Холодные объятия
Шрифт:
– Меня просили довести до вашего сведения, что в школе работают психологи, так что все желающие могут обратиться к ним за помощью, – продолжил мистер Такер, перекладывая слайды из руки в руку, как будто помахивая ими.
Мой следующий вздох застрял в горле, когда из коридора в класс просочился сгусток энергии, и мне показалось, будто темное густое облако затмило солнце. Я не смогла сдержать дрожь.
Положив авторучку на тетрадь, я окинула взглядом класс. Все выглядело, как обычно, но что-то неуловимо изменилось.
Рот наклонил
– Нет ничего зазорного в том, что вам захочется с кем-то поговорить, – продолжал бубнить мистер Такер. – Никто не использует ваши откровения против вас. Смириться со смертью нелегко, независимо от того, сколько вам лет.
Над головой мистера Такера дрогнул свет, и это осталось незамеченным всеми, кроме Рота и меня. Он опустил стул на все четыре ножки. Лампочка над головой учителя перестала моргать, но тут же замерцала соседняя – а потом следующая, и так друг за другом они мигали, словно прокладывая путь через весь класс, пока не заискрил верхний свет прямо над партой Кита.
Кит поднял взгляд, нахмурившись.
– Так что обращайтесь к любому из ваших преподавателей, и мы организуем для вас беседу с одним из психологов… – Мистер Такер осекся, тоже проследив взглядом за странными колебаниями света. Слайды замерли в его руках.
На мгновение воцарилось молчание, и каждая мышца в моем теле напряглась, когда меня обдуло ледяным ветерком. Я оцепенела, испытывая знакомое чувство. Что-то должно произойти. Я уже это проходила. Такой же леденящий холод проникал в меня незадолго до того, как выбило окна и Мэддокс упал с лестницы.
Я привстала, но Стейси схватила меня за руку.
Лампа над партой Кита вдруг взорвалась снопом искр и стекла. Классная комната наполнилась визгом, заскрежетали по полу ножки стульев, когда ребята повскакивали со своих мест.
– Начинается, – пробормотал Рот, выпрямляя спину.
Мистер Такер выронил слайды и бросился вперед по проходу.
– Всем отойти. Здесь всюду стекла…
Кит налетел на соседний стул и затряс головой. Крохотные осколки стекла посыпались с его головы. Я повернулась, чтобы обойти Стейси, и тут Рот выскочил из-за парты, когда из угла выплыло темное пятно, двигаясь слишком быстро, чтобы его мог засечь человеческий глаз.
Мурашки побежали врассыпную по моей коже.
Призрак. В классе определенно находился призрак, и я могла поспорить на годовой запас сахарного печенья, что это Дин.
Призрачный силуэт, не более метра в высоту, кинулся к Киту, сбивая его с ног. Со стороны это выглядело так, будто он просто потерял равновесие, но я-то знала, в чем дело.
Кит рухнул на пол, издавая недовольное ворчание. Он опрокинул стул, и тень расплылась, прежде чем снова пришла в движение. Стул приподнялся и заехал Киту прямо в лицо.
– Срань господня! – воскликнул мистер Такер. В любое другое время я бы рассмеялась, но сейчас мне было не до смеха.
Тень
Стейси повернулась ко мне – бледная, с обезумевшим взглядом:
– Я уже начинаю подумывать о том, чтобы перевестись в другую школу.
– Кстати, неплохая идея, – заметил Рот, двигаясь по центральному проходу.
Я проследила за тенью. Она съежилась, превращаясь в мутную лужу, и скользнула под дверь. Страж во мне потребовал, чтобы я отправилась в погоню.
– Что ты делаешь? – Стейси потянулась ко мне, но я уже была далеко.
– Скоро вернусь, – бросила я через плечо.
Мистер Такер и полкласса суетились возле Кита, который бормотал что-то бессвязное, так что на меня никто не обратил внимания.
Я прошмыгнула в дверь и повернула направо, сразу же узрев призрака. Он скользил по коридору жутковатой дымкой. Собрав все свои силы – а я-то думала, что их уже не осталось, – я рванула бегом за тенью.
Призрак на мгновение замер, а потом глухой смешок эхом разнесся по коридору, и распахнулись двери раздевалки. И как будто отпустили невидимую пружину, потому что из шкафчиков полетели книги, куртки, а следом за ними тетрадки и клочки бумаги.
Тяжеленный учебник истории врезался мне в бедро, и я вскрикнула от боли, теряя призрака из виду.
Выбравшись из этого хаоса, я с ужасом обнаружила, что ручки и карандаши на моих глазах превращаются в мини-орудия судьбы. Они носились по воздуху, отскакивая от стен.
Облако из книг и авторучек надвигалось прямо на меня. Я отбилась от нескольких учебников, но за ними тянулись полчища других.
Внезапно рядом со мной оказался Рот, который прихлопнул книгу, летевшую прямо мне в голову.
– Гоняться за призраком – не самая удачная идея.
– И что ты предлагаешь? – Я увильнула от увесистой косметички. – Пусть он еще кого-нибудь покалечит?
Рот уже приготовился ответить, но хаос вдруг прекратился. Книги и тетрадки зависли в воздухе, а потом посыпались на пол.
Вестибюль выглядел так, словно распродажа по случаю начала учебного года обернулась катастрофой.
Сотрудники администрации высыпали из своих кабинетов и, увидев этот бедлам, разом уставились на нас с Ротом. Изумление, промелькнувшее на их лицах, быстро сменилось подозрением.
– Влипли, – пробормотала я.
Я стояла на крыльце школы, вглядываясь в желтый листок бумаги, зажатый в руке. На моем лице застыла хмурая гримаса.
У меня за спиной хлопнула дверь, но я, и не оглядываясь, знала, кто вышел следом за мной. Сладкий запах говорил сам за себя.
– Тебя тоже отстранили от занятий? – спросил он.
Вздохнув, я сложила листок и убрала его в карман джинсов, когда Рот встал рядом со мной.
– Да. Политика «жестких мер» в действии.