Хищники для преисподней

Дети Жан

– И без твоих жемчужин...

В единственном глазу Абдуллы промелькнула ненависть. То, что не удалось грабителям в Курахе, удалось пиратам... Высокий бородач с безумными глазами...

Сердце Раввака забилось чаще. У него не было никаких оснований связывать этот случай с теми, о которых ему говорил Хок, но он не хотел пренебрегать информацией, не проверив ее.

– Паршивая история для тебя и для твоих ловцов, - посочувствовал он. Кто этот бородач с безумными глазами?

– Не знаю.

Конечно же, Абдулла спрятался, как улитка в своей раковине.

Слишком прямые вопросы всегда делали его более осторожным, и он не хотел отвечать на них. Он должник Раввака, но не мог направить сирийца по ложному следу.

Раввак решил открыть карты, так как история собеседника его заинтересовала. Хок рассказал ему о многих подвигах Ад Диба, и Раввак все время думал о них, стараясь найти хоть какую-то связь.

Казалось, что с момента покушения гранатой на шейха Назваха, все его действия вели к одной цели.

Греческое судно перевозило оружие. Ликвидировав его, капитана и команду, убирают ненадежных свидетелей. Британо-оманский патруль использовал "Ленд-Роверы", которые не нашли. В состав конвоя снабженцев из "Куинсленд" входили "Доджи", которые тоже исчезли со всем их содержимым. Нападение на Абдуллу принесло Ад Дибу жемчужины, из которых три - черные... Целое состояние!

Раввак построил соблазнительную версию. Ад Диб! Сомнительный корсар, бросивший в игру все козыри, собирался начать войну против омано-маскатского султана.

– Твоего бородача случайно зовут не Ад Диб?
– спросил он.

– Никогда не слышал этого имени, - ответил пакистанец.
– Почему ты спрашиваешь меня о нем?

Абдулла был неподвижен, как мраморная статуя. В его единственном глазу вновь промелькнула ненависть.

– Потому что я ищу бородача с безумными глазами, - сказал Раввак. Бородача по имени Ад Диб... Если ты покупаешь жемчуг, то я - слухи...

Он взял чайник и медленно наполнил чашку, заставив тем самым хорошенько поработать серое вещество одноглазого торговца. Ненависть, которую Раввак уже дважды заметил в глазу своего собеседника, могла быть только его союзницей, если случаю было угодно, чтобы он пристал к нужному берегу! Если поборы Ад Диба распространялись на все социальные слои оманского общества! Если пираты, похитители жемчуга и бандиты подчинялись тому же лицу, что и повстанцы нежданного наследника Омейядов эмира Аль Факира!

Абдулла почесал подбородок и протянул Равваку свой протез.

– Я ничего не продам тебе, о друг!
– сказал он.
– Особенно в том случае, если твоя месть родная сестра моей...

– Как знать?
– ответил Раввак, полный надежды.

Пакистанец отвел взгляд, закрыл глаз и глубоко погрузился в свои мысли. Где-то щебетала птица. Сквозь листья тихо шелестящих пальм пробивались солнечные лучи.

– Я действительно не знаю, кто такой Ад Диб, - снова заговорил Абдулла.
– И я не знаю, кто тот бородач, который обокрал меня, и которому я обязан потерей глаза и руки. Но я знаю...

Он замолчал, закурил предложенную Равваком сигарету и выпустил облако синеватого дыма.

– Слушай, друг! Слушай! Ты один можешь

знать, поможет ли тебе это... Две недели назад ко мне заходил один человек, чтобы продать жемчуг. Он настаивал, что моя репутация известна всем на арабском полуострове. Он предложил мне жемчужины, среди которых были три черные... Я их узнал, это были они! Он хотел не меньше пятидесяти тысяч долларов. Я дал ему двадцать тысяч, и он ушел довольный.

Выражение лица Раввака осталось задумчивым. Торговец заплатил двадцать тысяч. Значит он более богат, чем Раввак предполагал. Пакистанец продолжал:

– Я убежден, что этот человек не знал о случившемся со мной, понимаешь?

Конечно же, сириец понимал! Ад Диб был уверен, что убрал всех ловцов жемчуга. Вероятно, он был уверен и в том, что убрал всю команду грузового судна и весь военный патруль... Он допустил ошибку, не убедившись в смерти своих жертв. И этой ошибкой воспользовались Хищники, пустившись по следу Волка...

– Но твой человек был без бороды, - заметил Раввак.

– Да, это был сириец. Я навел справки. Его зовут Джамиль Савад, и он держит подозрительное заведение в Джибути под названием "Таверна Али Бабы". В своих поисках я пошел еще дальше... Черные жемчужины, понимаешь?... Кажется, Савад вербует наемников для какой-то цели.

– Тебе неизвестно для какой именно?

В единственном глазу пакистанца зажегся огонек. Арабский телефон, умело использованный Абдуллой, работал безупречно.

– Говорят, эти бандиты создают армию для ведения войны против войск маскатского султана. Говорят, они уже пытались убить шейха в Назвахе...

– И ты купил у них жемчуг! Твои двадцать тысяч долларов будут использованы...

– Ma'alech!
– перебил Абдулла.
– Если бы не я купил этот жемчуг, его купил бы кто-нибудь другой... К тому же, я ни араб, ни оманец... Я пакистанец.

Раввак пожал плечами. Торговец был прав. Если он заговорил, то только потому, что сириец мог стать орудием его мести.

Раввак раздавил окурок ногой.

– Спасибо, Абдулла!
– поблагодарил он.
– Я буду помнить о твоей услуге.

С этими словами Раввак покинул патио, довольный результатами встречи. Однако пакистанец сказал не все. Как можно верить тому, что он столько узнал о Джамиле Саваде, о вербуемых им людях и прикинулся в незнании имени того, кто командует этими наемниками?...

Ад Диб!...

x x x

Вдали плыл заруг - арабское парусное судно. Моряк, вероятно сомалиец где-то пел ностальгический речитатив.

Приносивший с собой запахи йода и фукусов умеренный бриз колыхал блестевшие на солнце пальмовые листья. Не успев проникнуть на улицы Джибути, ветер стихал.

Город бурлил. От земли поднимался удушливый пар.

Задыхаясь от жары, испытывая сдавившую голову мигрень и огонь в легких, До пытался прогнать охватившее его чувство одиночества. Он прибыл в аэропорт всего несколько часов назад и уже чувствовал себя всеми брошенным. Однако ему было известно, что Рашид Раввак здесь. Сириец готовил его собственное появление на сцене.