Хранительница
Шрифт:
Между тем, они подошли и стали заливаться соловьями, ориентируясь на сестру, оттеснив меня в сторонку. Сначала мальчики выражали восхищение сестрёнке, и я тихо стояла, стараясь не мешать. Ей опыт общения с противоположным полом необходим, а то первый встречный сказочник покажется романтическим принцем. Но когда они, не приняв отказа, начали настаивать, напирая с обеих сторон, не выдержала.
– Молодые люди, вы понимаете по-Имперски? Или может у вас проблемы со слухом? – сделав шаг вперёд, протиснулась полубоком
– Да как вы смеете! Это оскорбление! У нас нет никаких проблем! Мы абсолютно здоровы! И обучались у лучших! – перебивая друг друга, выпятив грудь вперёд, пытались они выставить себя в лучшем свете.
– Тогда вы понимаете слово: «Нет». И уже сейчас, на стадии знакомства относитесь к пожеланиям моей сестры наплевательски, полностью игнорируя их? – продолжала давить на желторотых птенцов.
– Вы нам не подходите! Гуляйте мальчики!
Дашуня прыснула, прикрыв рот ладошкой.
– Подождите, как не подходите? Вы нас совсем не знаете! – оторопело пробормотал зелёненький.
– Вот именно! Даже не представились! А ещё светлые. Где ваши манеры!
– Но это же бал-маскарад, и весь смысл в загадке, - пытались оправдаться они.
– Всё, - подняла я руку. – К концу бала приносите полную автобиографию, мы ознакомимся и выберем, кому подарить танец, - отправила их «туда не знаю куда, принести то, не знаю что».
– Простите, а что такое автобиография, - решился прослыть болваном, но узнать новое для себя слово «красненький».
Жаль, думала так уйдут.
– Описание своей жизни. Я, такой-то, уроженец того-то, отец, мать, дом, земли, расписываем всё по порядку.
– Зачем Вам-то это понадобилось? – вспылил его друг.
– Хотим проверить, вдруг грамоте не обучены и писать не умеете. А на уме одни танцульки, - пошла на второй круг издевательств.
(Да когда же они отстанут?)
– Но здесь бал, где же мы бумагу возьмем и перо? – зелененький сделал ещё одну попытку меня образумить.
– Вы мужчины?
Они медленно кивнули, подозревая пакость.
– Добудьте. Придумайте что-нибудь. Как Вы собираетесь семью обеспечивать? Если с простой проблемой справиться не можете.
– Нам рано ещё думать о семье, - сболтнул «палач».
«Ну, это ты зря сказал», - губы сами изогнулись в предвкушающей улыбке.
– Как рано? – немного наигранно охнула в недоумении я. – А сестрёнка? Поиграть и выбросить? Разве так можно? А чувства? А разбитое сердце?
– Мы всего лишь пригласили вашу сестру на танец! – со злостью сквозь зубы выдавил «ангелочек».
(О, неужели довела?)
– Всего лишь? – включилась еврейка Сара. – Дорогая, - обернулась к сестре, - представляешь? – Ты, «всего лишь»!
– Мы не так сказали! Вы всё исковеркали! – вспылил мой противник.
(Детский сад «Ромашка». Ты ещё ножкой топни, доказывая свою правоту).
–
– Слабенький какой-то он, нервный. Стояли себе, мило общались, и чего было психовать? – проводив его взглядом, обернулась на сестру. – Не знаешь?
Та уже не могла сдержать своего хохота и просто помотала головой в стороны, боясь рассмеяться громко, открыв рот.
– А Вы, молодой человек? – докопалась я до оставшегося. – Не замечали за своим другом ранее таких нервных срывов?
Он смотрел на меня, видимо не понимая, в натуре я такая дура или издеваюсь. Так ничего для себя, не решив и не ответив, на прямой вопрос, бросился следом.
Пожав плечами, повернулась к толпе. Что ж, досмотрим этот скучный фильм. Теперь я на своей шкуре прочувствовала, что такое средневековый бал. Возможно, если бы мы танцевали, флиртовали, познакомились с кем-то приятным, было бы веселее? Надо будет в следующий раз попробовать.
Слишком много людей. Я уже отвыкла от этого. Голова кружилась, в ушах звенело от гомона голосов, вперемешку с музыкой. Всё слилось в единый коктейль, который мне уже не хочется употреблять. Такое бывало и раньше, в прошлой жизни, когда подготовка и ожидание праздника вызывали гораздо ярче эмоции, чем он сам. Будто я своим нетерпением и воодушевлением выплеснула все чувства заранее и сейчас нахожусь в каком-то вакууме и наблюдаю происходящее со стороны, оценивая с точки зрения историка двадцать первого века и сравнивая движения, жесты. Прожив столько месяцев в этом мире, иногда, как сейчас, ко мне приходит иллюзия нереальности происходящего. Словно я нахожусь во сне, и всё закончится со звонком будильника.
Перед взором вдруг промелькнуло что-то знакомое. Проследив взглядом, поняла. Он здесь! Я прикрыла глаза, вспоминая нашу единственную встречу, губы непроизвольно изогнулись в счастливой улыбке. Хотелось сорваться на бег, дотянуться до него, впитать ауру мужественности, непоколебимости. Раствориться без остатка в мужчине.
Внутри меня боролись два желания: одно хотело поговорить, прикоснуться, убедиться, что случившееся месяцы назад не было сном, навеянным сознанием, второе запрещало приближаться к мужчине, раскрывать инкогнито.
Розочки поймали моё метание и заинтересовались. Маркус, а это был точно он, хоть и в маске на всё лицо, уверенно вёл в танце свою партнёршу. Помню этот разворот плеч, чёткие шаги и тёмную, завораживающую бездну, словно произошедшее между нами случилось лишь вчера. Вот он наклонился к девушке в розовом, та призывно улыбнулась, представив свои прелести на обозрение чуть ли не всем присутствующим. Из моего горла вырвалось тихое рычание. Даша обернулась, недоумённо подняв брови, проследила за моим взглядом.