Хо
Шрифт:
— Вы знаете, куда идти? — осторожно спросила Ольга у проводника.
— Тут одно направление, — бросил тот не оборачиваясь. — Не ошибёшься.
— Хорошенький ответ…
Один за другим, группа нырнула в отверстие, зиявшее в корне. То ли гигантский червь проточил его, то ли прогрызло какое-то иное существо. Ровные цилиндрические стены норы были покрыты паутиной и плесенью. В душе Ольга радовалась, что не идёт первой и ей не приходится постоянно разрывать завесы бесчисленных тенёт. Не смотря на практически полное отсутствие источников света, в туннеле было светло от ярко фосфоресцировавших древесных грибов и гнилушек. Постоянно казалось, что кто-то идёт следом за ними. Но эти опасения не подтверждались.
Наконец, впереди забрезжил солнечный
— Что это? Никогда не видел ничего подобного, — вдруг воскликнул один из паломников, указывая на необычный предмет, притулившийся в сторонке.
— Похоже на идола…
Ольга подошла к собравшейся группе, и поняла, что они рассматривают странную фигуру, искусно вырезанную из дерева. На широком полутораметровом пьедестале, спустив с него одну ногу, а вторую поджав под себя, восседал невысокий худощавый божок с тонкими руками, которыми он обхватывал свои плечи. Удивительной особенностью идола было его лицо, а точнее то, что его скрывало. Сложно судить, была ли это маска, или же результат природного уродства, но лицо гуманоида покрывала жуткая рука, чьи пальцы впивались в его лоб и щёки, комкая их, точно пытаясь оторвать от костей. Всё, что было видно из-под этой руки — выпученные глаза скульптуры, выглядывающие из промежутков между большим, указательным и средним пальцами руки-маски. Фигура была выточена неизвестным мастером с необычайной точностью, и вниманием к деталям. Однако, не было понятно, что подразумевал скульптор этой третьей рукой: росла ли она из тела существа, или же, являясь чужеродным предметом, надевалась на голову, как своеобразный традиционный атрибут. Но, в любом случае, это выглядело очень необычно и зловеще.
— Пойдёмте дальше. Не следует тут задерживаться.
Рекомендация прозвучала как приказ. Дольше оставаться рядом со страшным идолом никто не желал. Встревоженная группа отправилась в дальнейший путь через царство корней. «Проклятая ящерица!» — со злостью думал Ольга. — «Как она могла бросить меня в такой сложной ситуации?! Неужели она испугалась? А может быть… Может быть она предала меня? Подставила? Может быть…» Её думы вдруг оборвались.
— Смотрите! Там!
— Боже Всемогущий. Кто же их так?
Все глаза устремились наверх. Прямо над ними, намертво прибитые к гигантскому корню, висели многочисленные человеческие скелеты. Позы, в которых они застыли, свидетельствовали, что эти люди умирали в тяжёлых мучениях. Значит, к корню их прибивали заживо. Огромные гвозди-костыли торчали из кистей, ступней, таза, между рёбер. У некоторых костыли были вбиты в рот, у некоторых — в коленные чашечки. Неведомые палачи-садисты продемонстрировали самые изощрённые методы издевательств над своими жертвами. Но кто мог сотворить такое? Поневоле, Ольга опять вспомнила слова Лиши о кошмаре, который ожидает её в корнях Заккума. «Где же ты, Лиша? Почему тебя нет, когда ты так мне нужна?!»
— Не задерживаемся. Идём дальше. Авось, не заметят.
«Кто не заметит?!»
Ольга догнала своего странного спутника, и, схватив его за запястье, шёпотом спросила:
— Кто не заметит?
— Я не знаю, — с явной неохотой ответил тот. — Ну, наверное, те, (он недвусмысленно указал рукой на скелеты) кто это сделал.
— А как они выглядят?
— Говорю же, не знаю! — он выдернул свою руку, и поспешил вперёд, догоняя остальную группу.
Позади вдруг раздался короткий звук, словно кто-то царапнул когтями по дереву. Услышав его,
Вперёд, вперёд через нагромождения вечных корневищ, среди которых повсеместно начали мерещиться какие-то призрачные фигуры, мимолётные движения, непонятные шорохи. В какой-то момент взгляд скользнул по необычному наросту, торчащему из верхней части ближайшего корневища. Нарост шевельнулся. Взор девушки тут же возвратился к нему, и Ольга теперь уже воочию определила, что он действительно шевелится. Бесформенная шишка стала вытягиваться, выпрямляясь, в результате чего превратилась в…
Потом события понеслись ураганом. Далее Вершинина воспринимала лишь отрывистые фрагменты. Маленькое человекообразное существо, широко раскинув руки, с проворством отпущенной пружины, спрыгнуло с корневища, и полетело прямо на группу паломников. Секунда, и оно повисло на одном из них, повалив на землю. Остальные в ужасе шарахнулись в стороны, но там их уже поджидали новые дикари, доселе таившиеся в корнях. Они бесшумно набрасывались отовсюду, не давая опомниться, скоординироваться, обороняться. И ещё их было очень много. Убежать от них возможности не представлялось. Ольга не успела ничего предпринять, и когда на неё сзади набросился один из пигмеев, попыток сопротивляться она не оказывала — настолько велика была непредсказуемость этой молниеносной атаки.
Затем их потащили волоком, с необычайной быстротой, петляя между корнями по известным только им тропкам и переходам, передавали из рук в руки, как тяжёлую поклажу. Несколько раз перед глазами мелькали лица, покрытые масками в виде вцепившихся рук — точно такими же, какая была на лице у обнаруженного истукана. Карлики оказались весьма проворными, и невероятно сильными. Они в основном молчали, и лишь изредка обменивались непонятными рычащими звуками.
Волокли их грубо, с полным пренебрежением, точно какие-то неодушевлённые вещи. Судя по приближавшемуся бою барабанов, путь их лежал к селению низкорослых туземцев. Дорогу перегородил особенно большой корень, но процессию это не остановило. Рассредоточившись на выступах и сучьях тупикового корня, аборигены принялись передавать пленников друг другу, затаскивая их всё выше и выше — на самый верх. Опять же, каких-либо трудностей этот процесс у них не вызывал. Они едва ли не подбрасывали людей кверху, где их ловили другие, и забрасывали выше. Это было так необычно и дико, что в какую-то минуту Ольга почувствовала себя Маугли, которого бандерлоги тащат в заброшенный город.
Внезапно, один из пленников вывернулся из рук очередного носильщика, и когда тот попытался ухватить его налету, укусил дикаря за руку. Пигмей коротко взвизгнул, и отпустил его. Человек полетел вниз головой с пятнадцатиметровой высоты. Внизу его попытались поймать ещё несколько туземцев, но у них ничего не вышло. Пленник упал на землю, и разбил себе голову. Не смотря на это, труп не оставили внизу, а вернулись за ним и подобрали.
К тому времени, Ольгу уже затащили на самую вершину корня. Высота была жуткой, сравнимой разве что с высотным зданием. Поэтому, запомнив печальный пример своего собрата по несчастью, Вершинина окончательно отбросила мысли о попытках освобождения. Упасть с такой кручи она не желала.