Холодный викинг
Шрифт:
— Заткнись, Джек.
Он снова сжал зубы, глядя Руби прямо в глаза.
— Торк. Запомни мои слова хорошенько, девушка. Меня зовут Торк.
Руби едва не заплакала от боли, но Джек не отступал.
— Повтори.
И когда она отказалась, Джек сжал ее еще сильнее, и Руби простонала:
— Торк, жлоб несчастный. Торк! Торк!
— Надеюсь, жлоб — это выражение почтения, — предостерег он.
— О да, оно означает что-то вроде «господин и повелитель».
Джек явно не был убежден в этом, но тем не менее отпустил Руби и обратился к
— Думаю, Ивар посылает мальчика-женщину, чтобы бросить нам вызов. Да-да, хочет снова затеять войну. Плохо уже то, что он грабит наши земли, когда мы уходим в набеги или торговать. Теперь же приходится читать это оскорбительное послание. Медные йца! Ха! Ну что, покажем Ивару теперь и навсегда, кто из нас лучший мужчина?
Рев громом прокатился по толпе. Кошмар какой-то! Слыханное ли дело, чтобы футболка послужила причиной войны? Руби попыталась выразить свое мнение, объяснить, что они ошиблись, но Олаф зажал ей рот вонючей ладонью. Руби с силой опустила каблук на его мягкий сапог, но, к ее разочарованию, великан даже не шевельнулся. Оглянувшись, она заметила его довольную усмешку.
— Нужно отвести шпионку к королю Зигтригу, — решил Торк. — Пусть решит судьбу пленницы и заодно скажет, стоит ли начинать войну с Иваром.
Снова рев одобрения пронесся сквозь толпу.
— Ну вот, посмотри, что ты наделала, — прошептала Рода ей на ухо. — Зигтриг Одноглазый — злобный стервятник. Он скорее всего прикажет отсечь тебе голову. Или выжечь глаза. Или…
— Отстань, Рода. Ты слишком много читаешь дешевых газетенок.
— Пойдем, пленница, — скомандовал Джек. — Остальные рабы пусть остаются.
— Интересно, кого это ты величаешь рабыней и пленницей? — запротестовала Руби, наконец вырвавшись из рук гиганта. — Я такая же рабыня, как и ты.
У Джека хватило наглости ухмыльнуться. Он действительно наслаждается ее мучениями! И тут же, обняв ее за плечи, тихо посоветовал:
— Придержи язык, если дорожишь своей прекрасной головкой, милая. Толпа жаждет крови.
Милая!
Руби улыбнулась, впервые за все это время надеясь, что наконец-то примирится с мужем. Но радость оказалась недолговечной.
— Отруби ей голову здесь и сейчас! — прокричал кто-то. — И пошли ее башку Ивару, прямо в рубашке, которую носила шпионка!
Руби оглянулась на кивающую Роду, на лице которой было написано: «Я же говорила!»
— Зачем ждать?! — завопил еще кто-то. — Отмахни ей башку сейчас! Она шпионка. А может, и женщина Ивара. Лучшего послания не придумать!
Судя по оглушительному реву, эта мысль понравилась многим. Руби инстинктивно подвинулась поближе к Джеку. Почему предложение обезглавить ее, кажется, ничуть его не расстраивает? Она достаточно часто ходила с ним в походы, чтобы знать — муж не может даже форель очистить без того, чтобы не поморщиться от брезгливости. Но тут Джек громко возразил:
— Нет, это должен решать король. А может, он подождет приговора альтинга, который соберется в следующем месяце.
И, резко повернувшись, сказал хорошо одетому мужчине,
— Селик, мы теряем время с какой-то рабыней, а ведь нам нужно передать важное послание Зигтригу от короля Ательстана Уэссекского!
С этими словами он схватил Руби за руку и потащил сквозь расступающуюся толпу.
— Позже я отведу шпионку в спальню для допроса, — пообещал он спутникам, многозначительно подмигнув. — Может, и у женщин земли Ивара тоже найдется кое-что из меди.
Мужчины расхохотались, и кто-то похотливо предложил немедленно произвести осмотр. Джек остановился, не снимая руки, по-хозяйски лежавшей у нее на плече, словно прикидывая, не стоит ли согласиться на публичный стриптиз. Вне себя от унижения Руби попыталась лягнуть голую ногу Торка. Она больше не думала о нем как о Джеке. Джек никогда не проявил бы подобную жестокость. Но Торк лишь рассмеялся, когда Руби начала бить кулаками по его широкой груди, а потом подхватил ее и ловко перебросил через плечо, чем дал толпе новый повод для смеха. Торк приказал одному из мужчин ехать вперед, в замок, и сообщить королю Зигтригу об их прибытии, а другому — отправиться в дом деда, в Нортумбрии, и передать, что внук завтра приедет. Третьему Торк велел наблюдать за разгрузкой кораблей и доложить обо всем сегодня же вечером.
Когда он устроил ее поудобнее, словно мешок с мукой, Руби укусила его за плечо, чтобы привлечь внимание. Но Торк с плотоядным смешком шлепнул ее по выпяченному заду, а потом начал растопыренными пальцами нежно поглаживать ушибленное место. Руби почувствовала, как загорелось лицо, и не только из-за неудобного положения, в котором она висела.
Проклятый жлоб вызвал очередной рев восхищения, когда громко заметил своим дружкам:
— Может, у женщин из земли Ивара действительно медное тело. Ее зад на ощупь такой же костлявый, как изголодавшийся кролик.
Он заплатит за это, мысленно клялась Руби, пока Торк уносил ее в неизвестность. Когда-нибудь, как-нибудь она найдет способ отплатить этому гнусному подобию мужчины!
ГЛАВА 2
— Ивар человек злобный, но дураком его не назовешь. Он никогда бы не послал такую дурочку шпионить, — подчеркнуто убежденно объявил Торк, оглядываясь через плечо на Руби, чья налитая кровью голова ударялась об его спину с каждым широким шагом. — Объясни же, во имя Одина, кто ты?!
— Я не дурочка, — возразила Руби, но, учитывая ее положение, слова получались неразборчивыми.
Острый предмет вонзился ей в бок, и она отодвинулась, чтобы немного облегчить давление. Неловко повернув голову, Руби увидела брошь тонкой работы, скреплявшую концы короткого плаща. Брошь изображала какого-то поджавшего лапы зверя. Нет… Неужели это койот?! Слишком много совпадений! Скорее волк. И, кажется, сделан из чистого золота!
Не в силах разглядеть лучше, Руби уронила голову и прижалась щекой к спине Торка. Знакомый запах его тела немного успокаивал растрепанные чувства.