Хранитель
Шрифт:
— Нельзя ли уточнить, когда это произойдет, Кэтти?
— Эндрю на твоей стороне, но с Джеймсом номер не пройдет. Я и сама не знаю, сколько еще пробуду с тобой.
— Чего? — взревел он. — Да кто ты вообще такая?
Она заплакала. Слезы покатились по гладкому бледному лицу.
— Потом поговорим, — сказала Кэтти по слогам, будто его мозг уже достаточно сгнил, чтобы не понимать по-английски.
— Нет сейчас!
Кэтти тяжко вздохнула.
— Я не знаю, что сказать.
Пол набрал воздуха,
— Я сегодня переживала за тебя. Почему — не знаю. Словно что-то произошло…
Озабоченный взгляд удивил Пола, и в ответ он смог лишь покачать головой.
— У меня возникло чувство, что тебе больно. Это так? Я могу чем-нибудь помочь?
И снова — безмолвное отрицание. Он окончательно зашел в тупик: подобные вопросы из уст Кэтти казались подозрительными. А дальше? Она заявит, что последние три месяца сервировала ужин для маленьких зеленых человечков? Так, стоп. В конце концов, это была женщина, искусно симулировавшая пневмонию за день до марша протеста. Значит, сейчас Кэтти тоже могла притворяться, чтобы выведать информацию, якобы перейдя на его сторону.
— Я чувствую приближение чего-то… не знаю, вероятно, это просто дождь. Мне снился кошмар про Сюзан Мэрли.
— Да брось, о чем ты говоришь?! — отмахнулся Пол.
Он был очень доволен собой, на секунду даже забыл о происшествии с Сюзан и о собственных снах. Из головы вылетело все, кроме гордости. Опозорить жену — лучший способ расслабиться.
Кэтти пожала плечами.
— Ладно, забудь. У Джеймса скоро каникулы…
— И что с того? — спросил Пол.
— Хочу после дождя свозить его в Саратога-Спрингс, повидать родственников. Я уже в состоянии путешествовать. И вообще я теперь много чего могу.
— Ясно. И когда же ты вернешься, дорогая?
— Как только все наладится.
— В смысле, любовь…
— Что ты называешь любовью? — прошептала Кэтти.
Не дождавшись ответа, она повернулась и пошла наверх.
ГЛАВА 15
В кроличьей норе
Все время до приезда врачей Лиз пролежала без сознания. Очнулась она, несясь на скорости шестьдесят пять миль в час, в каталке рядом с голой Сюзан. По прибытии в больницу Лиз уже полностью пришла в себя и смотрела, как две санитарки в розовых халатах быстро увозят ее сестру куда-то по длинному коридору.
Бобби, приехавший на машине следом за «скорой», влетел в палату к Лиз, буквально поразив ее своим поведением: он крепко обнял девушку, поцеловал в щеки, в нос и потом, наконец, в губы.
— Ох, слава богу, ты в порядке! Я так за тебя боялся!..
Чтобы удержаться от слез, она
— Я должна маме позвонить, а то она думает, я не поехала к Сюзан, у меня кровь на кроссовках, как хорошо, что ты сделал ей искусственное дыхание, у тебя здорово получилось, и вообще ты молодец, — тараторила она. Увидев на лице Бобби тревожный взгляд, Лиз попыталась замедлить речь. — Со мной все в полном порядке. Честно. — Девушка снова чуть не разрыдалась. — Думаешь, кто-то специально сделал это с Сюзан? Как он только мог?..
Бобби отвел Лиз в приемную и усадил в кресло.
— Глубокий вдо-ох… молодец, еще один… — инструктировал он. — Хорошо, теперь дай мне руки… сожми. Нет, не так — сильнее, до упора.
Лиз давила, пока мышцы не разболелись.
— Ну, полегчало?
— Да, гораздо лучше.
— Я позвоню твоей маме.
Через полчаса в больницу ворвалась Мэри Мэрли — прямо в фартуке магазина «Шоус». Бобби вызвался поговорить с ней. Лиз закрыла глаза, обессиленно откинувшись на спинку кресла.
— Да, мы поехали к ней домой, — слышала она голос Бобби. — Нет, прежде мы там никогда не были… я по крайней мере… мы вовремя обнаружили ее, так что вам стоит радоваться…
Еще через некоторое время приехал шериф Дэнни Уиллоу. Войдя со шляпой в руках в приемную, он начал объяснять так тихо и спокойно, будто вел церковную проповедь. Пол Мартин был свидетелем падения. Позвонить с телефона Сюзан он не додумался и вызвал полицию с платного таксофона. Потом Пол и молодежь разминулись. Дэнни печально развел руками, словно говоря: «Вот так всегда и случается. Абсурд, но ничего не поделаешь. В мире столько непоправимого». И Мэри активно закивала в знак согласия: «Да-да-да, очень много! Просто жуть, как много».
— Как у нее дела? — спросил шериф.
— О, мы понятия не имеем! Хитрая Сюзан держит нас в неизвестности… — заговорила Мэри.
— У нее внутреннее кровоизлияние и поврежден мозг. Она умрет, — сухо вставила Лиз. Бобби незаметно взял ее за руку, и они сцепили пальцы.
— Мне очень жаль, — сказал мистер Уиллоу.
Мэри вздохнула.
— Несчастный случай, — ответила она.
— Да уж, мам, — издав нервный смешок, сказала Лиз.
На прощание Уиллоу нежно улыбнулся ей. Смотря на этого кругленького человечка с пухлыми руками, Лиз пыталась представить себе, как бы выглядел ее отец, если бы прожил больше сорока лет. Она очень скучала по нему. Особенно в трудные минуты, когда нуждалась в крепком объятии.
— Если вам с мамой что-нибудь понадобится, сразу обращайтесь.
— Да, конечно, — ответила Лиз. — Спасибо, что приехали.
Шериф ушел, и они втроем молча плюхнулись в кресла. Бобби слева от Лиз, мама — справа. Как в аэропорту: все сидят, положив одну руку на подлокотник, и ждут, когда объявят их рейс.