Хочу от тебя... Всё!
Шрифт:
Он тычет тюбиком мне в нос и радостно орёт.
— Что у вас там происходит? — раздаётся из кухни голос Леры. — Не давай ему мусор!
— Он сам нашёл! — кричу в ответ. — Я вообще ни при чём!
Она выходит в дверях: в джинсах, в простой белой
— Сам нашёл, — Лера приподнимает бровь, но улыбается. Она всегда улыбается, когда смотрит на нас — на меня, на Мишку, на малышку.
Мы живём не в особняке. Сразу после переезда я хотел вернуться в тот дом, но Лера сказала: «Нет. Там она. Там воспоминания. Давай начнём с чистого листа». Я продал особняк, купил дом попроще, в пригороде, с садом и большой гостиной. Здесь хватает места для нас, для детей, для её дела.
Дело — это салон красоты. Сначала был маленький кабинет на первом этаже, потом Лера наняла двух мастеров, потом открыла студию в центре города. Сейчас у неё пять сотрудников, постоянные клиенты и такой поток заказов, что она уже подумывает о втором салоне.
— Ты гордишься мной? — спросила она однажды, когда я застал её за составлением графика в два часа ночи.
— Безумно, — ответил я.
И это правда.
Я смотрю на неё сейчас: кормит Мишку йогуртом, при этом укачивает Зину, болтает о чём-то по телефону. Многозадачная, суматошная, красивая,
— Завтра приезжает бабушка, — напоминает она. — Ты обещал встретить.
— Встречу. Цветы купить еще надо.
— Купи. Она любит хризантемы. Белые.
— Заметано.
Мишка вымазался в йогурте, Лера вздыхает, идёт в ванную за полотенцем. Я откладываю ноутбук, беру дочку на руки. Она такая маленькая, лёгкая, пахнет молоком и чем-то сладким.
— Ты самая красивая, — шепчу я ей. — Как мама.
— А я? — Мишка тянет ручонки.
— Ты самый сильный. Как папа.
Он довольно улыбается.
Лера возвращается, вытирает Мишку, целует меня в щеку.
— Люблю тебя, — говорит она.
— Я тебя больше.
— Спорим?
— Спорим, — улыбаюсь я. — Но ты проиграешь....
Молчу минуту.
— Знаешь, — говорю я, глядя, как она возится с Мишкой, — а ты всё-таки молодец. Что сбежала.
Она замирает, поворачивается ко мне.
— Что?
— Если бы не сбежала, я бы, может, и не понял, как ты мне нужна. Так бы и не понял, что влюблён в тебя.
Лера подходит, садится рядом, кладёт голову мне на плечо.
— Дурак, — шепчет она.
— Твоя правда.
Мишка забирается ко мне на колени, Зина тихо посапывает в конверте. Мы сидим вчетвером, прижавшись друг к другу, и за окном шумит ветер, и пахнет яблоками, и где-то далеко лает собака.
Конец.