Холодная война
Шрифт:
— Вы в порядке? — спросила Лигачева.
— Прекрасно себя чувствую, — ответил Шефер. — Вы обмолвились о приятелях этого парня, — напомнил он и помолчал, пока не увидел в ее взгляде недоумение. Подобострастно поклонившись, он показал рукой в направлении места посадки корабля пришельцев: — Не согласитесь ли прогуляться со мной, чтобы доставить им плохую новость?
— С удовольствием принимаю ваше приглашение, — ответила Лигачева.
Она сняла магазин со своего АК-100 и подняла другой,
— Не разобрать ли нам его на части? — спросила она. — Это снаряжение могло бы нам пригодиться.
— Если бы мы знали, как им пользоваться, — согласился Шефер. — Ребята от науки позабавятся этими игрушками с удовольствием, но давайте прихватим их на обратном пути, не возражаете? Все это может заключать в себе мины-ловушки, и я не стал бы ни к чему притрагиваться, пока мы внимательно не посмотрим, нет ли подвоха.
Лигачева помедлила, затем протянула руку к трупу монстра.
Наплечная пушка стала поворачиваться в ее сторону.
Она окаменела, уставившись на черную трубку, потом стала отводить руку, готовясь метнуться в сторону, если пушка выстрелит.
Трубка перестала поворачиваться. Лигачева подождала еще немного, но оружие пришельца оставалось неподвижным.
Она не поняла, было это последнее движение результатом предсмертной судороги существа, выполнением устройством какой-то неоконченной функции или действием автоматической системы защиты. Она решила, что повторять эксперимент не стоит, Шефер прав: труп может быть заминирован и с мародерством можно повременить.
Лигачева отступила на шаг от трупа и повернулась к Шеферу:
— Пойдем.
Глава 27
— Генерал Мейвис? — сказал адъютант. — Не мог бы я поговорить с вами конфиденциально, сэр?
Мейвис оторвал взгляд от видеомонитора и посмотрел на адъютанта. Он был из штата Белого дома. Генерал жестом пригласил его в коридор и предложил:
— В моем кабинете.
— Как только адъютант закрыл дверь, Мейвис спросил с неудовольствием в голосе:
— В чем дело?
— Они знают, генерал, — с готовностью ответил адъютант, — русские знают все. Мейвис нахмурился:
— Что вы имеете в виду, говоря «все»? Что именно они знают?
— Я имею в виду, что президент только что получил конфиденциальную телеграмму от русского президента, в которой говорится, что мы забросили к ним команду с приказом захватить или уничтожить корабль пришельцев. Русские дьявольски раскипятились. Они угрожают войной, если мы не заберем оттуда наших людей или не прикажем им сдаться.
— Войной? — фыркнул генерал. —
— У них еще сохранилась основная часть ядерного арсенала, сэр, — подчеркнул работник Белого дома.
— Да, верно, но семьдесят процентов этого арсенала откажет при запуске, потому что уровень их производства и технического обслуживания...
— На который они делали поправку, создавая массу этих дьявольских игрушек. Даже если только тридцать процентов прорвется сквозь...
— Речь идет о тридцати процентах, которые могут быть запущены.
— И все же, сэр, если отбросить... — Он оборвал себя. — Зачем нам спорить? При всем уважении к вам, сэр, должен напомнить, что мы в любом случае не хотим войны с русскими.
— А мы и не собираемся доводить до нее, — возразил Мейвис. — Они выходят из себя, стоит кому-то бросить нелицеприятное слово в адрес сербов или купить какую-нибудь литовскую машину, однако войны все еще нет, или мы воюем? — Он сел на край стола. — Так что же говорит президент об этой телеграмме?
— Ну, сэр, он был готов к жестким мерам, пока какой-то ретивый трудоголик из Министерства обороны не обмолвился, что шоу там дают генерал Филипс и тот коп Шефер. Вы ведь знаете, как он относится к Филипсу.
— И?
— И теперь он хочет прикрыть эту миссию. Генерал долго пристально смотрел на собеседника, прежде чем заговорил снова:
— Дело дрянь. Пора раскачивать лодку?
— Нет, сэр. Прямое указание свернуть все немедленно.
— Он хотя бы знает, от чего мы отказываемся?
— Знает, сэр. Он также помнит о той громадной воронке в Центральной Америке и догадывается, что любопытство русских будет вознаграждено не лучше нашего.
— Он целиком полагается на умение этих тварей заметать следы.
— Так точно, сэр, и не без основания, судя по последним сообщениям.
Мейвис не спускал глаз с адъютанта, ожидая продолжения, но тот ничего больше не сказал, не пожелав пояснить свое заявление. Отсутствие комментария и непроницаемое выражение лица представителя Белого дома ясно показывали, что эта тема исчерпана.
Мейвис вздохнул.
— Есть сейчас связь с Филипсом? — спросил он.
— Да, сэр, он установил аппаратуру спутниковой связи в радиорубке той насосной станции и только что включил ее в работу.
Генерал угрюмо кивнул:
— Понятно. Я надеялся, что он уже выступил и мы не сможем с ним связаться. Значит, не судьба. Ладно, если он еще там, вызовите генерала на связь и скажите, что его бродячий цирк покидает этот город. Он знает, где его ждет новый ангажемент.
— Да, сэр. Это все?