Худловары
Шрифт:
Ну хорошо, говорю, слушайте: «Алексей Андреев родился в семье электриков…» И прямо чуть не заплакал, до того прикольно.
Но больше всего нервирует редактор. Раньше, вычитывая «Паутину», он только хвалил меня за язык. Дескать, как приятно работать с грамотным автором, не то что с каким-нибудь… (далее упоминаются Стогов, Лимонов и еще пяток кассовых авторов «Амфоры»). Но теперь редактор убеждает меня, что надо уважать читателя и немного спускаться на его уровень из своей сетевой крутизны. Иначе будут книжки только для небольшой группы врубающихся.
Я в ответ убеждаю его, что у меня
В конце концов приходит главный редактор Назаров, и они прессуют меня вдвоем. Издание «2048» решено отложить на осень — чтобы выпустить сразу двухтомник, весь роман до конца.
Ясен пенть, после такого нажима моя писательская болезнь опять обостряется. Самым тяжелым ее проявлением становится мечта о ноутбуке. Почти вся книга написана на отличном карманном «Псионе». Но я вбиваю себе в голову, что редактировать надо на чем-то крутом. Иначе какой я, нахрен, великий писатель? Люди в Коктейбле будут показывать на меня пальцем:
— Вы слыхали, Андреев пишет романы на «Псионе»!
— Ха-ха, может у него еще и бумажный блокнот есть?
— Хи-хи, как вы меня насмешили, у меня даже устрица в корсет упала!
Я дохожу до того, что обсуждаю ноутбуки с Носиком. Он говорит, они морально устарели. Нафига эти чемоданы с дисками, если есть карманный комп с флэшками на гигабайт. Блин, а ведь этой же мыслью руководствовался я сам в 1999 году, когда пошел покупать ноутбук, а вместо него купил «Псион». И спустя четыре года выслушиваю те же правильные советы от других. Вот что делает с людьми приобщение к писательству! Мы тупеем на этой войне, господа.
В марте мечта идиота о безбашенном компе сбывается. Принесли. Корпус поцарапанный, на мониторе черные пятна, одной резиновой «ноги» нету. Настоящее китайское качество, плюс американский «восстановленный» экспорт, плюс чисто русский маркетинг (особенно эта непереводимая фраза «Он не нулевый, но и не б/у»).
Все окружающие надо мной издеваются. Леха Рерих говорит, все то же самое можно было найти за двести баксов. Ксюша говорит, что я купил себе какой-то дурацкий плеер. Сестра Арина говорит, что комп без PowerPoint никуда не годится. Идея о том, что я сэкономил себе два кубометра жилой площади, никого не греет. Никто не понимает нужды великих русских писателей, бля.
С появлением ноутбука я снова впадаю в ботанический образ жизни. Хотя на улице уже весна, и даже прогулки в безлюдном ЦПКиО начинают отвлекать от работы. Весной я обычно стригусь. А это, как ни крути, оздоровляет. Без волос, среди таких же лысых, но уже пробуждающихся деревьев в парке, я чувствую гармонию. Я сижу на мостике, пью пиво и слушаю птиц. Ужасно не хочется писать никаких романов. Ну хватит, хватит уже! Разве не ясно, что лучшая книга о человеке — это телефонная книжка? Абсолютно лаконичная и максимально функциональная. А в остальном каждое написанное слово — это потерянный взгляд на мир.
Но мерзкая тварь албана не отпускает. И даже в окружении весенней природы она умудряется найти мне
По вечерам меня оттуда выгоняют. «Мы, — говорят, — до семи работаем». А сами едут внутрь на «мерседесе»! Надо узнать, может, у них есть какой-нибудь VIP-сервис, чтоб на всю ночь…
Просветление наступает только в мае. Странный глюк ноутбука толкает меня на совершенно дебильный поступок, который открывает мне глаза на всю мою клиническую картину.
И зачем, зачем только я стал великим русским писателем? Зачем я пошел покупать этот антивирус? Гордыня, не иначе. Раньше я считал, что программирование — отстой по сравнению с писательством. Ведь у писателя спрашивают «НАД чем вы работаете?». А у программиста — «ПОД чем вы работаете?» А я же такой гордый, работать «под» не хочу!
Но у программера есть кое-что поважней. Связь с реальностью. Если код не работает — пошел на хер! Это лечит от иллюзий. В следующей революции главную роль сыграют сисадмины.
Вот и теперь — будь я программером, никаких забот бы не было. Звякнул знакомому сисадмину, спросил FTP-адресок, скачал… Нет, блин, культуры потребления захотелось! С аккуратным диском в родном пакетике. С честной регистрацией. Ага, щас.
Честная регистрация прислала мне по почте ключ, который никаким раком не переводил антивирус DrWeb в рабочий режим. Покопавшись еще на сайте Лаборатории Данилова, я выяснил: мне продали прошлогоднюю версию, а ключ предназначен для современной версии.
Впрочем, это была лишь моя версия событий, подсказанная моим внутренним недобитым программером. Зато продавец в магазине «Кей» не был ни программером, ни великим русским писателем. Видимо, он был великим русским художником.
— Давайте сравним диски визуально! — предложил он, когда я вернулся в магазин и попросил вернуть деньги за неработающий DrWeb.
Через несколько минут безмолвной игры «Найди десять отличий» продавец признал, что сдается. Мой диск был точно таким же, как в витрине.
— Может, вы зайдете на их сайт и убедитесь, что это старая версия? — предложил я.
— У нас отсюда не все сайты видны… — с грустью отвечал он. Видимо, руководство таким образом боролось с порнухой, которая скрашивает жизнь продавцов компьютерных магазинов. А на антивирусных сайтах, как известно, сплошная порнуха.
Дискуссия кончилась тем, что мне предложили поехать в сервис-центр «Кея» на другом конце города. Решив донести свой крест до конца, поехал.
Но, как говорится, легче троянскому верблюду пройти сквозь 138-й порт, чем ламмеру законнектиться с Царствием Небесным. В сервис-центре меня встретили хихиканьем и вопросом — как была фамилия того идиота, который вас сюда послал? Тем не менее, проверить DrWeb они согласились — и вернуть деньги в случае чего. Если у меня есть ключ, конечно. Тот, который мне по почте прислали. А-а, так у вас его нет с собой? Ну принесите на дискете.