Хранители. Единственная
Шрифт:
Она допустила немало ошибок, и их масса словно превышала массу её собственной жизни.
Вздремнуть не получалось, хотя хотелось. Поэтому она встала, умылась холодной водой, взяла свой рабочий планшет, решив почитать на нём что-нибудь о работе Наставника Посвящаемой. Потому что от этой должности ей было не отвертеться, что бы она там сегодня не наплела Миранде.
Информация нашлась довольно быстро, и она радостно принялась за чтение.
Оказалось, функции Наставника не отличались какой-либо уникальностью. Они
Для начала, на первых порах Наставники были обязаны посещать все церемонии со своими Посвящаемыми, будь то или награждение, или удаление, или ещё что-нибудь. Таким образом, они помогали своим ученикам адаптироваться, влиться в не знакомую для них обстановку.
Также Наставники должны были следить за посещением Посвящаемыми Штаба в необходимое время. Они же могли и обговаривать с ними график их нахождения в стенах подземного Нью-Йорка.
Конечно, первый этап, а именно разговор в день Посвящения, Элис уже пропустила. Она была на церемонии Сандры, но не в качестве Наставницы. Тогда она уже и подумать не могла, что однажды случится так, что эта роль перейдёт к ней.
Но её это не огорчало. Как раз-таки она считала, что это было хорошо, и для неё, и для Посвящаемой.
Но вот что касается посещения Штаба… у Сандры с этим явно было дурно. Вот только Аманда по какой-то причине не обращала на это особого внимания и будто бы пропускала это мимо ушей. Элис не могла этого понять. Создавалось ощущение, словно Вайтфейс была всеобщей любимицей, что заставляло Краунштаун иногда обиженно надувать губки, погружаясь в невесёлые размышления по этому поводу.
В итоге девушка взяла в своём столе общую тетрадку и чёрную ручку, отодвинула стул, чтобы усесться на него и выписать некоторые советы для Наставников, которые должны были быть всегда с собой. Но когда она уже присела, в дверь неожиданно постучали.
Элис замерла от неожиданности. Спустя пару секунд, правда, всё-таки встала и подошла ко входу в комнату. Глазка на двери не было, а потому понять, кто был по ту сторону, можно было, лишь открыв её.
А открывать её было страшно. Но этот страх не мог равняться со многими другими, уже имевшимися у неё.
Поэтому она аккуратно сняла с двери блокировку и медленно приоткрыла её, одним глазом заглядывая наружу.
А потом раскрыла её резко, остановившись на пороге, как вкопанная, и глядя на гостя.
Тёмные волосы. Высокий рост. Бледная кожа.
Не убегающее впечатление, что он – призрак.
– Ты жив? – зачем-то спросила Элис дрожащим голосом. И, не дожидаясь ответа, заключила его в свои цепкие, неуклюжие объятия.
Заключила в свои горькие объятия Питера, который так внезапно появился в Штабе. Появление которого не могло пройти для неё бесследно.
Она обмякла уже в его руках, не веря, что это реально.
По крайней мере, хоть что-то в этот день пошло неожиданно по хорошей
***
Когда Уилл оказался в кабинете Аманды Коллендж, та тут же победоносно исказила губы в ухмылке. Уж видеть Хранителя воображения она всегда была рада. Он того стоил.
Было ли это одной из причин его вызова? Вряд ли. Вызывали его всегда по делу.
– Ты же осведомлён по поводу новых датчиков, не так ли? – с места в карьер начала она свой разговор.
Хейл кивнул. Уж он был. Господа Президент постаралась, чтобы ему это было известно.
– И как продвигается ваша… работа? – поинтересовался он. Правда, без особого интереса.
– Просто замечательно, – радостным тоном сообщила Аманда. – Однако у меня возникла идея, которую ты наверняка не поддержишь.
Уилл изогнул бровь в ожидании её дальнейших слов. Та заметила это и про себя порадовалась снова.
Только радость эта была с привкусом коварства.
– Я решила наградить датчиками нового образца не только Подозреваемых, но и всех Хранителей в целом. Благо, их у нас не так уж и много. Поэтому я…
– А необходимо ли будет для них повторное прохождение Золотой галлюцинации? – оборвал её Хейл на полуслове и осёкся.
Он вдруг заметил, что когда дело касалось его собственной жизни, когда над ней повисала угроза, он становился, во-первых, нервным, во-вторых, неконтролируемым, в-третьих, переживающим за свою шкуру. Походим на труса.
Но он просто понимал, что с новыми датчиками жизнь переставала быть жизнью и превращалась в простое существование. Это было видно по той же Миранде, которая вообще перестала быть собой.
– Посмотрим, – загадочно ответила Аманда. – Но ты ведь понимаешь, что дело теперь касается и тебя, верно?
– Вернее некуда.
– Твоя Золотая галлюцинация будет зависеть только от тебя. Я ещё подумаю, осуществлять её или нет. Так что датчик ты получишь не сегодня. – Она замолчала, следя за его реакцией, а тот был невозмутим, как камень. – Но обязательно получишь. Не сомневайся.
Про себя она уже невольно смеялась. Видя вокруг лишь жалость.
А Уилл уже не знал, что и думать.
Но ощущал он сейчас лишь одно.
Он чувствовал, что его предали.
***
Ночь подкралась незаметно. И мятежники приняли решение на ночь остаться тут, у Джима. Благо, места всем хватало.
Правда, Мирабель решила всё-таки уйти: дядя ждал. Кэсс тоже предпочла уехать домой и хотела забрать и Сандру, однако та воспротивилась и осталась с Маркусом, расположившись в кресле: так ей спать уже было не впервой. Её друг уснул рядом, оперевшись на подлокотник. Это, может, и не было удобно, но и оставлять её здесь совсем одну он не собирался.
Кастор чувствовал себя лишним среди всех этих людей, поэтому тоже решил удалиться куда-нибудь подальше. Может, и не в Штаб даже, но удалиться.