, Бернат!
– А мы с Эстер тебя ждем!
– Где, братик?
– В ресторане, за нашим столиком! Приходи быстрее!
– Иду.
– Вздохнул Иржи и начал собираться.
– Эти влюбленные хотят приобщить к своему счастью весь мир... Тем более, что я - ось вращения.
Когда он вышел в гостиную, охранники тут же отвернулись от телевизора.
– Вы куда-то идете?
– Поинтересовался Ковач.
– В ресторан, на помолвку господина Измирского - старшего. Так что можете продолжать развлекаться. Бернату сейчас абсолютно не до вас. Отдыхайте!
Охранники помялись, но, поразмыслив и поблагодарив Иржи, опять упали на диван.
Фаркаш сказал:
– Там, в ток-шоу Малховского, объявили завтрашнюю тему.
– И?
– "Почему аристократы скрывают свои титулы?"
Граф Измирский, уходя, полуобернулся к охранникам:
– Скажу по секрету, они не хотят платить налоги!
– произнес он, прикрывая за собой дверь.
На столике, вместо привычной маленькой лампы, в стилизованном под старину подсвечнике, горели три разноцветные свечи, источая розово-лавандовый запах. Заранее, еще днем, заказав у администратора доставку букета белых роз, Иржи прихватил их по дороге, и теперь пробирался к столику, сжимая в руке перевязанный ленточками душисто-колючий символ любви и верности.
Пока официант бегал за вазой, а потом пристраивал цветы так, чтобы все гости друг друга видели, Иржи сел и с улыбкой посмотрел на счастливого брата и, не менее счастливую, Эстер.