Хрустальный грифон
Шрифт:
— Какую помощь ты нам предлагаешь, лорд? Мы собирались идти на запад, в Норсдейл, но дорога такая, что я не уверена…
Он прервал меня.
— Путь на запад сейчас очень опасен. Я могу проводить вас в защищенное место, там в округе достаточно пищи.
Настороженно смотрела я в его темно-золотые, нечеловеческие глаза, и так мне хотелось верить ему! Но со мной были люди, за которых я отвечала. И что я, собственно, знала о Древних, чтобы довериться одному из них?
Он видел мои колебания, и улыбка его исчезла. Лицо сразу стало холодным, словно я чем-то обидела его. Я встревожилась еще больше.
— Лорд, не обижайся на меня, — неуверенно начала я, пытаясь успокоить его и объяснить мои сомнения. — Мне никогда не приходилось встречаться с кем-нибудь из твоего народа, и если я сделала что-то неприятное тебе, то не по злому умыслу, а от незнания. Ведь я только в легендах слышала о вас, а в них говорится, что некоторые из твоего народа владели Темной мудростью, а она очень вредна для людей. Вот почему я вынуждена быть с тобой осторожной.
— Из-за таинственных сил, которыми владели Древние, — произнес он. — Что ж, это я могу понять, но меня можешь не бояться. Достань талисман который ты носишь на груди. Я только коснусь его, и ты сама все поймешь.
Я вынула свой шар с грифоном. Даже при ярком солнце было заметно, как он светится. Мне показалось даже, что грифон радуется и приветствует незнакомца. Я сняла с шеи цепь и протянула ему шар.
Он слегка прикоснулся к нему пальцем, и шар в ответ полыхнул таким светом, что я чуть не выронила его от неожиданности, и мне сразу стало ясно, что незнакомец искренен и действительно хочет помочь нам. Я еще больше поверила, что судьба подарила мне встречу с одним из Древних. Недоверие мое исчезло, и я с радостью и благоговейным трепетом поклонилась ему.
— Лорд, — произнесла я, — мы будем рады повиноваться тебе.
Он снова оборвал меня и ответил резко и жестко:
— Я тебе не хозяин и не требую ни от кого подчинения. Ты сама вольна решать как считаешь нужным. Я могу только дать крепкое пристанище тебе и твоим людям. А кроме этого еще свою силу и свое мастерство воина.
В лагерь наш мы пришли вместе. Сначала люди перепугались и разбежались, и мне с трудом удалось их успокоить. С печальной улыбкой смотрел незнакомец на всю эту суету, а я каким-то образом понимала все, что он чувствует, хотя и не знала, почему.
Но вот суматохе улеглась, и мы начали готовиться к выступлению. С радостью я увидела, что все люди слушаются его указаний. Он свистнул, и с горы тут же спустилась лошадь, на которую он посадил Мартину. Остальных лошадей нагрузили всем, что успели заготовить. И вот мы тронулись за нашим проводником.
Мы попали в удивительное место. Прямо посреди озера стоял замок, к которому вели два моста, но один был разрушен, а другой можно было поднять к полностью отрезать крепость от берега. Кроме того, земля эта когда-то возделывалась, так что в округе можно было собрать фрукты и даже зерно.
Теперь мы могли спокойно жить здесь, пока люди не окрепнут и не поправятся наши раненые. И еще заготовить припасы на всю оставшуюся дорогу.
Теперь я окончательно поверила этому человеку. Он так и не сказал нам, как его зовут. Может, и недаром Мудрые Женщины верят, что имя очень связано с самим человеком и, зная имя, можно им управлять.
Пять дней он помогал нам устраиваться и налаживать жизнь, а затем объявил, что хочет съездить в разведку, чтобы выяснить, как далеко удалось ализонцам проникнуть в нашу долину и не подбираются ли они к нам.
— Ты говоришь так, словно они и твои враги, — заметила я. — А ведь они воюют только с людьми и не могут причинить вреда твоему народу.
— Это моя родина, — ответил он, — и я не собираюсь терпеть здесь захватчиков. Я уже сражался с ними и готов сражаться до тех пор, пока они не уберутся к себе за море.
Я встрепенулась. Если эти люди, владеющие тайными силами, выступят против ализонцев… Может, это спасет от разгрома и мой несчастный народ? Но не успела я задать ему хоть один вопрос, как он, словно прочтя мои мысли, ответил.
— Ты, леди, подумала, что можно против них использовать тайные силы, — проговорил он задумчиво и печально. — Не стоит слишком надеяться на это, леди Джойсан. Вызвать эти силы не трудно, а вот управлять ими очень непросто. Лучше не вызывать. И вот тебе мой совет: сейчас во всей стране нет для вас более безопасного места, чем эта крепость. Будь благоразумна и не трогайся с места, пока я не вернусь из разведки.
Я кивнула ему в ответ:
— Мы так и сделаем, лорд. — И вдруг мне ужасно захотелось взять его за руку и дать понять, что я разделяю все его чувства и очень хотела бы помочь снять тяжесть с души, но я не знала, как он это воспримет, и сдержалась.
Керован
Я заглянул ей в глаза и понял, что никаких объяснений нам не нужно. Просто между нами не может быть ничего. Но я постарался справиться с ударом. Видимо, зря я надеялся, что, несмотря на странную внешность, я все-таки человек. И слава богу, что я не послал ей свой портрет, когда она об этом просила. Я просто никогда не скажу ей, что я и есть Керован, ее жених.
Меня и радовало и беспокоило, что Джойсан приняла меня за одного из Древних. С одной стороны, это избавляло меня от любых нескромных вопросов, но с другой стороны, она наверняка ждала, что я проявлю свою власть над тайными силами, и мне придется хорошенько подумать, как объяснить ей, почему я не делаю этого. Правда, у них произошло что-то не менее странное, чем в Ульмсдейле. Видимо, женщина из их рода вызвала какие-то тайные силы и разрушила замок, завалив обломками лагерь врагов.
Джойсан рассказала, что врагов они ждали давно и готовились к бегству. Люди уходили небольшими группками с хорошими проводниками, и Джойсан надеялась, что большинство их уже в Норсдейле. А их отряд в силу разных обстоятельств отстал и остался без проводника. Кроме того, одна из женщин родила, и они вынуждены были выжидать, пока роженица оправится.
Тут я и подумал об озерной крепости. Только там эти люди смогли бы отдохнуть в безопасности и приготовиться к трудной дороге. Вот и все, что мог я дать сейчас моей леди — крышу над головой и относительную безопасность. И не стоило придавать слишком большого значения тому, что она не расставалась с моим подарком. Просто вещь эта была сама по себе очень красива.