Хо
Шрифт:
— Здесь не должно быть никакого шоссе, — удивилась Лиша. — Странно. Очень странно.
— Тем не менее, оно есть. Я иду к нему.
— Его не было, и быть не может. И машин здесь не бывает никаких, никогда.
— Если оно появилось, значит и машины должны появиться. Зачем же, иначе, оно нужно.
— Это очередное испытание на выносливость. Будь осторожна. На твоём месте, я бы предпочла добираться пешком. Тише едешь — дальше будешь.
— Но у меня нет времени тише ехать, как ты не понимаешь? Я должна воспользоваться этим шансом, — Вершинина упрямо
— Странное шоссе. Ни столбиков, ни указателей… Словно созданное впопыхах, персонально для тебя.
— А может и так. Что мне с того?
— Тебе-то, может, и ничего, а вот мне не по себе как-то. Если бы я чувствовала опасность, то ни за что бы тебя туда не пустила. Но опасности я не чувствую. А всё равно как-то не по себе. Предчувствие какое-то нехорошее.
— Пожалуйста, не нагнетай обстановку. Если хочешь предостеречь — то делай это с обоснованием. Твои беспочвенные предчувствия вряд ли мне помогут.
Выйдя на обочину, Ольга посмотрела вдаль. Чёрная линия шоссе устремлялась к самому горизонту, разрезая равнину надвое. И на всём протяжении этого дорожного полотна, насколько хватало глаз, не было видно ни единой машины. Не наблюдалось абсолютно никаких указателей, и даже телеграфные столбы — неизменные спутники автострад, отсутствовали как таковые. Лишь какая-то убогая постройка была замечена в нескольких сотнях метров впереди, вдоль по трассе.
— Как думаешь, что это там? — кивком указала Вершинина.
— Похоже на…
— …автобусную остановку. Верно?
— Не понимаю, зачем нужна остановка, если автобусы не ходят? Всё это похоже на коварный замысел, — мрачно произнесла Лиша.
— Извини, конечно, но я не вижу в этой остановке ничего зловещего. Ты уверена, что там ловушка?
— Нет.
— Тогда вперёд.
Путь до остановки они преодолели в полном молчании. Лишь шорох шагов по пыльной обочине нарушал бесконечную тишину этого забытого богом места. Ольга молчала не потому, что ей не хотелось разговаривать. В душе она надеялась расслышать хоть какой-нибудь звук. Если бы не равномерное шуршание её собственных шагов, она бы точно начала сомневаться — не оглохла ли? Ни ветерка, ни птички, ни единой букашки вокруг. Лишь дерево на горизонте, и тянущаяся к нему магистраль… Словно это не мир вовсе, а ожившая картина эксцентричного Сальвадора Дали.
Скворечник автобусной остановки своими облезлыми стенками напоминал среднестатистическую российскую пригородную остановку, без каких либо изысков — четыре бетонные стены с крышей, а внутри — грязь и затёртые лавочки. Приблизившись к убогой конструкции, Ольга сбавила шаг, и, почти крадучись, обошла её, не решаясь заглянуть внутрь. Когда она наконец собралась с духом, и заглянула в полутёмный закуток остановки, то вздрогнула и отступила назад. Внутри находились люди. Они сидели бесшумно и недвижимо, как изваяния.
— Всё в порядке, — успокоила её Лиша. — Они безобидны.
— Что они тут делают?
— Ждут.
— Что ждут? Автобус? Значит, автобусы здесь всё-таки ходят!
— Я не знаю, — нехотя ответила
— А тебе не кажется, что это знак. Это указание — подождать. До Заккума меня довезёт автобус. Ты говоришь, что здесь никогда не было дороги, значит, никогда не было и автобусов, из всего этого следует, что и дорогу, и остановку, и автобус кто-то поспешно сотворил для меня, понимаешь? И этот кто-то нам с тобой известен! Это — Хо! Оно уже знает, что я иду к нему, и помогает мне поскорее до него добраться. Оно тоже хочет со мной встретиться, а значит, готово к разговору. Следовательно, у меня есть реальный шанс убедить его. Договориться с ним!
— Ты сейчас кому это всё доказываешь? Кого ты пытаешься убедить? Меня? Или себя? — устало спросила Лиша.
Ольга смолкла.
— Ладно, не бери в голову. Будь что будет, — ящерка поглядела на людей сидевших в полумраке остановки. — Похоже, что они здесь сидят уже довольно давно. Взгляни на их землистые лица. Они похожи на мумий.
— Если они ждут — значит, уверены, что автобус придёт.
— Автобусы здесь не ходят. И не ходили никогда.
— А это ты слышишь? — Ольга восторженно подняла палец. — Слышишь?
Наконец-то, среди этой полновесной тишины возник настойчивый посторонний звук, походивший на гудение шмеля.
— Неужели машина? — насторожилась Лиша.
— Вон! Я вижу её! — указала Оля. — Едет прямо сюда. Моя теория подтверждается!
Вдали по дороге двигалась тёмная коробочка, изредка поблёскивающая на солнце, и производящая то самое гудение, долетающее до их слуха как бы с некоторым опозданием. По началу было трудно определить тип этого транспортного средства. На какое-то мгновение даже показалось, что это был грузовик. Но по мере его приближения стало предельно ясно, что это ни что иное, как самый настоящий автобус.
— Это он! Это он! Я же говорила! — подпрыгнула от радости Ольга.
— Не понимаю, чему ты радуешься, — Лиша становилась всё мрачнее. — Всё это неспроста. Тут есть подвох. Нельзя доверять Хо.
Люди на лавочке зашевелились, забормотали что-то нечленораздельное, зашуршали сумками и пакетами.
— Автобус быстро домчит нас до дерева. Ты представляешь, сколько времени мы сэкономим! — ликовала Вершинина.
— Скорость здесь не уместна. Ох, и тревожно мне, — ответила Лиша. — Приготовься, Ольга. Тебя ждёт новое испытание. Посложнее предыдущего.
Автобус постепенно приближался, на глазах увеличиваясь в размерах. Его тёмный корпус время от времени искажался в колеблющемся мареве полевого миража. Тем временем, люди, выходившие из нутра остановки, скапливались на обочине, не спуская жадных глаз с приближающейся машины. При беглом взгляде эту толпу можно было легко спутать с обычными рядовыми дачниками, возвращающимися в город со своих земельных участков.
Поскрипывая рессорами, автобус подкатил к остановке, мигнул поворотником, и, прижавшись к обочине, остановился. Двери с лязгом распахнулись, и из них тут же выпятились чьи-то тела, цепляющиеся буквально друг за друга.