Холодные объятия

Арментроут Дженнифер Ли

– Хорошо. – Я повернулась и хмуро оглядела помойку, в которую превратилась моя комната. – Осталось только найти кошелек.

Зейн приблизился ко мне – беззвучно, как тень.

– Тебе он не понадобится. Я плачу. Так делают все парни на свидании.

Мое сердце исполнило кульбит. У нас свидание. В голове не укладывалось. Пробежав глазами по разбросанным книжкам и одежде, я отчаялась найти кошелек, которым так редко пользовалась, и повернулась к Зейну.

Он стоял еще ближе – так близко, что я чувствовала тепло его тела. Медленно я подняла глаза, и у меня будто подкосились ноги.

Он скользнул взглядом по моему лицу, и улыбка, до сих пор игравшая на его губах, чуть померкла.

– Ты и вправду ослепительно красива, – произнес он хрипло. – Хотя ты всегда выглядишь прекрасно, как волшебное создание.

Такие слова из уст Зейна действовали на меня безотказно, тотчас уводя в мир грез. Мне оставалось лишь по-идиотски улыбаться. Улыбка вернулась и к нему, и он снова рассмеялся.

– Идем, нам пора.

Я кивнула, и, когда мы повернулись к двери, стало ясно, что мы не одни. В коридоре стояли Даника и Мэддокс. Меня обдало жаром, а следом по коже пробежались ледяные иголки.

Даника безучастно смотрела в дальний конец коридора. Странно, но я почувствовала укол жалости к ней. Я знала, что ей нравится Зейн – даже больше, чем нравится, – и мне стало неловко. Наверное, не следовало стоять так близко к Зейну.

Но Мэддокс?.. Впервые с тех пор, как он свалился с лестницы, я снова увидела его на ногах. Он уже давно не был прикован к постели, просто я старалась избегать его. Впрочем, как и остальных.

Мэддокс таращился на Зейна. Когда он перевел взгляд на меня, желваки на его скулах задергались, словно он изо всех сил старался держать рот на замке.

Теперь я уж точно знала, что мы стояли с Зейном слишком близко.

Но Зейн невозмутимо встал между нами, вплетая свои пальцы в мои, отчего я почувствовала, как ноги мои подкашиваются, словно и не подкреплялась недавно сладким.

– В чем дело, ребята?

Слегка улыбнувшись, Даника покачала головой:

– Да нет, ничего. Мы просто шли мимо, в тренажерный зал. Верно? – Она посмотрела на Мэддокса.

Он не обращал на нее никакого внимания, его взгляд застыл на наших сплетенных руках, как будто мы держали гранату. Злость пронзила меня, и от былой неловкости не осталось и следа. Я расправила плечи.

– Ты что-то хочешь сказать? – спросил Зейн, с прищуром глядя на Мэддокса.

Страж покачал головой, скривив губы.

– Не-а. Не хочу. – Повернувшись, он зашагал по коридору в сторону лестницы.

Даника послала нам сочувственный взгляд, который наверняка дался ей нелегко.

– Извините. Желаю вам… – Она улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз. – Веселитесь.

Как только коридор опустел, я взглянула на Зейна.

– Мэддокс не очень-то обрадовался.

– Меня это не волнует. – Зейн крепче сжал мою руку. – Все, пошли. Нас ждут в кино.

Обернувшись с переднего сиденья «Импалы» Зейна, я уставилась на Сэма, не веря своим глазам. Уж не похитили его часом инопланетяне? В том парне, что сидел рядом со Стейси, не осталось ровным счетом ничего, что напоминало того нескладного ботаника, которого я знала с первых дней школы.

Вместо привычной лохматой копны – стильная укладка.

Я догадывалась, что он мог бы поведать нам, в каком году изобрели гель для волос, но мне и в голову не могло прийти, что он умеет пользоваться этим чудо-средством. Его кудри были зачесаны назад и лежали в художественном беспорядке. Новая прическа изменила его лицо до неузнаваемости. Нижняя челюсть выглядела крепкой и четко очерченной. Обозначились высокие острые скулы, и без очков его ресницы казались невероятно длинными.

Изменилась даже его поза. Он сидел расслабленно, широко раздвинув ноги, и смотрел в окно. Исчезла характерная сутулость. И оделся он модно – под пуловер, почти такой же, как у Зейна, надел белую рубашку.

Сэм действительно выглядел клёво. Наверное, так удивляется мать, когда видит, как повзрослел ее сынок.

И Стейси не могла оторвать глаз от него… или от своей руки. Сейчас ее пальцы обвивались вокруг его предплечья, а Сэм… стоп. Он держал руку на ее бедре – точнее, на внутренней стороне бедра.

Я отвернулась и села прямо, чувствуя себя извращенкой, подсматривающей за парочками. Мой взгляд перекочевал на Зейна. Его правая рука лежала на ноге, а левой он держал руль. Мне хотелось накрыть его руку ладонью, но, долгие годы оставаясь для него не более чем другом, я не осмелилась на такую вольность.

И надо же такому случиться, что именно сейчас мне в голову закралась худшая из всех возможных мыслей. Интересно, а с Ротом мне было бы так же тяжело забыть, кем я была раньше и кем стала теперь? Я быстро отвела взгляд и еле слышно выдохнула, наблюдая за тем, как впереди остановилось такси, чтобы подобрать голосующую парочку.

Я не буду думать о нем. Не буду о нем думать. Ему не место в наших с Зейном отношениях.

Трафик оказался чудовищным, и мы целую вечность добирались до кинотеатра в исторической части города. Место, куда мы так спешили, не имело ничего общего с синеплексом [48] . Это был старомодный кинотеатр, где крутили всего пару фильмов, зато милый и уютный, и для киносвидания – самое оно.

К тому времени, как мы купили билеты, фойе еще пустовало, но запах маслянистого попкорна убедил нас пропустить рекламный блок перед сеансом.

48

Многоэкранный кинотеатр (по названию торговой марки киносети).

Пока мы шли к бару, Сэм обнимал Стейси за талию, и я догадалась, что в мое отсутствие их отношения переросли рамки приятельских и теперь находились в чувственной фазе.

Учитывая, как далеко продвинулись мы с Зейном, так ничего и не достигнув, я задалась вопросом, насколько опередили нас Сэм со Стейси, и решила, что надо не забыть потребовать у них отчет о текущем состоянии дел.

Впрочем, сейчас меня больше беспокоили собственные текущие дела.

Все еще не в силах поверить в то, что нахожусь здесь с Зейном после того, что натворила, я подняла на него взгляд. Он наблюдал за мной, пока я грызла ноготь на большом пальце.