Хранители
Шрифт:
Из-за желания быть понятой, Ади начала воспринимать все как должное, надеясь лишь на то, что Алекс удалось восстановить память. Ни разу, за все время та не заговорила о них или не сказала, что скучает, всегда тихонько слушала, словно о чужих людях. Но для Ади и этого было достаточно, точнее приучила себя довольствоваться этим. Она оправдывала поведение сёстры шоком от аварии, считая это своеобразным способом перетерпеть душевные муки. И порой даже радовалась, что та их не помнит, ведь так Алекс сможет лучше пережить отсутствие близких рядом с собой.
Когда они уже
Но как бы сильно она не пыталась себя убеждать от реальности не скроешься. Алекс предпочитала общество книг, больше чем людей. И по сути, даже семье, которую сама и создала.
До сих пор, спустя столько лет, для Ади непонятно почему в тот день сестра привела Адама и представила, как брата. О чем та думала и чем руководствовалась? Неужели одной Ади для нее было мало?
Со временем она смогла успокоиться и принять Адама. Может быть, тогда она этого не понимала, но, наверное, то было одним из лучших решений в их жизни. Потому что сейчас Ади не могла представить свою жизнь без брата или же остальных ребят. Они стали частью неё самой. И как бы сильно та не сопротивлялась этой непонятной связи все же, получилось очень хорошо.
Адам же стал тем, в ком Ади нашла опору, силу, утешение и все чего ей так не доставало. В самом начале Ади все время спрашивала, почему Алекс решила назвать его братом, ведь, по сути, она практически не проводила время с ними. Словно, так Алекс компенсировала своё отсутствие в жизни сёстры.
Ади было обидно, но пыталась не давить на сестру. Возможно именно поэтому Адам и стал так близок ей. Потому что был тем, кто всегда поддерживал, защищал и оказывался рядом в счастливые и трудные минуты жизни, пока Алекс пропадала непонятно где.
Воспоминания о детстве и вопросы, на которые до сих пор не могла найти ответы, всегда причиняли Ади боль, поэтому чтоб развеяться решила выйти в сад погулять. Сев на кровати, потянулась за телефоном, лежавшим на тумбочке около кровати, и взяв посмотрела на время.
Было уже где-то за полночь, но все равно она решила следовать принятому решению. Все равно не сможет заснуть и будет или ходить по комнате или ворочаться в постели.
Встав Ади накинула на себя кардиган, лежавший на краю постели, которую успела до этого снять, и опять надев, направилась к двери. Открыв её показалось, словно она, на минуточку, вернулась в прошлое.
Как и в первое утро в этом доме, Кемаль также сидел под дверью, закрыв глаза и облокотившись спиной на противоположную стену. Услышав шум, открывшейся двери, тот открыв глаза посмотрел на неё.
В первую секунду там промелькнуло непонимание, а после сообразив вскочил на ноги, и, не говоря ни слова притянув девушку к себе крепко обнял.
В это мгновение Ади почувствовала себя такой любимой и защищённой, что на глаза навернулись слёзы. И чтоб не заплакать она спрятала лицо на груди
— Я люблю тебя.
Отстранив от себя девушку Кемаль взял её лицо в ладони и наклонившись оставил невесомый поцелуй на лбу. А после, взяв руку девушки повёл вниз.
Как и в первый раз, они сначала завернули в кухню, где сделали себе горячие напитки, после отправились дальше.
Кемаль привёл Ади в беседку и укутал в большую куртку, чёрного цвета, успевшего прихватить из гардеробной, по дороге сюда, после чего тоже сел, справа, и развернулся так чтоб видеть её лицо.
Ади сидела, опустив голову и обхватив двумя руками, чашку с кофе. Казалось черная жидкость внутри чашки интересней всего. С такой концентрацией смотрела, что не знавшие люди, увидевшие её в этот момент, могли подумать о том, что та пытается погадать на кофейной гуще.
Кемаль не торопил её, давая время собраться с мыслями. Он тихонько сидел рядом, иногда попивая кофе, и смотрел на ночной сад, простилавшийся перед ними. Со стороны было не понятно, о чем же таком серьезном думают эти двое, в такое позднее время, сидя в саду и даже не обращая внимания друг на друга.
— Ты меня осуждаешь? — спросила Ади, после долгого молчания. Она сидела, боясь поднять взгляд и столкнувшись с глазами напротив увидеть в них осуждение.
— Ты все время смотришь на свои руки, потому что ударила Алекс? — ответил Кемаль вопросом на вопрос. Он не собирался отвечать на заданный Ади вопрос, считая ответ очевидным. Возможно, это неправильно, но он никогда не сможет ни осуждать, не считать виноватым ту, в чем-либо.
— До этого я ни разу не поднимала на нее руку. — ответила девушка, с грустной улыбкой на губах, и все также продолжая смотреть на чашку. — Для меня она всегда была маленькой девочкой, которую нужно защищать и оберегать.
— Не думаю, что что-то изменилось. — сказал Кемаль, поворачиваясь и беря из рук Ади чашку с кофе, а после поставил на скамейку слева от себя. — Скоро все проясниться, и вы помиритесь. Дай ей время. Возможно, она не может так быстро впустить в свою жизнь людей, которых столько лет считала погибшими. Может Алекс приучила себя жить без них. И сейчас, после их возвращения, ей сложно сделать их частью своей жизни.
Кемаль не верил, что Алекс может быть такой плохой и бесчувственной, какой пыталась показаться. Возможно, ему просто показалась, но та не похожа на человека, пренебрегающего семейными отношениями. Лишь одно то, что для своей сестры она постаралась создать семью является доказательством этого. Он много думал обо всей ситуации, сложившейся с их семьей и кроме как попытки Алекс окружить сестру людьми, которых та смогла бы считать близкими людьми не смог ничего придумать.
Не секрет, что хранители собирали данные на каждого из них. И многое из собранного казалось нелогичным, словно все это время два человека пытались выдать себя за одного.