Хранители равновесия

Лошаченко Владимир

«Голограмма», – чуть ли не завопил Пашка. Не удержавшись, он подмигнул весьма натуральному изображению Ричарда I.

Торжество большого приема шло своим чередом – сначала представился новый посол Арендала, затем два генерала армии, затем церемониймейстер выкрикнул:

– Граф Паша Черный д’Лоредан.

Пашка остановился метрах в десяти от трона, за шаг до первых телохранителей с обнаженными мечами. Ричард I – мужчина лет пятидесяти с вялым лицом и блеклыми глазами – прочитал свиток. Потом впялился в Черноту рыбьим взглядом и, осклабившись, выдал:

– Весьма приятно видеть новые лица в наших графствах.

Насколько мне известно, этот титул вы взяли на меч, а не могли бы вы сейчас продемонстрировать свою удаль? Я подпишу документ после поединка, если останетесь живы, конечно, – довольно закончил он и скорчил ехидную рожу. – Эй, Виго, займись претендентом на лореданское графство.

Из толпы прихлебателей не спеша выбрался гигант под два метра ростом с длинным двуручником на поясе. Лицо великана пересекал ужасный шрам от лба до подбородка.

Раздались аплодисменты, дамы защебетали, а мужчины расправили усы в ожидании увлекательного зрелища. Пашка выглядел мельче своего противника раза в два, а потому его вопрос вызвал бурную реакцию, неудержимый хохот. Смеялись все присутствующие, включая Ричарда I, магов и самого зверообразного Виго. Телохранители лишь улыбались – смеяться не положено по службе. Собственно, Чернота спросил о деле серьезном, а они ржали. Дословно:

– Ваше величество, для вашей подписи достаточно отрубить противнику голову или еще что-нибудь?

Император поднял руку.

– Поединок состоится немедленно, он будет продолжаться до гибели одного из соперников.

Придворные живо очистили место, образовав большой круг.

Виго, видимо хороший мастер боя, небрежно выдернул свой меч величиной с оглоблю и легко закрутил замысловатые фигуры, играя на публику. Пашка вздохнул – не хотелось убивать громадного дурака, а придется, иначе не видать графства. Благополучие многих людей против одной жизни – выбор очевиден, прочь сомнения. Клинок с тихим шелестом выполз из ножен, словно говоря: «Хозяин, я готов, дело за тобой».

Начали. Первым ударил Виго – его меч сверкнул молнией, устремляясь сверху вниз. Не найдя противника, врезался о мраморный пол, высекая кучу искр. В следующий момент в глазах гиганта появилось нешуточное удивление, оставшееся в них навечно. Голова покачнулась и неожиданно скатилась вниз, из шеи ударил фонтанчик крови.

В зале приемов раздался оглушительный многоголосый женский визг. Ошеломленные мужчины только хлопали глазами. Пашка объявился сбоку от туловища, которое тотчас упало, гремя кирасой.

Император хватал ртом воздух – его первого поединщика, первоклассного и верного офицера «сделал на раз» обычный парень средних физических форм. Чертовщина какая-то. Голографический Ричард I вопросительно глянул на придворных магов, но те лишь развели руками. Применения магии не наблюдалось, что и требовалось доказать. Тирану ничего не оставалось, как подписать документ.

Вот здесь Пашка с удовольствием наблюдал – как они выкрутятся? Ведь сама бумага с живым императором не здесь, а где-то в неведомом кабинете. Все оказалось просто: церемониймейстер объявил об окончании приема, занавес закрылся, а Черноте спустя пять минут вручили графский патент с императорской подписью, золотой печатью, все как полагается.

– Ну, фокусники-иллюзионисты. – Пашка лишь покачал головой.

В столице пришлось задержаться на пять дней,

причина уважительная – граф Паша Черный д’Лоредан венчался с девицей Беатой Томельо. Пашка сделал предложение – в ответ восторженный писк, в смысле «да». Не теряя времени пошли к родителям. Хотий с Нерой совершенно очумели от такого невероятного события и в этом состоянии находились еще не один месяц. Ну, дык, родная дочь – и вдруг графиня д’Лоредан.

* * *

Длинный караван из пятидесяти фургонов, телег (пришлось добавить десять единиц транспорта под провизию) и кареты в окружении вооруженных всадников неспешной рысью двигался по имперской дороге на север. Граф Черный д’Лоредан первым посещением Савоны остался доволен. Помимо нужных ремесленников удалось сманить бывшего выпускника университета факультета точных наук инженера Жозефа Лаваля. Господин Лаваль влачил жалкое существование, перебиваясь случайными заработками. Девяносто процентов выпускников университета покинули страну, иммигрировав в северные страны. Кровавому не нужны инженеры, художники и педагоги. Из непонятных соображений он всячески тормозил прогресс страны. Кроме двух кузнецов, оружейника, двух ткачей и лекаря Пашка вез портного – веселого малого, разорившегося после того, как мошенник барон не оплатил свой заказ. Портной Нурин вез с собой семью – жену с двумя детьми. Повезло стажеру – удалось купить строевых лошадей семьдесят две головы.

В последний день пребывания в столице, после обеда, он посетил речной порт, посидел в кабаке, пообщался с водоплавающим людом. Особый интерес вызвал старый морской волк капитан Карстен Ромегас. С ним Пашка провел остаток времени, попивая слабое винцо и слушая рассказы о морских походах. Что отличало Ромегаса от остального морского народа – это малое количество вранья.

Полноводная и глубокая река Дубис позволяла заходить морским парусникам в речной порт столицы. Из рассказа капитана следовало, что до океанического побережья около трехсот пятидесяти лиг. Ромегас сам, без наводящих вопросов, поведал Черноте о плавании через море Туманов к загадочному континенту. Потратили на весь путь восемнадцать дней и встали перед серой клубящейся стеной. Да, пытались пробиться на шлюпках – не вышло. Покрутились день и отвалили обратно к родным берегам.

– Ходят байки о якобы побывавших там, за серой стеной. Не верьте, ваша светлость, – вранье натуральное.

Пашка видел, капитан не лжет. Усидев с ним три кувшина лучшего вина, что нашлось в питейном заведении, Пашка сделал капитану Ромегасу заманчивое предложение – следующим летом совершить бросок через море Туманов к таинственному континенту. Оплата – одна тысяча золотых монет. Ошеломленный столь баснословной суммой капитан пришел в себя только после двух кубков вина, выпитых залпом.

– Вашим матросам заплачу по сотне золотых за рейс. Кроме того, в случае гибели любого члена экипажа – выплата семье или родным в размере пятисот монет.

Ромегас, недолго думая, дал согласие – хлопнули по рукам. Договорились – через год корабль капитана ждет графа в морском порту Харидж, находящемся рядом с устьем Дубиса. Отдав задаток в двести золотых, расстались довольные друг другом. Напоследок Ромегас показал Пашке свою «ласточку» – двухмачтовый корабль, напоминавший земную каракку, радовал плавными обводами корпуса.