Хранительница
Шрифт:
«Да-а-а. Дела».
– Простите, не знала об этом, - покаялась я. – Может, сегодня в приличественное светлым заведение переедем?
Элеонора вздохнула и покачала головой: «Туда не пустят Мира и мальчиков».
– Как всё запущено, - расстроилась окончательно.
– Что же делать? – отложив ложку, печально переводила взгляд Даша.
Я пожала плечами. Сорванцы притихли. Ротмир опустил голову.
– А мама может купить поместье? – немного помедлив, задала вопрос сестра.
Я вскинулась и с надеждой посмотрела на Элеонору.
–
– Придумано прекрасно, но нам придётся вдвоём уйти, а вас как одних оставить? Или опять всем вместе ездить?
– Вместе, вместе! – запрыгали и закричали мальчишки.
– Что ж решение принято, - улыбнулся отец.
Следующие дни прошли бесконечным калейдоскопом с нашим полным погружением. Поместье куплено, документы отца на приставку к фамилии оформляются. Начался набор обслуживающего персонала. Основная нагрузка легла на мать и отца. Дашуня почти всё время приглядывала за братьями. Едва горничные оттёрли основные комнаты и пару спален, случился переезд. Ждать больше не имело смысла, итак на острие ножа.
Теперь мы дома, первое, что я сделала, была моя любимая ель. И уже через неё наконец пообщалась с хранителем на тему клятвы о неразглашении нашей личной жизни для всех работников. Ведь семья неординарная, и слово за слово, пойдут слухи. А оно нам надо? Правильно, нисколечко, ведь и у меня секретов полна коробочка. С этого дня первым критерием было одобрение Элеоноры, вторым, желание соискателя дать клятву. Ротмир нашел ремонтников, и теперь в нашем поместье тусовалась толпа народа. Обдирали, красили, приводили в порядок пол, и другие поверхности. Отец только и успевал руководить этим бедламом. Братья были в восторге. Столько всего нового и интересного происходит, и всё с их участием. Мы же, в свободное время от найма, выбирали отделочные ткани, цвета комнат, заказывали мебель и обновляли гардероб. Оказывается, здесь модно, когда каждая комната в отдельном стиле и цветовой гамме.
Дни мелькали калейдоскопом, один за другим, забылось наша учёба и поступление в Академию, хотелось обустроить гнёздышко, создать уют.
Очнулись от бесконечной круговерти, когда отец принёс известие, что в честь Перехода года император организует бал-маскарад. Желающие посетить его должны предварительно записаться, и Ротмир приглашает Элеонору отдохнуть от рутины и так сказать расслабиться.
– Подождите, а Переход года, это что? Новый Год? – влезла я в их разговор.
– Да, - улыбнулся отец, - наступает следующий 237год.
– А снег? – решила разузнать побольше о мире, пока предоставляется возможность.
На меня посмотрели с подозрением.
– Где ты раньше жила? – поинтересовалась
– Если элементарного не знаешь.
– Я же Вам говорила, что очнувшись на алтаре в лесу, поняла, что многое не помню.
– Да, это объясняет некоторые моменты, - согласилась она. – Снег же, лежит в отдельных областях Империи, - протянула женщина, глядя на меня.
– За Мёртвым лесом, в горах, - закончила резко.
– О-о-о, - не зная, что сказать, застыла я в удивлении.
(Мой лес – граница? Узнать бы, чего).
– Так откуда ты про снег знаешь? – допытывалась мать.
(Не понимаю. У неё сегодня что? Плохое настроение? Или праздники начались? Вгрызлась в хребет и не отпускает. Психует, что прервала разговор с мужем? И он молчит, притих).
– Помню, как игралась с ним, каталась на санках, – пришлось всё же ответить, а то пауза слишком затянулась.
– Так ты оттуда? Из-за Леса? – шокировано прошептала Элеонора.
– Не знаю. А что не так?
Родители как-то стушевались, притупили глазки и замолчали.
– Да говорите же! – нетерпеливо подталкивала к раскрытию тайны.
– Не шуми, - сжалился Ротмир. – Ничего страшного там нет. Поговаривают, что за ним проживают потомки богов.
– Ха-ха-ха. Бред. Какие потомки? Тропа есть. Обозы ходят. Торговля налажена.
– Так говорят люди, видевшие жителей Залесья, - пожал плечами отец.
(Ух, ты ж, божечки. Сто процентов такие же сказки ходят и про этот край. Детский сад какой-то).
– Ладно, - решила я закруглить эту тему, пока не начали копать глубже. – Получается, что здесь климат теплее, и снега не бывает. А бал это хорошо. Всё работа, работа. Мы тоже хотим развеяться. Правда, Дарина? – спросила подошедшую сестру, втягивая в диалог.
– Как белки в колесе бегаем!
– Бал? Мы пойдём на бал? – с надеждой, неверяще пробормотала сестра.
– Конечно вы с нами, девочки, - со вздохом улыбнулась мама. – Но мальчикам рано, они остаются с няней.
– Это будет мой первый бал, - со слезами в глазах, прошептала Даша.
– И мой тоже, - почему-то с грустью в голосе, поддержала я разговор.
Сестричка выплёскивала восторг, у Элеоноры в глазах плескалась влага. Мне же представилась толпа народа в душном помещении. Сомнительного качества музыка и не изученные танцы. Но на безрыбье, как говориться и рак – рыба. Придётся приобщаться к здешней «богеме» и вливаться в общество. Раз хочу полноценно жить в этом мире.
С этого дня к нам зачастили портнихи.
Оказывается, здесь маскарад означал всего лишь наличие на лице кусочка материи, и не более. Женщины наряжались в модные платья, исключение составляли лишь девушки, которые обязательно должны быть в белом. Это что? В свои тридцать с хвостиком на Новый год я буду снежинкой? Никогда! Даже снежная королева меня не устраивает. Металась я по своей комнате, кляня всех подряд с этими правилами и рамками. Сестра вольготно расположилась на моей кровати и впитывала новые слова, как губка.