Хищники для преисподней
Шрифт:
От этого неожиданного повышения по спине До пробежал холодок...
ГЛАВА 6
Прошло шесть дней. За это время До устроился в лагере и завел кое-какие знакомства среди арабов. Кроме того, он постарался привыкнуть к суровому климату Руб-эль-Хали. Невыносимую жару днем ночью сменял ледяной холод.
До ожидал большего от интендантской службы мушира Ад Диба и был глубоко разочарован. Дневной рацион воинов составляли финики, верблюжье молоко, консервы, копченая или вяленая рыба и отвратительное на вкус пиво, поскольку холодильников в пустыне не было. От такой пищи желудок
До устроился в пещере, расположенной рядом с пещерой мушира Шафика. Воины принесли туда angareb, покрывала, кожаные пуфы, ковры и столы со стульями. В глубине пещеры был источник воды с примесью окиси магния.
До не брился уже шесть дней, от чего стал похож на дикарей бедуинов, которые теперь стали его компаньонами и подчиненными. Он сменил свою одежду, в которой прибыл в лагерь, на униформу: оставшиеся от американской армии штаны и рубашку цвета хаки, патронные ленты, красный шерстяной пояс и серо-голубой вазрах. На груди, на кожаном шнурке, у него поблескивала медная табличка, на которой были изображены два скрещенных ятагана, - свидетельство его нового звания.
Прогулявшись по лагерю, До запомнил расположение всех его гротов, ходов, цирков и гигантской пещеры почти в самом центре пустыни Омана, где стояли два "Доджа" и четыре "Ленд-Ровера".
Он постарался определить число сторонников эмира Аль Факира, которое сам Ад Диб признал недостаточным для того, чтобы начать боевые действия против верных султану войск. До насчитал около ста пятидесяти человек, среди которых был и Рашид Раввак, или Нахад, очень гордившийся своим новеньким желто-зеленым вазрахом.
Мушир Ад Диб собрал в этом пекле выходцев со всего арабского Ближнего Востока. Здесь были египтяне, иорданцы, ливанцы, суданцы, ливийцы, иракцы, сирийцы, алжирцы, марокканцы... И даже палестинцы - боевики из Аль Фатах и других ставших в последнее время чрезмерно политизированных организаций, которые симпатизировали Москве, Пекину или Гаване и не очень-то заботились о действительном освобождении их родной земли.
Осмотрев вооружение Ад Диба, До испытал немалое разочарование. Он ожидал увидеть оружие китайского производства, но не нашел ни единого ствола, сделанного в Китае. Греческое судно, снабжавшее оружием войско мушира, перевозило самые разные образцы. До уверенно определил чехословацкие "Шкоды" и советские автоматы. Он обнаружил также оружие немецкого, английского, американского, французского производства и израильские "Узи", что еще больше озадачило его.
До отказался от своей первоначальной версии. Он был твердо уверен в том, что если действующие в Дофаре макизары считают себя марксистами, используют технику и лозунги Москвы, то за Ад Дибом стоит маоистский Китай. До полагал, что именно так можно объяснить появление эмира из давно умершей династии. По мнению До только китайцы способны на такую хитрость, поскольку в Лхасе они без колебаний воспользовались Панчен Ламой против Далай Ламы для убеждения жителей Тибета.
К несчастью эта соблазнительная
Ад Дибу пришлось напасть на оманский патруль, чтобы получить "Ленд-Роверы". Он ликвидировал конвой "Куинсленд" и захватил "Доджи", убил невинных рыбаков ради жемчуга, который Савад со скидкой продал Абдулле. Подстрекаемые "эмиром" Аль Факиром повстанцы добывали деньги и оружие самыми гнусными способами. Они даже вырезали экипаж и капитана судна, чтобы вернуть деньги за оружие... Кто знает?
Итак, мнение До изменилось. Если бы за кулисами этого лагеря в Руб-эль-Хали действительно находился Китай, он предоставил бы бедуинам оружие и золото. Следовательно, за Аль Факиром стоял кто-то другой, и До пообещал себе разоблачить его.
Уже неделю До вставал на рассвете и с помощью портсигара-передатчика связывался с Локхартом в Маскате, которому сообщал обо всем, что он собирался предпринять. При этом До чувствовал себя неуютно в новом для него звании mir'alai, полковника, и вел себя очень осторожно.
– Остерегайся Али ибн Юсефа, - предупредил его на второй день Раввак. Он ненавидит тебя. Он не простит того, что, едва появившись в лагере, ты стал вторым человеком после Ад Диба.
Осиное гнездо посреди Руб-эль-Хали!
До беспокоил странный прием мушира Ад Диба, который поделился с новичком своими неприятностями и сделал его самым главным в лагере после себя только потому, что поверил отчету вербовщика наемников из Джибути. По сравнению с предыдущими миссиями До был очень подозрителен и все время оставался начеку. Он полностью оправдал данное ему Равваком прозвище: At Ta'lab, лиса.
Прошло шесть дней, наступил седьмой. Все это время До был полновластным хозяином лагеря. Ад Диб отправился в экспедицию с тридцатью отборными воинами, которых он называл Ad Diab, волки.
Растянувшись на ангаребе в самом прохладном уголке пещеры, До размышлял. Возможно ответ на все вопросы где-то рядом, в одном из металлических шкафов йеменца, но До не поддавался искушению. Шафик ибн Харун держал свою картотеку в пещере, куда мог зайти любой, по двум очевидным причинам: либо в ней не было ничего серьезного, и она предназначалась только для того, чтобы показать превосходство мушира над его неграмотным войском; либо там имелась какая-нибудь система безопасности, и попытка взломать ее означала бы конец миссии.
До решил не искушать дьявола - хозяина Преисподней, куда он попал. Терпение - единственное оружие, поскольку рано или поздно его час придет. Сейчас же До хотелось пить. В горле у него пересохло, язык распух. Причиной этому был столь любимый Ад Дибом кхат.
До надоело жевать эти фиброзные листья и глотать зловонную слюну. Он сплюнул на песчаный пол пещеры и с отвращением поднялся. Во фляге из козьей шкуры, висевшей на стене на вбитом в скалу крюке, была теплая, горькая на вкус вода. Единственное преимущество этого проклятого региона состояло в том, что здесь не могло жить ни одно насекомое. Ни мухи, ни москиты...