Хранительница реликвии
Шрифт:
— Ну, кто я такой, что бы она снизошла до разговора со мной? Простой почтальон, — мотая несколькими подбородками, произнес Иван Иванович. — Знаешь дружочек, мне пора идти. Дело срочное есть. Я и забыл о нем. Сама понимаешь, возраст.
— Как у вас быстро настроение меняется, — заметила Ольга. — Только что чуть ли не плакали, и уже дела нашлись. Не особо значит и огорчило вас известие о смерти друга.
— А ты златовласка поживи с мое, — Иван Иванович доковылял до вешалки и накинул старенький
— Да нет уж, ни жить, ни выглядеть, как вы мне не хочется.
— Оля, — осек блондинку фонарщик. Ему стало не по себе от девичьей грубости по отношению к милому старику.
Блондинка обиженно надула щеки. — Что Оля? Я просто хочу, побыстрее отсюда убраться.
Иван Иванович улыбнулся и суетливо стряхнул пыльную шляпу.
— Ты дружочек не ходи на дедову могилу. Прошу тебя. Не стоит, не береди сердечко. И я не буду. Ни к чему все это. Ни к чему. Андрей! Как только ребята уйдут, закрой тут все.
— О" кей Ван Ваныч! — Донеслось из подсобки.
Старик надвинул шляпу на глаза и, грохнув дверью, быстро вышел. Колокольчик звонко шмякнулся на холодный пол.
— Странный он какой-то, — усмехнулся Марк, разглядывая помещение. — Может действительно дело в возрасте?
Катя пожала плечами. Иван Иванович, никогда не вел себя так. Девушка знала его добрым вполне адекватным стариком. Сейчас в руках Катерины находилось тоненькое письмецо, написанное ее дедом. Она не спешила ее открывать.
— Действительно странно, — произнесла Катя и подняла упавший колокольчик.
Из комнаты вышел мальчуган лет девяти.
— Ну, чё, долго тут ещё совещаться будите? — Нахальным тоном произнес он и вытер рукавом сопливый нос. — Мне закрываться надо.
— Господи, что за поколение растет, — вскинув руки, возмутилась Ольга.
Книгочей похлопал блондинку по плечу. — Это твои последователи.
— Так вы ещё долго балаболить будите? — шмыгнул Андрюша.
Нэльс открыл дверь. — Уже уходим.
— Причем с удовольствием, — тявкнула Ольга. — Пойдемте, поищем телефон. Мне нужно позвонить отцу. Когда я разговаривала с ним из этой вашей гостинице, то соврала, что неделю буду жить у подруги. Сегодня надо опять что-то врать. У вас есть телефон? — спросила она у сопливого мальчугана.
— Неа, — чавкнул тот.
— Какое убогое место…
— Там же рядом твой дом, что ж не вернулась? — спросил книгочей.
— Чего? Чтобы это вонючее существо разгромило там все. У нас новый ремонт. Вот когда разберетесь с ним, тогда я и вернусь. И спрашивать не стану.
— Хоть какой-то шанс от тебя избавиться, — буркнула Катя.
— А мне от вас. Вообще, найдите мне телефон.
Они вышли на улицу. Заметно похолодало, и небо приобрело пасмурный
— Нет ребят, что-то тут ни так, — произнесла Катя, сунула письмо в рюкзак и направилась за стариком. — Он наверняка что-то знает.
Нэльс, Марк и Ольга размеренно зашагали за ней.
— Что ты имеешь в виду? — удивился книгочей. — О чем он знает?
— О моем деде. Они с Иваном Ивановичем были хорошими друзьями. Не может быть, что бы тот ничего не знал о его смерти. И что значит, не ходи на его могилу? Я и так много чего видела, так что ничему не удивлюсь.
— На что это ты намекаешь? — не поспевая за бывшей подругой, пропыхтела Ольга.
— Я лишь намекаю на то, что дело не чистое. А в остальном разберемся.
Нэльс был более конструктивным. — И что ты собираешься делать?
— Проследить, — прошептала Катя, и ее глаза зловеще сверкнули.
Блондинка нервно затрясла указательным пальцем. — Мы не будем ни за кем следить. Нет. Мне нужно позвонить.
— И Тишкин кот! Да сколько можно то? На, — рявкнула Катя и вручила Ольге упавший золотой колокольчик. — Звони сколько хочешь.
Блондинка раздраженно фыркнула и запустила металлического малыша в звенящее путешествие по асфальту.
Иван Иванович осторожно прибавил шагу. Ребята поспешили за ним.
Умеренным темпом они прошли по переулку и завернули в соседний двор. На их пути мало кто попадался: старушка с мусорным ведром, да лысый мужчина, выгуливающий ротвейлера; по видимому люди ожидали дождя и не выходили из дома. Погода действительно очень быстро портилась.
Иван Иванович шел, не оглядываясь, постепенно наращивая темп.
— Куда же этот старикашка, так спешит? — капризничала Ольга.
— Ага, — согласился Марк. — Для его лет и комплекции, он достаточно даже прыткий.
Вдруг Иван Иванович остановился. Маленькая компания, устроившая за ним слежку, нырнула за тройку мусорных баков. Один из железных ящиков покачнулся и со звоном стукнул соседний. Иван Иванович оглянулся. Его взору предстала пустая улица и три звенящих мусорных бака.
— Он нас заметил? — прошептал Марк.
— Не знаю, — ответила Катя и осторожно выглянула из-за железного короба. — Черт, он побежал! — выкрикнула она, вскочила и куда-то помчалась.
Нэльс и остальные выглянули следом. По узенькой улочке метрах в двадцати от мусорных баков, бежал пухлый почтальон. Его прытко догоняла Катя.
Фонарщик и книгочей переглянулись и через мгновение припустили за красноволосым хранителем. Блондинка постояла ещё секунды три, в ее планы не входила погоня за толстым почтальоном, но одной ей оставаться все, же не хотелось, и она поспешила за остальными.