Хо

Raptor

— Я так не думаю.

— Я знаю, как наверняка спустить мотобот на воду, не рискуя его разбить, или утопить, — прищурившись, произнёс Сергей, и выпустил струйку дыма.

— Да ты что? Ну-ка, как? — саркастично спросил капитан.

— Взрываем нахрен оставшиеся в трюме газовые баллоны, и топим долбанный корабль. Когда это корыто уйдёт под воду — лодка останется на плаву. И мы вместе с ней.

— Иногда ты меня поражаешь своей наивностью. Я бы не удивился, услышав подобное предложение от десятилетнего

пацана, но от взрослого мужика услышать такое.

— Моя ненависть к этому кораблю возросла настолько, что я горю желаньем его потопить, — Сергей пнул стенку.

— Ты прямо как в анекдоте, про мужика, который пилил мост, под которым не проходила его корова, цепляясь рогами. Его спросили — зачем он пилит мост? Ведь можно сделать подкоп поглубже. На что он ответил, что его корова зацепляется рогами, а не копытами. Взрывать целый корабль, чтобы спустить на воду маленький мотобот. Ты представляешь себе степень идиотизма?

— Маленький-то он маленький, однако спустить его с верхней палубы у нас почему-то до сих пор не получилось. С элементарной задачей справиться не можем. То одно ломается, то другого не хватает, то третье мешает.

— А о том, что корабль может перевернуться, переломиться пополам, развалиться на части, ты подумал? Да даже если и не развалится и не перевернётся, то однозначно утонет не ровно и гладко, как дырявая кастрюля в ванне. Непременно образуется дифферент, который заставит корабль погружаться под резко увеличивающимся углом наклона, а это значит, что «Эвридика» утащит за собой и мотобот и нас вместе с ним.

Мимо палубы тихо прошелестел аэроскат.

— Да что за хренотень там летает?! — воскликнул Сергей.

Ольга с опаской на него посмотрела.

— Просто ветер, — ответил Гена.

— Какой-то странный ветер. Ну да чёрт с ним. Скоро ночь, а у нас ещё ничего не готово. Лебёдка барахлит, стропило треснуло.

— Лебёдку нужно другую найти. А стропило — усилим. Всё нормально будет.

— Да когда искать? Когда этим заниматься предлагаешь?! Завтра?!

— Не грузи меня. И без тебя тошно, — скорчив страдальческую мину, капитан выбросил окурок за борт.

— Да кто тебя грузит?

Осипов шагнул обратно в помещение, буркнув через плечо:

— Жду тебя на верху.

— Нет, ты погляди на него, — Сергей покачал головой.

— Может быть, я могу чем-то помочь? — спросила Ольга.

— Ничем ты не поможешь. Мы крепко тут засели, слишком крепко.

Не зная, что ответить, Оля промолчала. Сергей подошёл к краю борта, затушил окурок об поручень и щелчком отправил его в море.

— Послушай, Оль, ты не могла бы мне ответить на один, возможно, странный вопрос? — спросил он, стоя к ней спиной.

— Конечно. Спрашивай.

— Кто такой Евгений?

Вопрос был таким неожиданным, что Ольга не сразу смогла прийти в себя. К её горлу подкатился ком, заблокировавший голосовые связки.

— К-какой Евгений, — наконец, сделав усилие над собой, произнесла она.

— Понимаю, моя заинтересованность может показаться тебе неожиданной. Тем более, сейчас. Но, всё-таки. Это имя тебе о чём-то говорит? Был в твоей жизни какой-нибудь знакомый с таким именем?

Шок

охватил Ольгу. Она не знала, что ей ответить. С чего вдруг Сергей заинтересовался Женей? Откуда он вообще о нём узнал? Может быть, когда-то она и упоминала о нём, но лишь вскользь, ничего конкретного. С чего вдруг Сергею захотелось поговорить об этом именно сейчас? И главное, что она должна ему ответить? Солгать? Сказать, что не знает его? Но ведь ей неизвестно, насколько серьёзно Евгений успел войти в контакт с её другом. Да и зачем он вообще на него вышел? Нет, ложь не спасёт Сергея, а лишь усугубит положение. Нужно сказать ему правду, но аккуратно. Без лишних деталей.

— Ну-у, в общем-то был, — ответила она, приближаясь к поручню.

— Можно узнать о нём поподробнее? Кто он?

— Да так. Обычный друг. Мы с ним уже давно не виделись.

— Как давно?

— Несколько лет.

— Извини, что я вот так тебя спрашиваю… Не подумай ничего плохого. Ты мне как-то особо ничего не рассказывала об этом своём друге.

— А должна была? Серёж, мы с ним не встречались так давно, что я уже начала забывать, как он выглядит. Спрашиваешь, был ли у меня знакомый с таким именем? Да, был. Теперь объясни, почему это тебя вдруг так взволновало?

— Понимаешь, в чём дело, — Сергей уставился в бескрайний туман, избегая её пристального взгляда. — Сон мне приснился.

— Сон?

— Да, прошлой ночью. Никак отделаться от него не могу. Когда проснулся, напрочь забыл, что мне снилось. Мучился, вспоминал — всё без толку. Выветрилось из башки. А потом, когда с Генкой пытались установить мотобот на сходни, одна жердь треснула, и эта бандура повалилась прямо на меня.

— Жуть какая. Ты не пострадал?

— Как видишь. Отделался лёгким испугом, ссадиной на руке, и парой синяков. Пришлось удерживать моторку руками, чтоб не свалилась с палубы, пока Генка в спешном порядке подкладывал под неё упор. Эта лодка оказалась тяжелее, чем я думал. Немудрено, что её краном транспортировали, — Сергей харкнул за борт. — Так вот. Когда эта махина меня прижала, у меня в голове вдруг как будто вспышка какая-то сверкнула. Пока держал лодку на пупке, ничего не соображал. Все мысли были только о том, чтобы не уронить. А когда Генка всё закрепил, то буквально силком меня оторвал от неё. И тут я вдруг понял, что ко мне вернулись воспоминания. Я вспомнил, что мне приснилось ночью, представляешь?

— А что тебе приснилось-то?

— Мне приснился какой-то странный человек. Раньше я его никогда не видел. Он сказал, что его зовут Евгений. Я точно запомнил это имя. Мы сидели в каком-то кабинете и разговаривали. В основном, о тебе.

— Обо мне? — насторожилась Ольга.

— Да. Из этого разговора я сделал вывод, что он тебя весьма хорошо знает.

— Вот как? А на кого он был похож?

— Даже и не знаю. Стильный такой, в костюме, при галстуке. И ещё в чёрных очках. За всё время нашего разговора он так их ни разу и не снял. Вообще, общаться с ним было довольно интересно, хотя, надо признаться, я мало что понял из того, что он мне объяснял. Говорил он красиво, но малопонятно. Слишком научно как-то всё.