Хорюшка

Трушин Олег Дмитриевич

Воронье чаепитие

Как правило, зимушка-зима приходит к нам внезапно, словно большой сюрприз, которого так долго ждёшь, и каждый раз, глядя в окно на чёрную пропитанную дождями землю, готовую облачиться в белоснежный наряд, спрашиваешь себя: «Ну когда же выпадет первый снег?» И вот, как будто в сказке, перед взором предстаёт ослепительная снежная белизна. Радующая и удивляющая. Приятно ступать

по первому снегу, ещё такому несмелому, — светлому подарку природы за долгое ожидание. В такой день я спешу обязательно побывать в городском парке.

Накануне сильно похолодало, а под выходной выпал снег. Морозец сковал все лужи и водоёмы, остановил реки. На следующий день я, не раздумывая, с самого утра отправился в парк, чтобы как следует насладиться настоящим первым зимним днём.

Не спеша шёл я по заснеженной дорожке, любуясь утопающими в белых одеждах деревьями, для которых первый снег пришёлся сразу кстати.

Когда проходил мимо небольшого заросшего ивняком овражка на окраине парка, моё внимание привлекли две вороны, суетившиеся возле замёрзшего ручейка, что ещё день-другой тому назад, вобрав в себя дождевые воды, журчал в низине.

Одна ворона, вышагивая взад-вперёд по заснеженному берегу, поглядывала на свою напарницу, которая вела себя на редкость странно. Прохаживаясь по запорошенному льду ручья, она временами останавливалась и, слегка расчистив клювом снег, наклонив голову набок, посматривала вниз.

Иногда ворона так низко склоняла голову, что до поверхности льда оставалось совсем чуть-чуть. Казалось, что она хотела что-то под ним разглядеть. Посмотрит-посмотрит внимательно, отойдёт на несколько вороньих шажков, вновь расчистит крепким клювом нападавший снег и опять давай под лёд смотреть.

Пройти мимо такого любопытного случая я не мог и, естественно, решил немного подождать и понаблюдать, а что же будет дальше. Птицы вели себя совершенно спокойно, занимаясь только им известным делом, и моё внезапное появление не вызвало интереса с их стороны.

Ворона, которая постоянно прогуливалась около своей подруги, то и дело посматривала по сторонам, как бы стараясь держать всё окружающее под контролем, но при этом нисколько не выдавала своей настороженности.

То, что произошло дальше, меня просто-напросто поразило.

Другая ворона, что ходила по льду и внимательно всматривалась в него, после очередного просмотра принялась долбить клювом лёд. Да так ловко это у неё получалось, словно она всю свою воронью жизнь этим делом и занималась. Не нос, а самое настоящее долото! Дятел бы позавидовал!

Раз за разом после ловких вороньих ударов, сопровождавшихся брызгами мелкой ледяной пыли, во льду появилась лунка. Птица всё-таки достигла своей цели, к которой так усердно стремилась. Отведав студёной водицы, ворона вежливо отошла в сторону, уступив самодельную прорубь в ручье своей напарнице, а сама заняла «смотровую» площадку.

Через некоторое время, удовлетворённые достигнутым результатом, вороны, шумно захлопав крыльями, улетели, сбивая с ветвей снежную кухту.

Вот тебе и серые плутовки! Какая находчивость!

Известно, что в зависимости от быстроты течения и глубины водоёма лёд имеет различную

толщину. Хотя в ручейке был совсем молодой ледок, ворона всё равно старалась найти самое слабое в нём место и, обнаружив, пробила в нём лунку. Несомненно, в таком занятии нужна определённая доля сосредоточенности, и отвлечённость только повредит. Поэтому таким делом лучше заниматься сообща, то есть в паре: одна исследует подлёдное пространство, а другая внимательно стережёт, чтобы вовремя предупредить об опасности.

Спустя дней пять я вновь оказался на той же парковой аллее у того же овражка, где наблюдал забавное воронье «чаепитие». Каким же бывает непостоянным снег в предзимье! За прошедшие дни морозная погода успела смениться лёгкой оттепелью. Белоснежная, искрившаяся на морозце кухта первого снега осыпалась, а сам снег сильно подтаял. Кое-где вдоль ручейка вода прорвалась наружу, смыв с себя прозрачную корочку льда. После оттепели деревья выглядели, словно умытые. По-прежнему, как и в мой приход по первому снегу, парк был наполнен воронье-галчиным гамом, а снующие туда-сюда птицы то и дело попадались мне на глаза.

Каково же было моё удивление, когда я, подойдя к «чайному» месту, вновь встретил двух ворон, пьющих воду у уже сильно протаявшей лунки. Теперь без всякого труда, не прибегая ни к каким ухищрениям, птицы могли добраться до водицы.

«Не те ли это находчивые серые хитрюги, что так искусно добывали воду?» — сразу подумал я.

А вороны, зыркнув на меня своими зоркими чёрными глазками, поднялись на крыло и вскоре пропали из виду, растворившись в стае своих собратьев.

Заячья весна

Если следовать поговорке «Цыплят по осени считают», то в отношении зайцев можно смело сказать, что их считают по весне. «Отчего же так!?» — возразят некоторые. Отвечу: «Остаётся позади тоскливая осень и снежная зима — самая пора заячьей охоты. Можно уже не так бояться собачьего лая в лесу и встречи с человеком, а самое главное — весной зайцы голову теряют. И вина тому — свадебная пора».

Ни в одно время года не увидишь в лесу столько зайцев, как весной. В эту пору они словно из ума выживают: сон теряют, день с ночью путают, носятся круглые сутки по лесам и полям «свадебными караванами». Бывает, за одной зайчихой-невестой по несколько зайцев-женихов припускается.

Один мой знакомый лесничий рассказывал, как однажды, присев отдохнуть в лесной чаще, стал свидетелем «заячьей свадьбы».

«Зайцев пятнадцать выбежали на меня по очереди, один за другим, а я только считаю и глаз отвести не могу. Один, три, пять, десять… А длинноухие мечутся, дерутся, друг дружке прохода не дают, знать, внимание зайчихи завоёвывают. Узнать, кто среди ушастых зайчиха, не получится — все зайцы, как близнецы-братья. Увидели меня, оцепенели, уши навострили и врассыпную, кто куда. А потом вижу, те зайцы, что опрометью в другую сторону от остальных метнулись, стали к основной стайке прибиваться. То один среди стволов деревьев белёсой шубкой мелькнёт, то другой сторонкой пробежит — видно, зайчиха в противоположную сторону улизнула. Настала пора вновь преследовать!»