Хранители секретов
Шрифт:
— Ладно. Ты когда-нибудь задумывалась, действительно ли системы безопасности и камеры отключаются, когда кто-то входит через книгу врат? — Ник мерил шагами комнату. — Я всегда жду, что на меня набросятся охранники с пистолетами.
— Не думаю, что они носят оружие. — Я оглядела потолок. И теперь начала беспокоиться.
Мы оба резко обернулись, когда внезапно пятиламповые светильники на стенах ожили, озарив читальный зал в готическом стиле. Я вытащила меч из ножен. Янтарный свет осветил чрезвычайно высокий сводчатый потолок с окнами-клерками. Дядя Филип опустил руки и откашлялся.
Дядя Филип был одет в кожаную куртку и джинсы. Его рыжевато-каштановые волосы выглядели так, словно он только что проснулся.
— Вы уже закончили ссориться? У меня нет времени на весь вечер. Я действительно люблю иногда поспать.
Я рассмеялась и убрала меч, прежде чем обнять его.
— Я так скучала по тебе!
— И я тоже скучал по тебе. — Он сжал меня, прежде чем отстраниться, чтобы позволить Нику обнять его одним из тех одноруких мужских объятий.
— Рад тебя видеть, приятель, — сказал Ник, хлопая его по спине.
Дядя Филип сделал шаг назад, нахмурившись, когда изучал Ника.
— Как ты справляешься со своими эмоциями? Помогли ли наши упражнения выровнять их?
— Ну, насчет упражнений я ничего не знаю, — сказал Ник и вытащил что-то из переднего кармана джинсов. Он разжал пальцы, чтобы показать прозрачный кристалл яйцевидной формы, лежащий на его ладони. — Но этот кристалл настроения, который ты мне подарил, просто потрясающий.
Я наклонилась, чтобы получше рассмотреть его.
— А что он делает?
— Когда я держу его, появляется цвет, который показывает мое текущее настроение.
— Как кольцо настроения?
— Да, именно так. — Ник расправил ладонь и вытянул вперед пальцы. Кристалл медленно приобрел ржаво-желтый цвет. Он поднял руку, чтобы я могла получше рассмотреть его. Свет, вспыхнувший между его пальцами, осветил карие глаза.
— Что это значит? — спросила я.
— Он нервничает, — сказал дядя Филип. — Это, наверное, из-за прыжка через врата.
— А теперь смотри сюда. — Ник сжал пальцами кристалл и закрыл глаза. Свет, вырвавшийся из его пальцев, стал бесцветным, прежде чем исчезнуть. Он раскрыл ладонь. — Вот видишь! Все лучше и лучше. — Кристалл был чист.
— Он контролирует твои эмоции?
— Да. Это просто эйфория, — сказал Ник.
— Это очень красивое слово для тебя.
Ник сердито посмотрел на меня.
— Спасибо за доверие ко мне.
— Это ведь его слово, верно? — Я кивнула в сторону дяди Филипа. — Не твое.
— Да, хорошо, так он и сказал. — Ник сунул кристалл обратно в карман.
— Я могу подождать, если вы хотите еще немного попрепираться. — Тон дяди Филипа говорил о чем угодно, но только не о том, что он будет ждать нас.
— Мы не препираемся, — сказала я. — Для нас это больше похоже на спорт в помещении.
— У меня тоже есть кое-что для тебя, Джиа. — Дядя Филип достал из кармана маленькую бежевую коробочку.
Я подняла крышку и вытащила длинную толстую
— Что это?
— Это одно из заколдованных перьев Пипа. Мерл создал заклинание так, что когда ты найдешь Чиаве, тебе не понадобится наблюдатель, чтобы открыть секрет. Твое клеймо больше не должно кровоточить.
Чиаве. Найти их выпало нам с Ником, поскольку мы были наследниками седьмого волшебника. Семь магических ключей, превращенных в артефакты, спрятанные в библиотеках, открыли путь апокалиптическому чудовищу по имени Тетрада. Тот, кто освободит это существо, станет хозяином Тетрады и сможет использовать его для уничтожения или управления как мистическим, так и человеческим мирами.
Я застегнула цепочку на шее. Медальон опустился мне на грудь рядом с серповидным шрамом. Я получила метку, когда Нана Кернс выжгла амулет на моей коже. Я не помню, как получала ее, так как в то время была еще ребенком. Она сделала это, чтобы защитить меня от Мониторов в убежищах, и поклялась, что заранее использовала заклинание оцепенения.
— Спасибо, — сказала я, улыбаясь дяде Филипу.
— Не надо меня благодарить, я всего лишь избавитель.
— Так что же мы здесь делаем сегодня вечером? — спросил Ник.
Дядя Филип подрезал одну из красных ковровых дорожек.
— Наш урок сегодня вечером будет довольно трудным, но вам необходимо точно следовать моим указаниям. — Он оглянулся через плечо на Ника.
Я постаралась сдержать смешок и поспешила за дядей Филипом.
— Что? — Ник попытался схватить меня за рукав, но я увернулась. — Я умею слушать.
— Между тобой и Демосом, я не уверен, кого легче отвлечь, — сказал дядя Филип.
— Что? День придирок к Нику?
— О, мне очень жаль. — Я взмахнула щитом рядом с ногой. — Ты просто легкая мишень.
Он снова вытащил кристалл из кармана. Тот мгновенно стал мутного цвета, и внутри него не было никакого света.
— Да ладно тебе, правда? Ты расстроен из-за этого? — Я покачала головой. — Мы дразним друг друга с тех пор, как научились разговаривать. Это наша дружба.
— Джиа, оставь его в покое, — предупредил дядя Филип. — Мы не должны дразнить его в таком состоянии. Нужно время, чтобы привыкнуть к новым силам. Расти с силой легче, чем быть брошенным в возрасте Ника.
Ник крепче сжал рукой кристалл, пока тот не стал прозрачным.
Дядя Филип остановился и повернулся лицом к одной из многочисленных ниш.
— Чувствуете это?
В нише стояли небольшой стол и несколько стульев, книжные шкафы и высокое окно с несколькими панелями.
— Что вы чувствуете, профессор? — спросил Ник.
— Да, я тоже ничего не чувствую.
— Джиа, — сказал дядя Филип, — сними с себя весь металл. Я не хочу, чтобы у тебя был неприятный шок.
Я расстегнула пояс, сняла ножны и положила их вместе со щитом и нагрудником на одну из витрин. В конце ряда столов стояла статуя мужчины, а прямо напротив него — статуя женщины. Их застывшие гипсовые глаза смотрели друг на друга так, словно им очень хотелось остаться вместе.