Хо
Шрифт:
— Я понимаю. Мне безумно жаль, что я не могу оказать вам реальную помощь, — произнёс Кирилл. — Может быть, другие путешественники помогут? Помнишь, я рассказывал тебе о сумеречных городах? Я держусь от них подальше, по принципиальным соображениям, но тебе, может быть, стоило бы посетить их? Люди там держатся вместе, и у них более тесные связи с реальным миром. Напрямую попасть в сумеречный город очень сложно, практически нереально. Туда пускают не каждого. Раньше принимали всех подряд, а теперь производят отбор. Но Аня мне рассказывала, как можно туда проникнуть без лишней суеты. Тебе необходимо найти Тейлор-Таун.
— Спасибо, Кирюш, но боюсь, что мне уже поздно туда идти. Моё время почти на исходе.
— Тогда… Тогда советую не дожидаться следующей ночи, и покинуть корабль засветло. Вам будут препятствовать, но вы должны выбрать свободное «окошко», и использовать его для побега. Шанс будет всего один, и вы обязаны им воспользоваться. Другого не будет. И ещё. «Окошко» это должны сделать вы сами. Как? Увы, не знаю. Всё будет зависеть от обстоятельств. Вы определённо это почувствуете. Что касается грядущей ночи. Постарайся провести её в иллюзорном мире. Лучше всего — в моём. Твоего приятеля тоже можно спасти, если он до утра будет в отключке. Самый простой способ — постараться заснуть. Но, во-первых, ему вряд ли предоставят такую возможность, а во-вторых, если этот тёмный ангел действительно так кровожаден, то ему не составит труда разбудить спящего человека. Поэтому, лучше всего воспользоваться медицинскими препаратами. Если сон получится достаточно глубоким, и по-настоящему провальным, то у нашего тёмного бандита останется меньше возможностей заставить парня очухаться. Когда вернёшься в реальность — немедленно займитесь поисками снотворного. Наверняка на корабле оно имеется. Элениум, люминал, димедрол… Без разницы. Пусть примет лошадиную дозу, и отправляется на боковую. Это должно уберечь его от каких-либо посягательств из сумеречного мира. Главное, не перестарайтесь с дозировкой, иначе он может вообще не проснуться.
— Я всё поняла. Спасибо тебе за поддержку. Надеюсь, что ещё увидимся.
— Не за что меня благодарить. Я тоже надеюсь на скорую встречу. Будь осторожна, Оля.
Ольга кивнула, закусив губу.
Разочарование. Бессовестное в своей непредсказуемости, оно подстерегает нас на каждом шагу. Оно практически всегда выслеживает нас там, где мы меньше всего ожидаем встречи с ним. Удары разочарования всегда болезненны. И чем ближе эти удары приходятся к сердцу — тем тяжелее мы их переносим. Нужно ли напоминать, что прямой удар в сердце зачастую бывает смертелен.
Евгений и Хо сидели в тёмной комнате, в мягких креслах, напротив большой плазменной панели — единственного источника освещения. На экране беззвучно крутилась какая-то муть, не то видеоклипы, не то фрагменты телевизионных передач. Хо задумчиво молчало, пялясь в экран, и с хрустом поедая орешки из шуршащего пакетика. Евгений же, то и дело косился на него, ожидая объяснений. В конце концов, не вытерпев, он решил сам начать диалог.
— Зачем ты меня сюда пригласило? Телевизор посмотреть?
— Ну, в общем, да, — ответил сумеречник.
— Неудачное же ты время выбрало для этого. У меня вот-вот будет встреча с Ольгой.
—
— Надеюсь, что не будет. Сколько можно дуться? И ещё, Хо, я не хочу, чтобы ты занималось этим глупым шпионажем. Идея была не из лучших. Я согласился с тобой, только будучи в крайне подавленном состоянии. Теперь, когда у меня было время подумать, всё хорошенько взвесить, я пришёл к выводу, что мы с Ольгой и сами в состоянии разобраться со своими проблемами. Не впутывая в наши личные дела посредников. Не шпионь за ней. Мне это не нужно.
— Уверен, что тебе это не нужно?
— Абсолютно.
— Зря. Мне удалось узнать немало интересного. В том числе и о твоей персоне. Тебе это и вправду не интересно?
— Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, что тебе удалось втереться в доверие к Ольге?
— Я лишь выполнило то, что обещало. Если тебе не интересно, то мы можем разойтись прямо сейчас. Но если тебя это волнует, я готово поделиться.
— Что-то ты финтишь, Хо. Я сам видел, как она от тебя улизнула. В общем-то, с самого начала был уверен, что она откажется контактировать с тобой. Так и случилось. Ты даже не смогло затянуть её к себе.
— Мой наивный друг. Прежде чем я продемонстрирую тебе плоды своей работы, позволь задать один нескромный вопрос. Ты уверен в том, что её отношение к тебе действительно столь нежное и трепетное?
— В этом нет сомнений. Даже допустив, что она согласится с тобой побеседовать, если разговор зайдёт обо мне, то её высказывания будут исключительно положительными. И если ты попытаешься меня очернить, она не даст меня в обиду. Я-то знаю.
— Вот как? Ну что ж, давай посмотрим материал, который мне удалось раздобыть.
— Вперёд. Показывай свои досужие домыслы. Всё равно тебе не переубедить меня.
— Внимание на экран. Сейчас начнётся самое интересное.
На экране появилось чёткое изображение, похожее на видеосъёмку. Евгений тут же узнал Ольгу, сидевшую на скамеечке в беседке. Сложив руки на коленях, она увлечённо говорила:
— Лишившись чего-то действительно важного, можно обрести новый смысл жизни. Главное, не сдаваться.
— Точно, — прозвучал голос за кадром.
Изображение как-то странно задёргалось, и помутнело на несколько секунд.
— Ты чего? Поперхнулся? — Ольга озабоченно посмотрела в экран.
— Нет-нет. Что-то в горле запершило. Не обращай внима…
— Смотри, — Хо указало на экран.
— Э-э, куда? — спросил голос «за кадром».
— Что «куда»? — удивилась Ольга.
Хо хлопнуло себя по лбу, и тут же перешло на телепатическую речь:
— Смотри внимательно, ничего не узнаёшь?
Евгений молча вглядывался в экран.
— Куда смотреть? — продолжал недоумевать закадровый голос.
— Не поняла тебя, — Оля подозрительно нахмурилась.
Казалось, что она видит их через экран.
— Это не ты сейчас сказала? М-м-м, из-звини, извини. Мне лишь показалось. Такое со мной случается иногда… — оправдывался «оператор», возвращая изображению чёткость и яркость. — …пока я вновь не остаюсь в одиночестве на продолжительное время.
Ольга кивнула, после чего голос за кадром начал нести какую-то белиберду про фонтан и брызги, в суть которой Евгений уже не вникал. Он узнал этот фонтан, эту беседку, этот мир.